Душелов - Emory Faded

Тут же я, скорее, о разнице в физических возможностях — мало того, что я за эти два прошедших матча уже был почти на пределе своих возможностей, полностью выдохшийся, так ещё в принципе невероятно тяжело играть, когда ты, считай, самый медленный из всех. Ну ещё, что скорее до нелепого забавно, — так это то, что почти каждый на этой площадке мог множество раз к ряду закидывать трехочковые с любой точки этой самой площадки, и многие это даже пытались сделать — вот только опыта и навыков для таких бросков им явно не хватало, из-за чего так забивали лишь единицы, и то — в основном просто благодаря удаче.

И вот уже этот матч мы действительно кое-как выиграли, под конец урока вырвавшись вперёд всего на два очка. Я же под самый конец матча, со слов Тосио, был больше похож на труп, чем на живого человека. Да и ощущал я себя в этот момент примерно так же — всё-таки я выкладывался на весь свой максимум на протяжении всего урока, а это покрыть не в силах даже пробудившийся Дар.

Впрочем, если смотреть на плюсы, то я не только с интересом убил время и завоевал какое-никакое уважение к себе среди одноклассников, но ещё и наши одноклассницы, что всё это время с интересом смотрели за нашем матчем, явно увидели во мне кого-то большего, чем обычного простолюдина. Может быть, кто-то из них после этого даже увидел во мне мужчину. Не то чтобы мне это было нужно или что-то в этом роде, но… это просто приятно.

Сложно это описать, но это действительно приятно, когда девушки видят в тебе мужчину и про себя в этот момент прикидывают, есть ли смысл пытаться налаживать отношения с тобой или ты всё-таки того не стоишь.

В общем, этот урок, на удивление, оказался пока что самым продуктивным из всех уроков, что были у нас эти три дня. По крайней мере, для меня так точно.

Вот только хоть я и уже и думал, что это будет самым ярким моментом сегодняшнего учебного дня, однако… я ошибался.

Глава 16

Забавно.

С одной стороны — уроки физкультуры считаются в этой школе бесполезными, но при этом же с другой стороны — в их отношении действует одно правило: перемена, идущая следом за физкультурой, увеличивается на пятнадцать минут за счёт вычета этого времени из урока, что идёт после физкультуры по расписанию.

Зачем же школой было введено это странное правило?

Очевидно, чтобы после урока физкультуры ученики могли спокойно принять душ и отдохнуть, и им не приходилось, будучи изрядно пропотевшими, переодеваться в обычную школьную форму и в спешке бежать на урок. Или как в нашем случае — в столовую.

И хоть большинство учеников школы, как правило, никак не занимается на уроках физкультуры, школа всё равно оставляет это правило в действие, видимо специально под такие редкие случаи подобные этому, когда на уроке не напрягались разве что девушки, ну и несколько парней, которые по каким-то причинам решили остаться в стороне.

Кстати говоря, если некоторые парни, из игравших, почти не устали, толком даже не вспотев, из-за чего им толком не нужно было идти, принимать душ, а можно было сразу идти и переодеваться, то вот для некоторых парней и в особенности меня — душ в этой ситуации был попросту необходим. Всё же в моём случае тело работало почти на все сто процентов, так что и пота с меня за этот урок сошло уйму, и если бы мне пришлось бы вот так вот, не применимая душ, идти и отсиживать ещё несколько уроков, то я даже не знаю, как бы прошёл через это. Так что, как по мне, это небольшое специальное правило под уроки физкультуры — то ещё спасение. Особенно если учитывать, что пока что полезных уроков ещё не было.

Закончив же принимать душ и переодевшись обратно в школьную форму, мы вышли из этого корпуса и направились к корпусу со столовой. И если мы и наши одноклассники только шли туда, то некоторые ученики, уже пообедав, наоборот неторопливо топали в обратную сторону — к основному корпуса, где вскоре у них уже должны были начаться уроки.

Зайдя в столовую, я почти сразу же случайно пересёкся взглядами с одной «знакомой личностью», что, увидев меня, моментально сделала вид, будто мы незнакомы и она вообще не смотрела только что на меня. Тихо усмехнувшись с этого, я так же сделал вид, будто мы незнакомы, и обошёл с Тосио три этажа, на каждом взяв себе что-то к обеду, а после присели за тот же стол, за котором сидели вот уже два дня к ряду. И три дня, если считать включительно этот.

Но не успели мы даже прикоснуться к нашей еде, как кое-что произошло…

На автомате ведя беседу с Тосио, я, проверив телефон на уведомления и положив его на стол, уже собирался взяться за вилку с ножом, как…

В один миг я весь оказался покрыт горячим супом, а у моих ног лежит треснувшая на множество осколков тарелка из-под этого самого супа. И не успел я толком никак на это среагировать, разве что рефлекторно прикрыть глаза и дёрнуться всем телом от лёгкого, но неприятного жжения, как…

— Ой, — донесся справа от меня мужской голос, — извиняй там, парень.

Забив на жжение почти во всей верхней части тела, я, сделав глубокий вдох, медленно открыл глаза и повернул голову направо. И пока во всей столовой резко установилась тишина и в нашу сторону повернулись десятки заинтересованных взглядов, там, буквально в метре с лишнем от меня, стоял знакомый мне темноволосый парень примерно моего роста и чуть младше меня возрастом с подносом в руке, позади которого в этот момент находилась незнакомая мне девушка с каштановыми волосами. И хоть он и извинился передо мной, однако то, как он это произнёс эти извинения, и то, как он ехидно улыбается, смотря на меня — всё говорит само за себя.

Это было неслучайно. Да и то, из какого он рода указывает на это же…

Я тут же перевёл взгляд на сидящего передо мной Тосио и… он помотал головой из стороны в сторону, отрицая тем самым свою причастность к этому. И я ему без проблем поверил — это не в его стиле. Будь это действительно его рук дело