Пропасть смотрит в тебя - Инна Юрьевна Бачинская

Она представила себе, как висит, уцепившись за подоконник, сцепив зубы от боли в порезанной руке, отталкивается носками от стены, взлетает и отпускает пальцы… летит по параболе и падает на клумбу! Чем больше она думала о прыжке, тем больше верила, что все произойдет именно так. Повиснуть, оттолкнуться и разжать руки! Когда стемнеет, сейчас еще рано. Спрыгнуть и бежать… за дом, возможно, там дорога или соседние дома. Спрятаться и осмотреться. Определить, где она находится, она знает пригород, разберется! Дождаться темноты и идти в город, шарахаясь от машин. Он бросится ее искать – сообразит, что она пойдет в город. Значит, нужно бежать в обратную сторону. Места здесь обжитые, нужно постучаться в первый попавшийся дом и попросить телефон. Или остановить машину…

Пусть только стемнеет! Ей бы только вырваться, а дальше просто! Даже если придется идти пешком до города… не страшно! Пять, десять, двадцать кэмэ! Это ерунда, главное – вырваться…

Ее знобило от волнения; охватив себя руками, преодолевая тошноту, она расхаживала по комнате и повторяла: «Все будет хорошо, все будет хорошо!»

За окном стемнело, и Юлия скомандовала себе: пора! Она натянула куртку, сняла полотенце с руки, зубами оторвала тонкую полоску, стала накладывать новую повязку. Потревоженная рана начала кровоточить, и Юлия, морщась от боли, бинтовала потуже, чтобы остановить кровь. В комнате было темно, свет она не зажигала. Пора!

Она подошла к двери и прислушалась. В доме было тихо. Она открыла окно и перекрестилась. Встала на подоконник коленками, лицом к комнате, ухватилась за край подоконника и стала медленно сползать, готовясь нащупать ногами фриз. Давай, давай, подбадривала она себя. У тебя получится! До сих пор получалось, значит, и сейчас тоже. У тебя сильная защита! Ведьма сказала, что не забудет тебя… Лину! Ей вдруг пришло в голову, что парень-детектив, подравшийся в забегаловке, был ей послан, недаром их столкнуло… Он – защита! Но что-то не сработало… Должно сработать!

Ее знобило от слабости и возбуждения; она сползала с подоконника, приговаривая: еще чуть-чуть, еще… Чертов фриз! Его все не было… Вдруг она услышала шум мотора, оглянулась и увидела, что во двор вползает большой черный джип. Андрей! Он увидит ее… Вскрикнув от боли, Юля подтянулась, влезла на подоконник и, совершенно обессиленная, спустилась в комнату. Закрыла окно. Ее трясло. Ничего страшного, он войдет в дом, и тогда она повторит… повторит…

Внизу хлопнула дверь, остервенело залаяла собака. Тут же раздался женский голос, позвавший ее. Шаги на лестнице; разговор… сначала неразборчиво, потом явственно.

– Где ты был? Я думала, сбежал! – Женщина рассмеялась.

– Собирайся, мы уходим! – сказал мужчина. – Заткни эту чертову собаку!

– Джесси, сидеть! Тихо! С какой стати? Завтра нельзя? А как же… эта?

– Я сказал немедленно! – рявкнул мужчина. – Иди собирайся!

– Я никуда не поеду на ночь глядя! Завтра!

Похоже, она ему не доверяла…

– Дура! Ты что, опять бухая?

– Пошел ты! Может, застрелишь? Убийца!

Юлии показалось, что она услышала звук пощечины; тут же раздался крик женщины:

– Подонок! Как ты смеешь! Джесси, взять!

Остервенелый лай, звук выстрела и отчаянный собачий визг! Он снова стрелял в собаку!

– Ты убил ее! Сволочь! Я тебя…

– Нас выследили, поняла? Около дома крутится какой-то мужик!

– Трус! Я тебе не верю! Ненавижу!

Хлопнула дверь, мужчина выругался…

…Ночью скандал разгорелся с новой силой. Юлия очнулась от забытья, с трудом поднялась и стала прислушиваться. Кричал Андрей, женщина отвечала ему… слов было не разобрать.

Она услышала шаги под дверью… если они собираются сбежать сейчас, то у нее нет шансов! Надо было раньше… Шаги остановились, дернулась ручка двери. И тут же раздались крик мужчины, истеричный хохот женщины и лай собаки. Юля подумала мельком, что чертова псина уцелела!

Мужчина с ревом побежал по коридору. До Юлии долетел шум потасовки; грохот падения и отчаянный вопль, который внезапно оборвался. Джесси залаяла и, словно захлебнувшись лаем, замолчала, а спустя минуту завыла; среди наступившей пронзительной и страшной тишины особенно отчетливо раздавался высокий и тоскливый собачий вой…

Юлия замерла, прислонившись к стене. Она слышала, как хлопали двери, падали на пол какие-то предметы; похоже, там что-то происходило – суета, сборы… Андрей сбежал вниз по лестнице, видимо, на кухню, и тут же вернулся. Юлия словно видела, как он мечется по дому; женщина больше не кричала; Джесси продолжала выть тонко и надрывно…

Еще через несколько минут хлопнула входная дверь и наступила тишина. Юлия бросилась к окну и увидела большой черный джип Андрея, выезжающий со двора. Она прислонилась спиной к стене и сползла на пол…

Глава 39. Не то интервью, не то допрос

Чем меньше фактов, тем красивее схемы.

Из законов научных исследований

Капитан Астахов не любил журналистскую братию за чернуху, вранье, сплетни и дурацкую критику. Сам он человек дела, немногословен, спокоен, выдержан, сказал – сделал, а эти… Взять хотя бы Лешку Добродеева из «Вечерней лошади»! Прыжки, бег, трясущиеся щеки и живот, всегда первый там, где запахло жареным. Кликуха Пионер! Ведет мастер-классы для молодых, неоперившихся журналюг. Вот и эта, Инга Вдовина, подружка пропавшей Черниковой, скорее всего, прошла через руки великого мэтра. Коллега! Трудятся на одной ниве, так сказать. И главное, шустрая какая: бросилась в полицию, потом через Пашу Рыдаева вышла на Саню Шибаева… напористая особа. Хотя капитан прекрасно понимал – не подними Инга шум, они черта с два узнали бы про «Коломбину». Нет, узнали бы в конце концов когда-нибудь, а тут – нате вам на блюдечке с голубой каемочкой. А клуб «Коломбина» – подвижка в деле шоколадного убийцы, поэтому спасибо за наводку. С другой стороны, непонятно, каким боком сюда пропавшая психологиня? Как это, черт подери, связано? И связано ли? Поговорить придется, ежу понятно, а капитану тем более, и его зудеж исключительно в силу занудного характера – водится за ним такой грех. Придется, но душа не лежит, потому что… смотри выше.

Ситуация как в любимом анекдоте философа Федора Алексеева, где некий ирландец говорит снохе, уговаривающей его надеть черный костюм на похороны жены: ладно, Нэнси, надену, но день для меня будет окончательно испорчен! Дурацкий анекдот, как и все у него, но в строчку.

Капитан Астахов представлял себе тощую шныроватую особу с бегающими глазками и диктофоном в потайном кармане. Позвонил, представился, предложил встретиться в сквере напротив редакции, в неофициальной обстановке, так сказать. Тем более погода располагает: солнце, синее небо, трава вылезла из земли. Девица обрадовалась, защебетала что-то об интервью, причем голосом бойким и