Стальные гробы рейха - Михаил Курушин

Топп донес командованию, что во время атаки лодка подверглась преследованию противником. Вместе с этим он сообщил последние координаты конвоя.

Обстановка, сложившаяся к тому моменту в районе, расположенном южнее Гренландии и отстоявшем от штаб-квартиры Деница в Париже на 1500 миль, казалась командующему не достаточно ясной, чтобы он мог принять решение о прекращении или продолжении преследования конвоя. Поэтому Дениц вновь решил связаться с Топпом по радио. На примере этих переговоров можно судить о большой эффективности использования радиосвязи.

Дениц: «Какая у вас погода? Как долго могут идти лодки общим курсом 215 градусов?»

Топп: «Ветер — вест-зюйд-вест, 8 баллов, море — 7 баллов, видимость — 400 метров. Идем в полосе циклона на одном двигателе малым ходом».

Дениц: «Какова эффективность противолодочной обороны противника? Встретились ли вам какие-либо непредвиденные трудности в ходе боя с конвоем?»

Топп: «Сильное охранение. Атаки затруднены внезапным ухудшением погоды. Конвой умело маневрирует».

Дениц: «Надеетесь ли перехватить отставшие транспорты?»

Топп: «Походный порядок конвоя остается безупречным даже в сложных метеорологических условиях. Ввиду того что погода в этом районе неблагоприятна, считаю возможность войти в соприкосновение с конвоем крайне малой».

Дениц: «Уверены ли вы, что лодки могут идти курсом на юг, и не кажется ли вам, что этот курс ведет на сближение с конвоем? Каким курсом следует идти: строго на юг или несколько западнее?»

Топп: «Предполагаю на рассвете взять курс на юго-запад и двигаться им все утро».

Дениц: «Хорошо! Погода не благоприятствует, но так или иначе два транспорта — на вашем счету».

После этого разговора Дениц через некоторое время решил остановить операцию. «Папаша Карл» своим «волчьим» чутьем понял, что успехов здесь ждать больше не приходится. В ту же ночь от него поступил приказ:

«Боевые действия прекратить. Топпу возвратиться в Сен-Назер».

Субмарина Топпа оказалась слишком близко от английского побережья, и продолжать действия против конвоя не имело никакого смысла. U-552 оказалась единственной, успешно действовавшей против столь умело охраняемого конвоя. Только через девять суток после получения приказа Топп возвратился в базу.

С сентября 42-го года корветен-капитан Эрих Топп был назначен командиром 27-й флотилии в Готтенхафене, где молодые офицеры-подводники обучались тактической подготовке. С того момента в море он больше не выходил, за исключением одного раза: в апреле 1945 года Топп стал командиром новой субмарины U-2513 типа XXI, которая в мае сдалась союзникам в норвежском порту Хортен.

НОВЫЕ ТОРПЕДЫ

Летом 1942 года кризис германского торпедного оружия, похоже, был преодолен. Немцы, наконец, приняли на вооружение усовершенствованную торпеду с неконтактным взрывателем. От взрыва такой торпеды судно переламывалось пополам, так что не требовалось, как раньше, выпускать несколько торпед по одной цели. Подводные лодки могли тем же количеством торпед уничтожить большее количество судов. «Семерка» серии C кроме «угрей», находившихся в ее пяти торпедных аппаратах, обычно брала еще шесть запасных торпед.

Вскоре была принята на вооружение маневрирующая торпеда, шедшая зигзагообразным курсом по схеме и самостоятельно находившая цель, — торпеда «Фальке», прозванная «Фат». Пока германское командование подводными силами с надеждой ждало наступающего нового 1943 года, для боевого применения были готовы и другие новые торпеды — самонаводящаяся «Лут» и акустическая «Цаункёниг». Последняя реагировала на шумы винтов кораблей охранения, которые, как правило, отличались от шумов, создававшихся работой винтов торговых судов. Даже при неточном выстреле торпеда взрывалась под кормовой частью корабля. Все эти торпеды предназначались для использования против одиночных целей, прежде всего против боевых кораблей охранения. Недостаток новой торпеды состоял вначале в том, что она не реагировала на шумы кораблей, шедших либо очень медленно, либо со скоростью более 12 узлов. Лишь через некоторое время удалось повысить ее «слышимость», после чего торпеда стала реагировать на скорости до 18 узлов.

Разработка и изготовление акустической торпеды были проведены в таком форсированном темпе, что она стала поступать на вооружение флота уже в августе 1943 года, на год раньше запланированного. Успех их действия поначалу был поразительным. Но английские эсминцы и корветы за короткое время научились бороться против таких торпед. Корабли охранения больше не устремлялись на подводную лодку, которую засекали их приборы, а стопорили машины, как только шумопеленгатор обнаруживал, что такая торпеда выпущена. В ответ на это немецким инженерам удалось усовершенствовать торпеду «Цаункёниг», которая могла идти на судно и с остановленными машинами, если только на нем работали вспомогательные моторы. Для борьбы с такими торпедами корабли союзников впоследствии начали буксировать за кормой шумовые буи, облегчавшие кораблю уклонение от атаки подводной лодки. Но вследствие работы шумовых буев поисковые акустические приборы британских кораблей действовали неточно. К тому же подводная лодка, когда устанавливалась работа шумовых буев, могла атаковать противника не акустическими торпедами, а обычными.

Тем временем в стадии испытаний в Германии находилась еще одна торпеда, которая приводилась в движение не винтами, как обычно, а реактивным двигателем. Имея значительно большую скорость движения, она должна была намного увеличить вероятность попадания по сравнению с прежними торпедами, имевшими небольшой радиус действия. Новая торпеда, хотя и была хорошо заметной днем по следу, шла со скоростью 40 узлов на расстояние до 10 километров. Прежняя бесследная электрическая торпеда имела гораздо меньшую скорость, ее предельная дальность не превышала шести километров.

Еще в начале войны среди подводников ходили слухи о совершенно новом, обещающем полный переворот двигателе для подводного хода, который будто бы разрабатывал немецкий конструктор Вальтер. Говорили, что подводная лодка с новой силовой установкой сможет долго идти под водой с большой скоростью. Дениц задолго до войны изучал исследовательские работы инженера Вальтера и стремился помочь ему быстрее закончить изыскания. Начало серийного строительства подводных лодок нового типа представлялось крайне актуальной проблемой. Требовалось создать такую лодку, которая всплывала бы на поверхность для зарядки аккумуляторов не более чем на три часа. Субмарина должна была не только находиться в безопасности, но и сама преследовать и атаковать противника. Похоже, война на море превращалась в соревнование технической мысли в области средств обороны и нападения.