Академия «505». Циклы Ремали. Часть 1 - Дария Эссес

бросилась в ванную, продолжая считать по-немецки. Меня рвало целое утро. В какой-то момент я просто отключилась на полу и пришла в себя только к концу первого занятия. По лицу текли слезы, а изо рта рвался истерический смех.

Я сумасшедшая.

Ко мне вернулись приступы.

Я не могла найти другого объяснения этой записи и снам, что преследовали меня целую неделю. Мне снилось, как Крэйтон умирает. Как в День льда и огня я нахожу его тело на горном плато – растерзанное триадой, с распахнутыми глазами и в луже собственной крови.

Этот сон был настолько четким, настолько правдоподобным, что казалось, будто такое уже происходило. Но этого не может быть. Просто, блядь, не может!

Видимо, мозг решил сыграть со мной злую шутку, поэтому в бессознательном состоянии я выместила свой страх на дневнике.

– Sechsundvierzig.

Это лишь навязчивые мысли.

– Siebenundvierzig.

Это правда.

Я поднялась с пола, прополоскала рот и пустила воду в ванне. Часы показывали 10:55. Если быстро приведу себя в порядок, успею на второе занятие. Снова опустившись на плитку, я взяла в руки дневник.

После того как по академии прокатилась новость, что пятерых студентов забрали миротворцы, я постоянно думала о худшем. Эти мысли сжирали меня днем на занятиях и ночью во снах. Слишком много совпадений. Нападение триад на Рейкьявик, приход Союза миротворцев, жуткие видения…

– Achtundvierzig.

Что-то происходит.

Мы с Крэйтоном и Рейвен должны затаиться. Нам нужно собрать вещи, подгадать момент и сбежать из академии как можно скорее. Но с такой ситуацией опасно даже шаг не в ту сторону сделать. Как случайно пропустил в разговоре Зейден, Союз миротворцев патрулирует наш кластер днем и ночью. Ситуация слишком напряженная.

Моргнув и опустив взгляд, я увидела исписанную страницу дневника. Я бессознательно выводила одно и то же число правой рукой, которой писала реже, чем левой, пока в ванной набиралась вода.

Меня затрясло.

Потому что я поняла.

– Fϋnfundfϋnfzig.

Пятьдесят пять.

Мы не собирались искать правду.

Я вырвала эту страницу и спустила в унитаз.

Мы просто хотели выжить.

***

За двое суток до Дня льда и огня у Крэйтона проходил последний поединок.

Мы собрались поддержать его всем КУШем. Точнее, собрались-то мы вдвоем с Рейвен, а вот Джакс, Силия и их прихвостни увязались за нами с самого Дома Равновесия.

На поединок пришли посмотреть многие. Во-первых, потому что это Крэйтон – ребенок Карателей. Во-вторых, потому что это Крэйтон – сладкий сексуальный первокурсник, которого многие хотят совратить.

По слухам, конечно же. Я так не считаю.

– О, мои глазурные пончики, почему она так прекрасна?

Отлично, Джакс своими завываниями призвал Сатану.

Астрид остановилась рядом со мной и, сложив руки на груди, устремила взгляд на спортивные маты. Крэйтон и его соперник Лейкли, огромный мускулистый парень, сплошь покрытый татуировками, готовились к поединку.

Стоит уточнять, что это тот самый Лейкли, который помогал Ашеру отравить меня? Мне просто интересно посмотреть в лицо тому, кто составлял пары для поединков.

– Что тебе нужно от Кая? – спросила Астрид как всегда приветливым голосом.

Я фыркнула. На меня ее чары не подействуют.

– Мне? Ты сейчас серьезно?

– Не хочу напоминать, но всё же напомню. Моя фамилия – Цирендор, и мой отец – советник отца Кая. – Плевать. – Они отстраивали мир с руин, пока ты пряталась в грязных подворотнях и лечилась от тысячи расстройств. – Пожму им руку. – Кстати, где выписка? Тебе точно можно находиться рядом с людьми?

Я повернула голову и скользнула по ней изучающим взглядом.

– Плохо поработала, Цирендор. Выписку Ашера нашла, а мою – нет?

– Если будет нужно, я найду место на кладбище, которое выделил Альтинг для твоей могилы, – мило прощебетала она, но взгляд золотистых глаз ожесточился. – Не составит труда организовать похороны раньше срока.

– Долго ты скрывала свое истинное лицо.

Всё в ее облике говорило о богатстве и аристократизме: отглаженная форма, лакированные туфли, дизайнерская сумка с драгоценными камнями. Несмотря на это, я видела отработанную улыбку и резкость движений, что скрывались за показным изяществом.

Кстати говоря, я была одета в джинсы и синюю гоночную куртку Крэя. Вернее, куртка принадлежала не ему, а одному из наших бывших знакомых – Маркусу – который часто заходил к нему в гараж.

Порой он неплохо отлизывал, пока Крэй отлучался по делам.

– Каждый видит то, что хочет видеть, – туманно ответила Астрид. – Я убью за них любого так же, как ты убьешь любого за брата и подругу. Эти трое – моя семья, Мальвина. Держись от моей семьи подальше.

И она туда же.

– Боишься, что они бросят тебя и прибегут ко мне?

Астрид тихо зарычала. Мне нравилось выводить людей на эмоции.

– Можешь думать, что имеешь над ними какую-то власть, но это отнюдь не так. Я знаю каждого из них вдоль и поперек. Кай и Зейден могут трахать тебя, но на утро ты уже будешь стоять на пороге.

В словах Астрид сквозила такая обида, что мне стало жалко ее. Я даже решила не отвечать заготовленными колкостями, которые крутились на языке, как только она открыла рот.

Однако следующие слова Цирендор заставили меня нахмуриться.

– Просто знай: в этот раз я не дам тебе причинить Каю боль, Зальцри.

– В каком смысле в этот раз?

– Что это вы тут обсуждаете?

Зейден и Джулиан подкрались к нам со спины. Йенсен закинул руку на плечи стоящей неподалеку Рейвен, и я вскинула от удивления брови. Наградив меня взглядом «Потом поговорим», который существует у каждых уважающих себя подруг, она тут же отошла за водой. Джулиан поплелся за ней, как собачка, просящая косточку.

– Долгая история, госпожа, – произнес одними губами Джакс, когда я выпучила на него глаза.

Нужно срочно провести женский совет. Без Джакса.

– С ней – ничего, но вот с вами не помешало бы кое-что обсудить, – ответила Астрид Зейдену, перестав обращать на меня внимание. – Джулиан опять оставил этих малолеток на меня. Не хочешь поменяться домами?

– У меня есть дела поважнее. Привет, Мальвина, – промурчал он и, наклонившись, поцеловал меня в щеку.

Его губы оказались в опасной близости от уголка моих. Я настолько не ожидала его поцелуя, что распахнула от изумления рот. Зейден низко засмеялся и, обхватив мой подбородок, заставил губы сомкнуться.

Интересно, Астрид уже взорвалась от ревности?

– Одно твое слово, и я подарю тебе поцелуй в другое место, – прошептал он, сверкнув изумрудными глазами.

Я захлопала ресницами.

– Куда же?

Мы общались каждый день. Почти всегда Зейд писал мне первым, спрашивал о