Город Голодных теней. Разносчик - Джиллиан

Три луча фонариков немедленно упёрлись в квадратную дверцу на месте, где только что стояла машина.

- Я первый, - напомнил Игорь.

Огляделся и взял какую-то кувалду, даже на вид выглядевшую страшновато. Открыл квадратный люк и мягко положил его в сторону. Не выдержав, девушки подошли ближе, когда он встал на первую ступеньку вниз. Вниз уходила небольшая, но крутая лестница. Игорь прошёл её, с головой скрывшись под полом, и уже оттуда позвал:

- Можете спускаться. Он здесь.

Наташа впереди, Лена - морщась от накрывающих её эмоций Радима, за нею.

Внизу был небольшой квадрат пробетонированного помещения - метра три на три. Пустой. Ни полок, например, с банками солений, как ожидала Наташа, ни хранилищ для картошки и других овощей. Пустой. Лишь у стены рваный, кажется, матрас; на нём что-то напоминающее свёрнутое пальто или какую другую одёжку - видимо, импровизированная подушка; и что-то вроде одеяла - только непонятного происхождения.

Прислонившись к бетонной стене (Наташа поёжилась: холодно же!), на матрасе сидел Радим. Когда он предстал перед ними в довольно ярком свете фонариков, Наташа осторожно обошла Игоря на ступенях и присела перед парнем на корточки. Голова бессильно опущена. Глаза (разглядела Наташа под свисающими прядями волос) закрыты. Он даже не шевельнулся. А девушка с изумлением и в подробностях начала рассматривать его, начиная с волос. Крашеные тёмно-рыжие пряди в привычно тёмных волосах?! Впрочем, волосы уже не просто привычные. Они подстрижены явно дорогим парикмахером и слегка взъерошены в стильной причёске. Наташа потянула носом: точно - налакированы. Далее, что её поразило, - это одежда парня. Лёгкая кожаная куртка нараспашку - и виднеется под ней какая-то футболка с надписью на английском: "Я король этого мира!" На груди пара золотых цепочек. Чёрные, кажется (в свете фонариков этой подробности не рассмотреть и чётко не скажешь, какого цвета), новёхонькие джинсы сочетались со стильными чёрными полуботинками. Слева от Радима валялась пустая бутылка из-под дорогого коньяка и какая-то книжечка. И воняло в подвале гнилостным...

- Пьян, - негромко сказал Игорь. - Вусмерть.

Позади звучно выдохнула Лена. Удивлённая Наташа хотела было спросить, почему она так, и поняла: теперь смазанность Радимовых эмоций объяснилась.

- Игорь, посвети мне. У меня не такой сильный фонарик.

Подобрав книжечку, Наташа охнула: она держала в руках новёхонький паспорт на имя Радима Станиславовича Кириллова. Когда она объяснила Игорю и Лене, что держит в руках, они только ошеломлённо переглянулись.

- С чего начнём? - сухо спросила Наташа, с трудом удерживая от злобного рычания внутреннюю волчицу. - Вытащим его или оставим здесь, пока не проспится?

Сказала - и поняла, что парня здесь ни за что не оставит, пока он не объяснит, что произошло. Пока остальные переглядывались, пожимая плечами, она уже со злостью сказала:

- Варежки бы сюда! Уши ему натереть, чтобы быстро в себя пришёл!

- Спокойно, - остановил её Игорь. - Попробуем без варежек. Держи мою мобилу.

Наташа приняла протянутый телефон и, оглянувшись на заинтересовавшуюся Лену, снова стала смотреть на Игоря и Радима. А Игорь деловито взял Радима за волосы и поднял ему голову. Присмотревшись (Наташа сообразила, что он присматривается к ауре парня) к нему, бесконтактник положил свободную левую ладонь на лоб парня. Прошло не менее пяти минут, и Игорь снова опустил голову Радима.

Ещё минута, тот вздрогнул и, с усилием подняв голову, увидел Наташу. Скривившись, как в плаче, он всем телом потянулся к ней.

- Наташа-а...

Она сидела на корточках слишком близко к нему, и он сумел обнять её, от неожиданности не сообразившую отшатнуться. Упала на колени, вынужденно обняла его, чтобы не падать дальше. Почувствовала только, как поднялся Игорь и, что-то негромко говоря, вывел наверх Лену. А Радим всё обнимал её, и она, с одной стороны брезгливо пытаясь отвернуться от его зловонного дыхания, с другой - не могла заставить себя вцепиться в его руки, чтобы разжать их и оттолкнуть его от себя. Он хватался за неё, как утопающий. Как за единственную соломинку. За последнюю соломинку.

- Ты пришла-а... Наташа-а... Пожалуйста, Наташа, что мне теперь делать?! Что?! Наташа, помоги... я совсем не понимаю, что мне дела-ать...

Она сумела погладить его по голове и вздохнуть в ухо:

- Первое, что надо сделать, - выйти отсюда.

- Отсюда выйти нельзя-а! - чуть не выл он, трясясь не то от подступающих злых пьяных слёз, не то от ужаса. - Ты не представляешь, что они со мной сделали-и... Я теперь не смогу с вами-и... Наташа-а... что мне дела-ать... Они меня со всех сторон, Наташа-а... Они меня так загнали-и...

- Радимушка, милый, давай мы всё-таки выйдем и поговорим наверху...

Она шептала ему в ухо и напряжённо старалась подняться вместе с ношей, упорно пригибающей её к полу. А он, насколько она поняла, пытался остановить её и оставить рядом с собой, на ветхом матрасе. Наконец девушка не выдержала, крикнула, чуть обернувшись к люку над лестницей:

- Игорь, помоги! Надо вытащить его наверх!

- Игорё-ок здесь? - безмерно удивился Радим. - Тогда-а я са-ам...

Он как-то легко переместил совершенно ошеломлённую Наташу в сторону, в то же время не отпуская её, и встал на ноги вместе с нею. А потом шагнул к лестнице, подталкивая уже девушку так, словно это она упиралась и не хотела идти.

Уже наверху он вскинул брови на Лену.

- А вы как здесь?

- На машине, - саркастически ответил Игорь. - Не хочешь прокатиться?

- Но меня...

- Замок оказался детским, - объяснил бесконтактник. - Пальцем ткни - откроется.

- А-а... Тогда пойдём к машине.

Остатки алкоголя всё ещё витали в его голове, отчего он очень внимательно проследил, как Игорь закрывает гаражную дверь.

- Ну-у, здорово...

- Где допрашивать будем? - спросил бесконтактник Наташу, которую Радим плотно прижимал к себе, пьяно объясняя на ходу, что иначе он свалится.

- Я думала...

- Не беспокойся. Бросать вас никто не собирается. Сейчас Лену доставим на работу и устроим допрос прямо в машине.

- Лену обязательно доставим, - вздохнула эмпат-миротворец. - А то ведь она уже опоздала.

Больше всего Наташа боялась, что, очутившись на заднем сиденье, Радим начнёт приставать к ней. Но, оставив руку на её плече, парень тяжело смотрел вперёд, снова сникнув. Что же с ним произошло, что он испытывает столько эмоций? Откуда у него паспорт на такое странное имя? Может, со всеми этими вопросами его сразу отправить к Алексеичу? И признаться в своей несостоятельности как будущего мастера? Что ученик мгновенно вышел не только из-под контроля, но и вообще из-под влияния всей группы?