Демоны римских кварталов - Андрей Дышев

Влад, мгновенно придя в чувство, схватил газету со стола и пробежал глазами по строчкам заметки.

– Коллеоне! – воскликнул он. – Обладатель одной из двух печатей!

– Поясни нам природу своего восторга, о бездонный колодец знаний! – попросил Адриано, снимая с тарелки скукоженный кружочек колбасы и отправляя его в рот.

– Мы должны были догадаться об этом раньше! – горячился Влад, потрясая газетой над головой, словно собирался прихлопнуть муху, сидящую на голове Адриано. – Мы уже выяснили, что одна из печатей принадлежала Коллеоне. Мы ломали голову над тем, кто мог ее унаследовать или похитить, и даже не догадывались, что до недавнего времени, до минувшей среды, эта печать преспокойно лежала в его гробу! Она пролежала там несколько веков подряд, пока ее не похитили «наследники Христа».

– А почему ты решил, что печать лежала в гробу? – спросила Мари, опередив брата – тот не мог спросить с полным ртом.

– А вы думаете, что «наследники» взломали склеп только для того, чтобы отрубить у мумии руку? Им нужна была печать! Печать в форме половинки круга Инь—Ян, внутри которого содержался Символ Власти!

Влад на мгновение замолчал, затем кинулся в прихожую, сбросил с полки свою дорожную сумку и достал из нее рукопись матери Анисьи.

– «Будучи по-военному педантичным и расчетливым, – стал зачитывать Влад,– Коллеоне в своих завещаниях до мельчайших подробностей описал и распределил принадлежащие ему ценности, а также малополезное имущество и даже старые носильные вещи. Странно то, что ни в одном из своих завещаний он не упомянул внешне пустяковый лом античной архитектуры, что противоречило скрупулезной аккуратности военачальника. Создается впечатление, что каменной коллекцией должен был распорядиться человек, с которым у Бартоломео существовала некая тайная устная договоренность. Но такой человек не объявился, и все невостребованное было положено в место захоронения Коллеоне…»

Влад поднял глаза. Адриано, отчаянно прожевывая очередной кружок колбасы, кивнул:

– «Все невостребованное…» Имеются в виду какие-то предметы античного лома.

– В том числе и печать! – воскликнула Мари. – Ее наверняка приняли за античный лом.

– Из этого следует, что печать была каменной, – добавил Адриано. – Допустим, мраморной.

Влад, словно дирижер, указал на Адриано:

– Совершенно верно. По-видимому, так оно и было. Обе печати каменные! И одна из них уже находится в руках «наследников».

– Надо полагать, – мрачным голосом вставил Адриано, прицеливаясь к черной маслине, – что если у них появится и вторая, то круг Инь—Ян замкнется на ладони какого-нибудь негодяя, и может случиться непоправимое.

– А что, например? – осторожно поинтересовалась Мари. Адриано посмотрел на Влада, Влад посмотрел на Адриано. Друзья бессловесно выясняли, кто ответит на вопрос девушки.

– Тогда объявится самозванец, который назовет себя Сыном Божьим, – сказал Адриано.

– Еще один самозванец, – уточнил Влад и перехватил лютый, полный пламенного гнева взгляд Адриано.

ГЛАВА 48

Кабина лифта беззвучно скользила вниз.

– Если бы вы знали, как мне не терпится поговорить с охранниками кладбища, – признался Адриано, поправляя на плече лямку сумки. – Наверняка они знают намного больше, чем сообщила пресса… Ага, вот уже и приехали! Бери ключи, заводи и прогревай машину, а мы с Мари рассчитаемся с метрдотелем!

С этими словами Адриано протянул Владу ключи от машины да еще взвалил на него свою сумку. Подведя сестру к стойке рецепшен, Адриано шепнул:

– Не вздумай рассказать Владу о своем отважном поступке! Ты ударила его лучшего друга! Влад будет очень переживать!

– Почему же мы бросили его лучшего друга замерзать на балконе?

– А кто сказал, что мы его бросили? – пожал плечами Влад. – Сейчас я вызову врача… Э, милейший! – позвал он метрдотеля. – Мы срочно съезжаем… Нет-нет, нам тут очень понравилось. Очень! Особенно Barolo местного разлива. Будьте так любезны, дайте мне лист бумаги и карандаш, я черкну пару слов…

Сонный метрдотель придвинул Адриано блокнот и осоловелыми глазами уставился в экран телевизора, по которому шли ночные новости. Адриано склонился над стойкой и мелкими буквами, какие Мари с расстояния нескольких шагов ни за что бы не разобрала, написал: «В номере 1410, на балконе, заперт преступник, пытавшийся убить двух мирных постояльцев. Его оружие спрятано в технологическом лючке за биде. Причитающуюся мне премию прошу направить в фонд любителей истории ».

– Прочитайте это сразу же, как только за нами закроется дверь, – заговорщицки прошептал он метрдотелю, вместе с запиской передавая ему купюру, и, обняв Мари, повел ее к выходу. – Скажи-ка мне, детка, правду, – обратился он к сестре, отвлекая ее от навязчивых мыслей о мужчине в сером комбинезоне. – Ведь ты примчалась в Л'Акуилу не только потому, что хотела сообщить нам приятную новость о разрытой могиле доблестного Коллеоне. Так ведь? Тебя сюда принесло по зову сердца, которое неровно дышит по отношению к Владу…

– Адриано! – с возмущением воскликнула Мари. – Что ты говоришь?!

– Ах, птичка моя! Уж кто-кто, но старый кот Адриано всегда заметит тот неповторимый блеск, какой бывает только в глазах влюбленной девушки!

Они вышли на мороз. Влад подогнал машину и раскрыл двери.

– К рассвету мы должны быть в Риме! – сказал он, водружаясь на переднее сиденье, отчего старенький «Альфа Ромео» просел, едва не коснувшись земли днищем.

Мари расположилась позади. Едва машина тронулась, она достала из сумки телефон и стала набирать номер справочной.

– Думаю, вы не станете возражать, если с охранниками кладбища буду говорить я? – спросила она. – Даже мой уставший голос в сравнении с львиным рыком Адриано покажется им мелодичным журчаньем ручья.

– Валяй! – позволил Адриано и принялся откупоривать бутылку пива.

Машина выехала за границу горнолыжного поселка и тотчас окунулась в непроглядную темень.

– Алло, справочная? – говорила Мари в трубку. – Мне нужно срочно связаться с охраной городского венецианского кладбища… Нет, девушка, я не шучу. Почему так поздно? Видите ли, я придерживаюсь мнения, что на кладбище лучше звонить поздно, чем рано… Да-да, я запомню, диктуйте!

Адриано, посмеиваясь, прихлебывал пиво. Влад, ближе придвинувшись к ветровому стеклу, вглядывался в ночь и осторожно давил на педаль газа.

– Алло, это охрана кладбища? – нарочито томным голосом говорила Мари. – Вас беспокоит Мари-Рафаэль Берлускони, корреспондент газеты «Спагетти», той самой газеты, которая платит безумные деньги своим информаторам. Я хотела бы поговорить с тем господином, которому посчастливилось дежурить в момент совершения акта вандализма… Ах, его зовут Витторио?.. Звали? А почему звали?.. Простите, не поняла… Как, то есть… Извините…

Девушка отключила телефон и после недолгой паузы растерянно объявила:

– Этот охранник трагически погиб… Он попал под машину в Риме на набережной Микеланджело.

Влад от неожиданности едва не ударил ногой по педали тормоза, что на заснеженной дороге могло бы привести к печальным результатам. Адриано обернулся и выпучил глаза.

– Чертовщина какая-то! – произнес он. – А что он делал в Риме?

– Его коллеги тоже не могут ответить на этот вопрос. Говорят, что Витторио вел себя очень странно, но в чем эта странность заключается, может пояснить только некий лейтенант Джорджо Сорди из службы безопасности метрополитена.

– Служба безопасности метрополитена, – проворчал Адриано, делая приличный глоток из горлышка. – Знаю я одного прохвоста из этой организации, который отвечает за связь с журналистами и общественностью. Как-то я консультировал его по поводу подделок произведений искусства. Этот неандерталец никак не мог понять, почему мы, искусствоведы, так переживали, когда из Флорентийской церкви был украден барельеф эпохи Возрождения со сценой «Благовещения» или уникальная ваза, расписанная греческим мастером Евфронием. Представляете, что он мне заявил? Говорит, что мы, раздувая скандалы, кидаем тень на авторитет полиции и что вообще Италии пора поделиться шедеврами со всем миром, продать подлинники, а вместо них поставить копии. Дескать, обыватель не заметит подмены, а государственная казна значительно пополнится.

– А этот неандерталец ничем не сможет нам помочь? – спросила Мари, очень раздосадованная тем, что не смогла получить никакой полезной информации у кладбищенских охранников.

– Попробую, – неохотно ответил Адриано, доставая из кармана телефон. – Кажется, он у меня есть в записной книжке… Ага, вот он, Сегатори Лиццани. Сейчас…

Адриано надавил на клавишу. Влад хмыкнул и покачал головой:

– Ты собираешься звонить ему в половине шестого утра?

– Самое лучшее время для объяснения с подонками, – безапелляционно ответил Адриано, потом долго слушал гудки и наконец сказал: – Что, подонок, спишь? Крепко спишь? А я готовлю новую экспозицию, которая обещает произвести настоящий фурор среди журналистов. Она будет называться «Спящая полиция, или Как у нас разворовывают национальное достояние»… Что ты, какие шутки?