Русский медведь. Цесаревич - Михаил Ланцов

– Да уж, – задумчиво произнес Петр, переведя взгляд на внутреннее убранство ханского дворца.

– Так чего ты такой задумчивый? Все же получилось намного лучше, чем ты думал. Наш пират потрошит османскую торговлю так, что только перья летят во все стороны. Земли занял с минимальными боями и потерями. Огромные, просто колоссальные трофеи, во много раз превысившие все затраты на войну. А с подачи пирата так и вообще сильно окупят. Отчего ты грустишь?

– Жаль оставлять эти города.

– Так и не оставляй, – пожала плечами Анна.

– Это было бы не очень разумно. Крым России нужен прежде всего как морская база в Черном море. Все остальное глубоко второстепенно, а то и третьестепенно. Поэтому тратить ресурсы на возобновление деятельности Бахчисарая или иных крупных городов, удаленных от моря, нет никакого смысла. Кроме того, в Крыму очень мало пресной воды, из-за чего более-менее развитое сельское хозяйство тут весьма затруднительно, несмотря на неплохой климат. Сухо очень.

– Но тут жило довольно много людей…

– Не так чтобы и много. Около четырехсот тысяч. И даже им уже не хватало воды. Кроме того, в Крыму нет нормальных рек, то есть единственный нормальный транспорт в нашем случае – море. До появления железных дорог, разумеется. Помнишь, я тебе о них рассказывал?

– Да, конечно, – кивнула Анна.

– Поэтому на начальном этапе освоения Крыма нам нужны в глубине только шоссе, уходящие через Перекоп в основные владения, да небольшие поселения.

– Почему тогда ты начал строить новый город? Та же Кафа… эм… Феодосия чем тебе не подошла?

– Потому что Севастополь, о котором ты говоришь, обладает прекрасным расположением и лучшей бухтой на полуострове. Думаю, он и станет столицей полуострова. Впрочем, он уже ей стал де-факто, так как больше половины оставшегося населения трудится или там, или в его интересах, разбирая строения внутренних городов. Прежде всего дворцы старой ханской аристократии и мечети, которые тут все равно больше никому не нужны, а добрые камни очень пригодятся.

– А ты не боишься, что султан рискнет и подойдет с остатками своего флота?

– И что это ему даст? – улыбнулся Петр. – Населения здесь нет. Только начали строить каменные постройки портовой администрации и складов да пирс. Постреляет он немного. Люди отойдут в горы. Не будет же он тут сидеть вечно. Тем более что в любой момент может подойти пехотная бригада, которая легко сомнет любой десант. И что это ему принесет? Только траты и риски. Ведь столица окажется оголена.

– Да уж… – покачала головой Анна. – Что же до населения, то ты зря переживаешь. У меня на Родине, в горах Шотландии, несмотря на скудность еды и воды, живет немало людей.

– Анют, милая, в конце XXI века эту проблему так и не решили. Да, смогли обеспечить жизнь нескольких миллионов, но все равно. Несмотря на технологии и возможности, полноценно получилось запустить только побережье, да и то благодаря туризму и отдыху. Но и на это потребовалось очень много сил и средств. Поэтому лучше Крым использовать с учетом опыта будущего, который однозначно говорит о массе проблем, связанных с избыточным увеличением населения и размещением его в удалении от моря, которое было и есть главной дорогой полуострова.

– Но…

– И вообще. – Петр повернулся к ней с заинтересованным видом. – Ты мне подсказала одну очень интересную мысль.

– Что именно?

– Тебе давно пора давать титул, а то статус любовницы царя несколько неопределенный. Да и о наших детях нужно подумать.

– Титул? – смутилась Анна. – Но какой?

– Помнишь, я в январе подписал новый указ «О Благородстве»[40]?

– Конечно, – улыбнулась она.

– Вот и будешь первым представителем нового обновленного дворянства, – обнял Петр Анну, прижав к себе и с нежностью заглянув в глаза. – Анна Росс, Герцогиня Таврическая.

– Герцогиня? – не поверила своим ушам женщина.

– Для верной спутницы царя только самое лучшее! Кроме того, обращение от герцогини к лидерам твоего клана зазвучит намного существеннее.

– Обращение? – недоуменно переспросила Анна, но спустя несколько секунд улыбнулась. – Конечно, дорогой. Я думаю, что откликнутся многие, если им предложить переселиться и принять подданство на тех же условиях, что и остаткам старого населения Крыма.

Петр был доволен и оптимистично смотрел на перспективу закрепления России в Крыму, так как все шло по плану или очень близко к этому.

Всю осень, зиму и весну две пехотные бригады и шесть рот конных егерей наводили порядок, собирали трофеи и ловили «загулявших» кочевников по степи, благо что те до сих пор не могли оправиться от разгрома на Днепре и все еще были сильно рассеяны. Да не просто ловили, а для того, чтобы направить в Маломосковский трудовой лагерь под Тулой, который ударно строил водохранилище и шлюзы, что должны будут объединить верховье Дона и один из притоков Оки. Но сюда попадали только те, что постарше. А дети с подростками отправлялись прямиком в монастыри, где их должны были слегка переформатировать под нормальную жизнь в России.

Причем зачистка была такой добротной и качественной, что удалось отловить около сорока тысяч человек. Но, конечно, это были не все возможные кандидаты в «стройотряды им. Чингизхана», однако выловить всех банально не хватило ресурсов. Ногайцы так испугались, что даже на разведку перестали хаживать. Да и не только они, даже казаки и те перебрались на другой берег Днепра или вообще ушли на Кубань да Яик.

Так что к началу мая 1692 года причерноморские степи, известные в прошлом как Лукоморье, стали девственно чисты и свободны. Разве что несколько строительных бригад трудились не покладая рук и ног над строительством имперских дорог с их опорными фортами. Ведь требовалось соединить Воронеж с Азовом, а тот с Перекопом и далее до Днепра вдоль побережья, а потом на Киев.

А в самом Крыму весна началась с несколько необычной «посевной» – степи к югу от Перекопа начали засаживать полосами деревьев, используя заготовленные в прошлом году саженцы[41].

Глава 8

5 августа 1692 года. Версаль

– Ваше Величество, – кивнул, здороваясь, входящий министр иностранных дел Франции Шарль Кольбер, маркиз де Круаси.

– А, Шарль, – улыбнулся Людовик XIV. – Хорошие новости?

– Я смог выполнить ваше поручение, Ваше Величество, – чуть заискивающе произнес Шарль. – И разузнал подробности о событиях в Московии.

– Это интересно! – благосклонно произнес король. – Продолжай.

– Вена не зря встревожена. Их союзник – Московия – смогла очень успешно выступить против верного вассала Османской империи – Крымского ханства, стремительно его разгромив. Да что разгромив – уничтожив. Столь страшного и стремительного опустошения те земли не знали никогда. И это при том, что раньше у Московии не получалось даже просто вторгнуться на просторы Крымского полуострова, хотя попыток предпринималось много и куда более значительными силами. Например, в 1687 году князь Василий Голицын, фаворит царицы Софьи, под своими знаменами привел больше ста тысяч. Но все было тщетно. В сущности, своим походом он смог только заблокировать выход ханского войска, уклонившегося от сражения, на Балканы, где в их помощи нуждались османы.