Цитадель - Вячеслав Грацкий

В кабинете Хагена было прохладно. Несмотря на лето, несмотря на пылающий камин. Гелен невольно ежился. Конечно, учитывая толщину замковых стен, здесь и не могло быть жарко, но сейчас было просто-таки зверски холодно.

Зябко было и Хагену. Он сидел вплотную к камину, вытянув к огню руки и ноги. Повинуясь жесту графа, Гелен пододвинул стул и устроился рядом.

Перехватив взгляд графа, барон вновь поежился. Глаза Хагена источали такой нестерпимый холод, что Гелену пришло в голову, что именно граф-то и выстудил комнату. Мысль была совершенно безумна, и барон едва сдержал смешок.

— Холодно здесь, — заметил он, чтобы скрыть гримасу.

Граф кивнул.

— Из Дракенберга прибыл голубь, — медленно проговорил Хаген.

Гелен вгляделся в его мрачное лицо и кое-что понял.

— Значит ли это, что барон Виссен…

— Да. Барон Виссен убит в Торенте. На глазах у всего магистрата. Некая девушка спрыгнула с потолка и вырвала барону сердце. Пробив рукой стальной доспех.

— Это она?

Граф снова кивнул:

— После чего она прикончила двух нанятых бургомистром Охотников.

— А Логан? Где был он, черт возьми? Почему он ничего не сделал?

Хаген усмехнулся:

— Как утверждает бургомистр, Логан тоже должен был находиться в ратуше. Кое-кто даже его видел, но куда он делся потом — вопрос. И он, и демон исчезли без следа.

— Ничего не понимаю. Если Логан был там, да еще с двумя Охотниками, как он мог упустить демона? Он ведь Адская Гончая!

— Есть только один ответ, — усмехнулся граф. — Логан затеял свою игру.

— Но какая у него может быть игра?

— Думаю, Гелен, ты и сам все понял. Еще тогда, когда альбинос побывал здесь. Ты же видел, как он смотрел на меня.

— Да, я помню. Он вел себя непозволительно дерзко. Хотя я до сих пор не могу понять, почему он хочет тебя убить?

— Это сейчас неважно, друг мой, — отмахнулся граф. — Это слишком долгая история, и я расскажу ее как-нибудь в другой раз. Сейчас важно другое. Пора готовить им встречу.

— Им?

— Им, — кивнул граф. — Думаю, Логан и демон будут действовать заодно.

— Заодно?! Охотник и демон?!

Брови Гелена поползли на лоб. Граф поморщился.

— Я имею в виду — в конечном итоге. Я ведь говорил, Логан — хитрая бестия. Достаточно позволить демону напасть на мой замок, отвлечь все наши силы, ну а самому…

— Каков мерзавец! — не выдержал Гелен. — Но что же нам делать? Если уж на Охотника нельзя положиться…

— Думаю, первым делом нужно вызвать сюда всех надежных людей. Отошли от моего имени письма Дилану и Юлиху. Пусть возьмут своих лучших рыцарей и срочно идут сюда. И позови Мартина, он наверняка где-то рядом.

— Да, когда я поднялся, он ходил возле дверей, — усмехнулся Гелен.

— Отлично. Тогда пойдем. Мне нужно немного развеяться.

Они двинулись к выходу, и барон, к своему немалому удивлению, отметил, что походка графа изменилась. Если раньше он переваливался с ноги на ногу, с трудом перенося свою объемную тушу, то теперь он шел гораздо легче и бодрее. Да и вообще…

Почему вместо его блистающего золотом кафтана на графе была простая поддоспешная стеганка? Что случилось с Хагеном? Где его золотые перстни, браслеты, кольца? От простых кнехтов его отличали лишь наборный рыцарский пояс с коротким карнелийским клинком да золотая цепь на груди.

Но самое главное, Гелен только сейчас обратил внимание, что Хаген выглядел сильно похудевшим. Что с ним случилось за эти несколько дней? Следствие бессонных ночей? Волнение? Страх? Неужели Хаген настолько испуган? Что или кто его напугал? Та демоница? Или Логан? И неужели же за столь короткий срок можно так похудеть?

Мартин и впрямь ждал хозяина за дверью. Перехватив взгляд сеньора, старик расплылся в довольной усмешке.

— Ваше сиятельство, я всегда к вашим услугам, — проскрипел он.

— Я слышал, привезли разбойников?

— Да, сеньор. Их пятеро.

— Молодец, старина. Это как раз то, что мне сейчас нужно.

Хаген похлопал Мартина по плечу. Просияв, старик бросил на Гелена торжествующий взгляд.

— Повозка только что прибыла, сеньор, — доложил Мартин. — Разбойники во дворе, прикажете затопить жаровни?

— Да, распорядись, но прежде я хочу взглянуть на них. Идем, друг мой, — Хаген приобнял старика и покосился на барона.

— Гелен, не трать зря время, вели отправить письма с голубями.

Хаген подтолкнул старика к лестнице.

— Что за люди?

— Четверо — самые обычные, дрянь, в общем, а не люди, зато пятый — отчаянный головорез.

Они ушли, провожаемые полным презрения взглядом Гелена. При всем уважении к своему сюзерену барон не разделял и не одобрял его забав и тайных пристрастий. Тайных в прямом смысле слова, ибо не было свидетелей того, что именно вытворял граф с пленниками. Хаген запирался в подземелье, а спустя несколько часов выходил. Как правило, довольный и посвежевший. Так что несомненным было только одно — Хаген получал от этого немалое удовольствие.

Что же касаемо пленников, то, удовлетворив свою страсть, Хаген сбрасывал их в устроенный в подземелье особый загон, куда предварительно загонялись голодные свиньи. Следов не оставалось.

Слухи ходили разные. Говорили, что Хаген пьет кровь у пленников. Или что заживо их пожирает. И что творит черное чародейство, призывая дьявольские силы. В общем, много чего говорили. Но, несмотря на все эти ужасные слухи, обычные люди не столько боялись Хагена, сколько уважали. Все знали, что добропорядочным подданным Хагена нечего опасаться. Ужасная судьба ждала лишь воров да разбойников.

Были довольны графом и церковники, ибо не существовало в Армании более ревностного верующего, нежели Хаген. Он строил церкви и часовни, раздавал щедрые пожертвования и беспощадно преследовал еретиков. Хотя последние на землях Хагена попадались нечасто. Подданные графа ни в городах, ни в селах не бедствовали, суд его был суровый, но справедливый, так что ни одна еретическая зараза из тех, что свирепствовали в нищающей Северной Армании, не нашла тут подходящей почвы.

«По большому счету, — размышлял Гелен, — такой незаурядный человек, как Хаген, имеет полное право на какую-либо слабость. В конце концов, эти люди — преступники. То есть те, кто нарушает установленный Хагеном порядок. Порядок, принесший тысячам людей сытую и спокойную жизнь. Поэтому их жизни, брошенные на чашу весов против всеобщего процветания, не могли иметь никакого веса».

Только одно смущало Гелена. Несколько месяцев назад он узнал, что большая часть преступников, свозимых в замок Хагена, ловится на приманку. В Южной Армании, и в особенности во владениях графа, разбойники появлялись крайне редко. При здешней сытой жизни свои почти не появлялись, а чужие, из окрестных земель, забредать побаивались.