Фиолетовый гном - Николай Бахрошин

Жека писал роман. На этот раз настоящий, уверял он. Пошло, наконец! Накатило! Сколько лет ждал, уже надеяться перестал и вот – пошло. Не убеждал, не доказывал, не горячился, просто сказал. Уверенно и спокойно. Он, вообще, стал вдруг каким-то очень спокойным, старый друг Жека. Уверенным. Если бы к хлюпику Жеке можно было применить это слово, Серега бы сказал, что в нем появилась сила.

Жека – и сила? Невероятно. Впрочем, кто его знает, может, и появилась. Может, и правда, роман…

– А зачем из семьи уходить? – поинтересовался Серега.

– Так надо!

– Неужели и пиар свой забросишь?

– Так надо…

«Так надо!» Очень логичная мотивация, если вдуматься…

Серега даже слегка протрезвел от неожиданной метаморфозы старого друга.

Неужели человек может измениться так сразу? Мистика с фантастикой, решил Серега. Что, действительно все вокруг дружно сошли с ума и теперь неустанно доказывают это друг другу?

Пришлось срочно распечатать коньяк. Когда все вокруг сходят с ума, то и коньяк пьется, как пастеризованное молоко…

Серега все рассказал Жуткому брату. Ни с кем не хотелось обсуждать Светланку, но с Жекой можно. Тот слушал его сочувственно и периодически разводил руками.

Хорошо поговорили, душевно, хотя сам разговор он потом так и не смог припомнить…

Сквозь заплеванный, зассанный котами подъезд с разбитыми лампочками Серега вышел во двор, в суровую темноту спального пригорода. Хорошо хоть лето, не так грязно, иначе – прощай модельные итальянские туфли!

Неподалеку светился разноцветными бутылками ночной киоск. Серега решил выпить пива. Понимал, что не надо бы, уже больше чем хватит, уже по макушку залился. Но захотелось.

У киоска толклись двое трудных подростков, сопляки еще, шпана приблатненая, сразу стрельнули у него сигарету. Он дал. Попросили десять рублей. Он не дал. Возмутились. Серега цыкнул на них, обозвал бакланами. Драться не хотелось, но, может, оно и неплохо, разрядиться немножко. Опытным глазом он сразу выделил лидера, которого валить первым, как учили…

Нет, не получилось, глянули снизу вверх, поняли что-то, отстали…

Потом Серега стоял за столиком у киоска, хлебал теплое пиво и думал о том, что ему очень плохо. По-настоящему, как редко бывало…

Одиночество и тоска по женщине. Ад на земле…

11

Серега опять не помнил, как оказался дома. Два дня потом он просто отлеживался, без спиртного, тихо и медленно умирал. Валялся на кровати и бездумно читал Дюма. Давно не перечитывал. На второй день встал и сварил себе куриный бульон.

На третий день он проснулся в полпятого утра без будильника, больше часа отмокал в ванне, потом начал собираться на работу. Выбритый, выглаженный, с тщательно завязанным галстуком. Как обычно. Разве что глаза немного в красноту. Последствия гриппа. Может быть, птичьего гриппа. Инфекция, передающаяся от гордой птицы, недоперепил…

– И что ты решил? – спросил его Саша Федотов.

Серега пожал плечами.

– Поживем – увидим, – неопределенно ответил он.

Он действительно пока ничего не решил. Просто привык.

– Дров не наломаешь, приятель? – спросил Саша.

– Не наломаю, – ответил Серега.

Саша Федотов внимательно смотрел на него. Словно ждал еще чего-то, хотел сказать, но никак не решался, Серега это сразу почувствовал. Опять не похоже на его обычную напористость…

Интересно, чего он ждал?

Нет, так и не сказал…

Значит, не интересно!

Часть VI

Корень успеха

1

– Ну что? Еще минут десять – и домой? – спросил Серега, уже не в первый раз.

Жека только злобно сопел в ответ.

Они два раза прошли ярко освещенную улицу из конца в конец, вышагивая по широкому тротуару вдоль узкой автомобильной дороги. Джентльмены на променаде, не иначе… Фланируют по улицам, скрывая за манерами приступы спермотоксикоза…

Три раза они посидели в открытых кофешках, два раза выпили «грек кофэ» (не дай бог сказать – кофе по-турецки, не любят греки своих давних завоевателей!) и один раз – пива.

Улица была абсолютно курортной с виду, сразу за рядом пряничных домиков начинался песчаный пляж, влажно дышало море, и бледная луна высвечивала на воде вечную дорожку. Но вот любвеобильных курортниц с русскоязычным прононсом явно не наблюдалось. За столиками кофешек еще теплилась какая-то жизнь. Неторопливые, степенные компании, в основном – мужские, что-то пили и гыркали на своем языке, за деревней светились окнами корпуса гостиниц.

И только! Никакой сексуальной активности, ни намека на ночную жизнь, здешний и приезжий народ, по всей видимости, честно укладывался на покой по окончании детского времени. Деревня!

– По деревне шел Иван.

Был мороз трескучий.У Ивана хрен стоял,Так, на всякий случай…

– с выражением рассказал Серега.

– Стихи? – спросил Жека.

– Они самые, – подтвердил Серега. – Слова народные, исполнение автора.

– Выразительно! – одобрил Жека и тяжело вздохнул^ – Может, еще где-нибудь посидим?

– А смысл?

– А просто так… Помнишь, как мы с тобой в подростковом возрасте ходили гулять по улицам? Просто так!

– Помню, конечно, – подтвердил Серега. – Были мы с тобой два молодых идиота и гуляли при каждом удобном случае…

– Эпическое начало. Мне нравится, – заинтересовался Жека. – А теперь?

– А теперь – мы два старых идиота…

– Конец – не очень. Не выразительный, – раскритиковал Жека.

– Закономерный…

Они расположились за ближайшим столиком, дождались неторопливого официанта с орлиным профилем и сонно-вежливой улыбкой, снова заказали «ту грек кофэ».

– Вот так напузыришmся кофейной гущи со всякими неудовлетворенными писателями и не уснешь потом, – пожаловался Серега.

– В сущности, ты был прав, – вдруг сказал Жека.

– В чем? – удивился Серега.

– Помнишь, была у тебя такая сказка – про корень успеха. По сути, ничего больше не надо в жизни, ни золотых рыбок, ни волшебных палочек, заварить себе такой корешок – и дело в шляпе. Немножко успеха – это все, чего нам не хватает. Очень дельная была мысль. Глубокая.

– Я вообще умный, – похвастался Серега. Потом догадался: – Ты что, в издательство звонил?

– Звонил.

– Ну и как?

– А никак. Опять выход книжки задерживают. Что-то у них там не срастается в очередной раз…

– Срастется, – успокоил Серега. – Аванс-то дали. Значит – срастется, куда они денутся.

– Наверное…

Официант с медальным профилем принес дымящийся кофе в фарфоровых, игрушечных чашечках. Дожидаясь, пока осядет гуща, оба курили.

– У тебя тоже все наладится, – неожиданно посочувствовал Жека.

– Вот это – вряд ли! Не тот случай.

– Наладится. Ты, главное, не переживай.

– А я и не переживаю, я злюсь.

– На кого?

– Не знаю. Знал бы на кого – было бы легче. А так – просто злюсь. Абстрактно, но эмоционально.

– Маешься, значит? То-то я смотрю, ты весь в соплях и раздумьях… Свалился неожиданно, как кирпич на голову, поедем, мол, в Грецию, поживем на солнечных берегах в отдалении от цивилизации, оторвемся от проблем и образа жизни… Неужели так все достало?

– Что-то вроде того, – согласился Серега.

Отвернувшись, он смотрел на темное море между домами. Далеко в темноте блестели огоньки какого-то кораблика. Наверное, яхта. Здесь в округе много дорогих яхт…

Да, корень успеха… По деревне шел Иван, был мороз трескучий…

В городе была ночь, а высоко в звездном небе – полнолуние. Или – почти полнолуние, Серега никогда в этом не разбирался.

Сквозь незашторенное окно к нему в комнату заглядывала круглая, бледная луна, и казалось, что она улыбается. Ехидничает и подмигивает. Такая ночь…

Они лежали у него на кровати. Он и Светланка. Серега курил, раскинувшись на спине. Она лежала на животе, поверх одеяла, положив подбородок на скрещенные руки. Смотрела, как он курил.

В лимонном свете ее стройное тело казалось бледным, почти прозрачным. На аккуратной попке отчетливо выделялись две симпатичные ямочки. Очень симпатичные ямочки. Странно, на фотографиях он их не заметил… Точно не заметил, обязательно обратил бы внимание…

– Ты его любишь? – спросил Серега

Она не ответила.

Понятно! Нет, все-таки они, женщины, не умеют врать, практически, совсем не умеют. Если прямо и в лоб задавать вопросы. Серега давно это знал.

А он умеет! Как же здорово он умеет врать! Очень искренне умеет. Научился. Жизнь научила. Паскудная штука жизнь, учит всему, только ничему хорошему. Забавная штука жизнь…

Светланку Серега затащил в кровать неожиданно просто. Полез нахрапом, и все. Вспомнил Сашины фотографии, рассвирепел в очередной раз и – полез.

Первый раз он овладел ею прямо в машине. Если можно так категорически выразиться – овладел. Кто и кем – большой вопрос… Неудобно в салоне, что бы ни говорили – неудобно. Пока Серега сопел и возился, Светланка сообразила по-своему. Быстрым и острым, как жало, язычком совершила настоящее чудо. Откровенное чудо. Ее язычок, уверенно гуляющий по его телу, – это оказалось нечто! Мертвого можно возбудить таким язычком…