Шут и император - Алан Гордон

— Капитан Станислав, верный служака.

— Верность-то он хранит. Да только не Константинополю.

— А кому тогда?

— Он прошел с Фридрихом последний крестовый поход. Но не вернулся домой, а предпочел завернуть сюда. Я подозреваю, что он по-прежнему работает на Швабию.

— А у нас по-прежнему нет никаких доказательств. Фактически, у нас есть только пара лживых ответов, но этого слишком мало, чтобы убедить кого бы то ни было.

— Нам остается лишь застать их на месте преступления и остановить.

Аглая удивленно посмотрела на меня.

— Чтобы схватить их на месте преступления, надо попасть к Исааку, — сказала она.

— Верно. У меня есть кое-какие мысли на сей счет.

— А у меня возникло предчувствие, что заговорщикам придется не сладко.

— Вероятно, оно тебя не обманывает, но, если я прав, у нас не так много времени. Исаака переведут в Анемасскую башню уже завтра.

— Что ты хочешь поручить мне?

— Отправляйся и разыщи Талию.

— Зачем? — возмутилась она. — Разве я не могу полностью заменить ее? И почему ты решил, что ей можно доверить какое-то дело?

— Я как раз хочу убедиться, можно ли ей доверять. Если можно, то она сумеет помочь нам. Приведи ее в церковь отца Эсайаса. Воспользуйся паролем и не говори, что ты пока ученица. Постарайся привести ее туда как можно скорее и убедись, что она не оставила никакого сообщения для Станислава.

— Понятно, — сказала она.

— Виола.

— Да, Фесте?

— Она ловко управляется с четырьмя ножами. Следи за ее руками.

— Хорошо.

Я прошел по берегу реки до церкви Святого Стефана. День еще не закончился, и грешники пока не собрались замаливать грехи. У входа меня встретил отец Мельхиор. Приветливо кивнув, он предложил мне спуститься в крипту.

— Я рассчитываю, что вскоре ко мне присоединятся два моих собрата, — сообщил я ему. — А точнее, две женщины.

— Чудесно, сын мой. Я провожу их вниз, когда они подойдут. Заходи, не бойся.

Спустившись, я подошел к алтарю, постучал по секретной панели и, когда она отъехала в сторону, вступил в святое святых. Охраняющий вход отец Федор встретил меня с мечом в руке. Он провел меня к Эсайасу, который восседал на кресле, попивая вино из роскошного, посверкивающего драгоценными камнями кубка. Он поманил меня, и я опустился перед ним на колени.

— Приветствую тебя, сын мой, — сказал он. — Могу ли я помочь тебе в час нужды?

— О, духовный пастырь, — сказал я. — Научи меня, как попасть в тюрьму.

ГЛАВА 17

В ночи все той же песне сладкогласной

Внимал и гордый царь, и жалкий смерд.

Должен признать, что меня еще не озадачивали такой просьбой, — сказал отец Эсайас. — В основном моя паства просит научить, как сбежать из тюрьмы.

— У меня есть особые соображения.

— Дурацкие соображения? — задумчиво произнес он. — Собственно говоря, существует два основных способа попадания в тюрьму. Можно высказать во всеуслышание какую-то пакость о любом влиятельном чиновнике, но поскольку ты сейчас числишься императорским шутом, то имеешь право высмеивать людей всякого звания. Или же, чтобы действовать наверняка, тебе нужно совершить преступление и быть пойманным с поличным.

— Позволь, я поясню, — сказал я. — Мне нужно попасть в совершенно особую тюрьму, сделать там кое-что, а потом покинуть ее.

— В какую же?

— В Анемасскую башню.

Эсайас откинулся назад и сложил на груди руки.

— Тут я не особо смогу помочь тебе, — сказал он. — Мы не суемся во Влахернский дворец. К чему будить спящего титана? Отгородившись от мира надежными стенами, они пребывают в покойной уверенности, что и во всем остальном Константинополе протекает такая же райская жизнь и все преступники давно превратились в ангелов.

— Понятно.

— Очень жаль, что тебе не захотелось попасть в преторианскую тюрьму. Там мы основательно закрепились. Надзиратели запирают моих людей на день, а к вечеру выпускают их для ночного промысла. Мы все делимся добычей, а городская стража таскается днем по улицам, выискивая преступников, которые уже спокойно отсиживаются в камерах. Такой же уговор у нас с портовой тюрьмой. Но Анемасская тюрьма не входит в сферу нашего влияния. Как я понимаю, ты нашел, кого искал?

— По-моему, нашел.

— И он сейчас заключен в Анемасскую башню?

— Нет. Но если я прав, то он скоро объявится там.

— Думаю, тебе пора рассказать мне все подробности.

Да уж, смешно даже подумать, что из всех людей в этом городе нашим самым надежным союзником стал заправила преступного мира. Однако я нуждался в его помощи, поэтому рассказал ему о своих подозрениях. К моему облегчению, они показались ему разумными.

— Есть одно простое решение, — заметил он. — Я сейчас же отправлю моих людей прикончить Симона.

— Простое, но не лучшее решение, — возразил я. — Во-первых, его не так-то легко убить. Во-вторых, если вы убьете его в «Петухе», заговор останется в силе. Симон всего лишь стрела. А нам нужно взять человека, натягивающего лук. Если мы схватим его в момент покушения, то сможем предъявить властям кое-какие доказательства.

— Каким властям? Уж не собираешься ли ты пришить дело императору?

— Нет. Не стоит так отягощать его жизнь. У меня есть идеи на сей счет, но для начала мне надо умудриться выжить.

— Отлично. А пока мы тут судим да рядим, пошлю-ка я моих людей последить за нашим грешным храмовником.

Отец Федор выскользнул из комнаты.

— Я надеюсь, что сюда вскоре подойдут две мои помощницы, — сказал я.

— Одной из них, видимо, будет твоя жена. Мы наслышаны о ее прибытии и быстром взлете в свите императрицы. Исключительно даровитая особа.

— О, да.

— А вторая?

— Талия, бывшая клоунесса императрицы.

— Насколько я помню, ты говорил, что она мертва, — резко сказал он.

— Говорил. Извини.

— Прискорбно, что люди не могут полностью доверять друг другу, — посетовал он. — Однако, учитывая сложившиеся обстоятельства, ты прощен. Почему убили Азана, как ты думаешь?

— Он имел дурную привычку совать свой нос не в свои дела. По моим предположениям, он разнюхал что-то про Симона и попытался содрать с него денег за молчание.

— А Симон поступил так, как поступил бы любой на его месте. Прикончил парня, а труп бросил в вашу комнату, чтобы отвести от себя подозрение.

— И на время сбить меня со следа. Ведь я действительно подумал, что покушались на одного из нас.

Отец Федор вернулся в сопровождении двух монашенок.

— Прибыли дамы, — объявил он.

Сбросив капюшоны, монашенки превратились в двух клоунесс: мою бывшую любовницу и нынешнюю жену.

— О боже! — воскликнул отец Эсайас, вставая и подходя к ним. — Какая несказанная красота снизошла в наш скромный приют! Госпожа Талия, я в восторге, что вижу тебя целой и невредимой.

— Благодарю, святой отец.

— А о тебе, госпожа Аглая, последние дни в городе ходит столько слухов, что я мог только мечтать о таком знакомстве. Дозволь поцеловать твою ручку.

Аглая сделала мне большие глаза, когда он приник к ее руке.

— На самом деле мы уже встречались, — невинно заметила она.

— Встречались? Быть того не может. Я бы запомнил столь очаровательную встречу.

— Имеется в виду, что ты знал Аглаю в обличье Клавдия, — пояснил я.

Талия обернулась и потрясенно взглянула на нее.

— Ты изображала Клавдия?! — воскликнула она.

— Именно так, госпожа, — голосом Клавдия признала Аглая. — И я полагаю, что теперь у тебя не возникнет ни малейшего желания пофлиртовать со мной.

— И ты — жена Тео.

— Фесте, Фесте, — напомнил я. — Пожалуйста, не забывайся.

— Тонкая игра для ученицы, — сказала Талия, окинув ее критическим взглядом. — Я не смогла бы так хорошо сыграть эту роль. Впрочем, никто, вероятно, и не принял бы меня за мужчину.

— Какое совпадение, — сладко подхватила Аглая. — А я не смогла бы сыграть твою роль. Впрочем, никто, вероятно, и не принял бы меня за потаскушку.

Затаив дыхание, я смотрел, как эта парочка испепеляла друг дружку взглядами, но все-таки надеялся, что до поножовщины дело не дойдет.

Талия вдруг усмехнулась.

— Достойный обмен любезностями, — ехидно сказала она. — Ты выдержала очередное испытание, ученица. Итак, Фесте, по какому поводу весь этот переполох?

— Думаю, нам лучше присесть, — сказал я, и мы расположились за столом.

— Не желаете ли вина? — предложил отец Эсайас.

— Я бы не отказалась, — ответила Талия, и он тут же налил всем. — Однако, насколько я поняла, это какая-то чрезвычайно важная встреча.

— Так и есть, — сказал я. — Во-первых, нам надо обсудить твое будущее.

— В смысле? — спросила Талия.

— Так или иначе, тебя что-то ждет впереди, — сказал я.

Она вздрогнула, пролив немного вина. Отец Федор стоял за ее спиной с мечом наготове.