Мир океана. Море живет - Донат Наумов

В тех же местах, где водится трохус, обитает несколько видов моллюсков из рода турбо, также имеющих великолепную перламутровую раковину. В промысловом отношении наибольшую ценность представляют крупные мраморные турбо, но в дело идут и более мелкие виды. Раковины турбо и трохусов заготавливают на рифах в несметном количестве и затем используют для изготовления пуговиц, брошей, запонок и т. п. Из крупных турбо делают красивые перламутровые ложки.

Толстая раковина трохусов и турбо служит этим моллюскам надежной защитой от ударов волн. Передвигаясь по рифу, они прикрывают тело массивной раковиной, из-под которой видны лишь кончики щупалец. Если моллюск будет оторван волной от субстрата, он все равно не погибнет. Трохус при этом глубоко втягивает тело в раковину, а турбо прикрывает вход в устье массивной (у мраморного турбо до 200 граммов!) полусферической известковой крышечкой. Чтобы добраться до перламутрового слоя трохусов и турбо, нужно немало потрудиться.

Зато раковины брюхоногих моллюсков ципреид не требуют никакой обработки. Правда, они не перламутровые, а напоминают глазированный фарфор. Форма ципреид в общем приближается к яйцевидной. По нижней, более уплощенной стороне проходит продольная узкая щель — устье раковины. Часто оно снабжено зубцами и похоже поэтому на ощеренный рот. При однообразии формы ципреиды отличаются изобилием вариантов рисунка и расцветки. Судить об этом можно по прилагаемым фотографиям и рисункам, на которых, однако, представлены далеко не все известные виды этих моллюсков.

Ципреи питаются водорослями, образующими тонкий налет на коралловом известняке. Днем они прячутся в щели, забираясь на нижнюю сторону обломков мертвых кораллов. У спокойно сидящего моллюска мантия двумя широкими лопастями выступает из устья и прикрывает всю раковину. Обычно мантия буроватая или зеленоватая, иногда с неяркими пятнами, часто на ней имеются тонкие волосовидные выросты или бугорки, увеличивающие поверхность мягких тканей и служащие дополнительными органами дыхания. Если ципрею потревожить, она втянет мантию, и тогда обнаружится глянцевая поверхность раковины. Некоторые виды ципреид очень многочисленны, другие же встречаются крайне редко и представляют большую ценность для коллекционеров. В специальных каталогах стоимость составляет несколько сот долларов. Крупные фирмы, специализирующиеся на торговле раковинами, получают от продажи таких ципреид изрядные прибыли. Ими торгуют также в маленьких лавочках и на рынках всех приморских тропических стран. Здесь же можно за небольшую плату приобрести бусы из нанизанных раковинок мелких массовых видов ципреид, которые в прошлом играли огромную роль в экономике и торговле целых народностей.

Ципреиды монетария-монета и монетария-колечко служили (кое-где и сейчас служат) в качестве денег. Маленькие, блестящие прочные раковинки хранились в мешочках или нанизанными в виде бус. Ими расплачивались за приобретенные товары, используя как мелкую разменную монету. Под староиндийским названием «каури» раковины этих двух видов моллюсков, живущих только на рифах Тихого и Индийского океанов, обошли почти весь мир. По-видимому, это были единственные предметы, которые уже в глубокой древности попали с коралловых рифов в самые отдаленные уголки Старого Света — Африки к Евразии. Их нашли в неолитических захоронениях в Центральном Китае и при раскопках одной из могил XII династии египетских фараонов (примерно 500 лет до нашей эры). Месопотамия того времени служила транзитным пунктом на пути перевозки каури из Аравии на Кавказ. Ценились эти раковины и у скифов. По-видимому, через них каури попали в Западную Европу. Начиная с IX века раковины каури используют для украшения сбруи на Одере, на территориях нынешних Швеции, Литвы и Белоруссии. Средневековые мастера Европы имели обыкновение нашивать раковины этих моллюсков на свои кожаные рабочие фартуки. Посетители краеведческого музея в городе Печоры Псковской области могут полюбоваться ожерельем из каури, найденным при раскопках захоронения, относящегося к XII–XIV векам. Мордовские и чувашские женщины укрепляли каури на праздничные налобные повязки. В качестве украшений каури попали даже к башкирам и киргизам.

Особенно высоко ценились раковины каури народами Западной и Центральной Африки: ими обшивали головные уборы, сосуды для хранения растительного масла и молока, корзины, сумки. Раковинками каури инкрустировали изделия из дерева, щиты, барабаны.

Народы Новой Гвинеи и островов Океании широко используют каури для инкрустации ими ритуальных масок. Особенно эффектно выглядят новогвинейские деревянные маски с глазами из раковин. Впрочем, их вставляли также и в глазницы препарированных черепов убитых врагов.

Африканцы, которые не могли видеть живых моллюсков и не были осведомлены об их происхождении и жизни, придавали раковинам мистическое значение. Особенно их поражала форма устья, похожая на зубастый оскаленный рот. Поэтому каури было принято носить в качестве талисмана, оберегающего его владельца. Чем больше каури, тем надежнее защита таинственных сил, заключенных в раковины. И вот вожди и другие власть имущие лица стараются перещеголять друг друга в накоплении каури. Один из колдунов Западной Африки таскал на себе цепь из 20 тысяч раковин (22 килограмма!). Африканские царьки награждали своих подданных знаками отличия, заменявшими ордена, которые также изготовлялись из каури. Носили эти награды на лбу, свешивая их на лицо. Расположение раковины на знаке отличия имело вполне определенный символический смысл. Была выработана даже своеобразная письменность. Две каури, обращенные друг другу острыми концами, означали понятие «дружба», концами врозь — «вражда», две каури и перышко — «свидание». Кроме всего прочего, каури имели также и непосредственную потребительскую ценность как украшения. Радуя глаз и формой и цветом, они очень красиво выделяются на фоне темной кожи и черных волос прически.

В качестве денег первыми стали использовать каури древние китайцы. Еще за полторы тысячи лет до нашей эры они расплачивались за приобретенный товар раковинами каури, привозимыми с островов Рюкю. Для удобства хранения и облегчения подсчета раковины просверливали и нанизывали на шнурок. Обычай носить каури в связках столь хорошо укоренился, что при введении медных денег (это произошло в Китае около 200 года до нашей эры) монеты изготавливались с отверстием для шнурка. Иероглифический знак старинной китайской письменности, обозначающий слово «деньги», схематически изображает раковину моллюска монетария-монета. В несколько измененном виде этот знак сохранился в Китае до наших дней и лежит в основе около двухсот иероглифов, обозначающих такие понятия, как «деньги», «продажа», «торговля», «банковский оборот» и т. д.