(не) Суррогатная Мама - Александра Стрельцова

что может грозить Полине находясь в одной квартире с матерью, что с рождения ненавидит её.

«…может она решила своим ходом до больницы добраться…»

В голове проносятся слова Геннадия. Если парень предположил такой вариант, то значит не следил за дверью подъезда.

- Нет, - отвечаю брату моей девочки, - но я скоро об этом узнаю, будь на связи, я позвоню, как только станет известно, хоть что-нибудь, - говорю Арсению и сбрасываю вызов.

Вскакиваю с дивана и бегу в комнату, где спит наша малышка, во мне всё бурлит, я желаю оказаться рядом с Полиной, удостовериться, что с ней всё хорошо, а после залюбить до изнеможения.

Зайдя в комнату, подхожу к кроватке со спящей Русланой и понимаю, что мне не с кем оставить нашу малышку. Чужому человеку я её не оставлю. Неожиданно в голове всплывает образ одной хрупкой девушке, что предназначалась стать мне женой, но вышла замуж за другого чему я очень рад.

Достаю телефон и набираю номер Акела. Длинные гудки и после короткое.

- Да.

- Мне нужна помощь, - вместо приветствия, говорю другу.

Через полчаса у меня без проблем забирают малышку на то время пока я не найду Полю. Благодарю друзей, и спешу на поиски моей девочки.

Выхожу из машины, и рядом со мной останавливается машина Гошана. Безопаснник выбирается из своего автомобиля. Показываю следовать за мной и широким шагом подхожу к подъезду следом поднимаемся по лестнице, открываю дверь, заходим в подъезд, поднимаемся на лифте на нужный этаж, на площадке которого меня ждёт Геннадий, он всё время моего отсутствия не отходил от двери квартиры.

- Из квартиры никто не выходил и не заходил, - отчитывается парень, как только видит меня и Гошана, выходящих из лифта.

- Вскрывай дверь, - отдаю приказ, только вместо водителя к ней подходит Гошан и потирая руки, достаёт отмычку из кармана брюк.

21.2

Достаю телефон и снова набираю номер Полины, и, наверное, уже в сотый раз слышу одно и тоже «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Гошан тем временем очень тихо работает с замком, и уже через минуту открывает дверь, после поднимается с корточек и кивает мне головой, давая понять, чтобы я следовал за ним. Киваю в ответ и наблюдаю как беззвучно Гошан заходит в квартиру.

Иду следом, прислушиваясь к обстановке в квартире. Полная тишина, которая бьёт по моим нервам разрядом в двести двадцать, выбивая искры из глаз. Тихо преодолеваем коридор, заглядываем в кухню, не находя в ней никого, двигаемся дальше. Так осматривает комнату за комнатой, общаемся взглядами и жестами. Осмотрев всё вокруг и не найдя Полины, я в ярости бью кулаком о стену, рядом с дверь ванной комнаты.

И следом замираю, так как через закрытую дверь слышу всплеск воды. Смотрю на друга и даю знак чтобы не заходил, если там моя девочка, то она явно не одета, а пялится на неё другому мужику я не позволю. Она моя, только моя. Гошан отходит от двери на шаг назад и отворачивается, а я кладу руку на ручку двери и нажав на неё, тяну на себя, мысленно молюсь, чтобы в там была моя девочка, жива и невредима.

То, что мои молитвы не дошли до адресата я понял сразу как только переступил порог ванной комнаты. Первым, что бросилось мне в глаза, это небрежно брошенные вещи на полу, они были женскими, но явно не Полиниными. Прожив с Ольгой несколько лет и даря ей часто нижнее бельё, я научился определять размер на глаз. Валяющие посередине комнаты трусики и лифчик явно были великоваты для моей девочки.

Новый всплеск воды за шторкой в ванной, и я делаю тихий шаг вперёд, берусь за край шторы и резко отодвигаю её, открывая себе вид на лежащую по самое горло в облаке пены, мать Полины. Женщина даже не замечает меня, она лежит с закрытыми глазами, в ушах вставлены беспроводные наушники, из которых доносится музыка, в такт которой мать Поли качает головой словно подросток. В руке у женщины полупустой бокал с чем-то красным, опустив взгляд вниз, замечаю открытую бутылку вина.

Тянусь к лейке, что находится в держателе на стоне, снимаю её, направляю на голову барышне, второй рукой открываю вентиль с холодной водой, хочу смыть с её лица блаженство, с которым она принимает водные процедуры, в то время когда ни я, ни Арсений не знаем где Поля.

Холодная вода под напором обрушивается на голову женщине, она дёргается от неожиданного подарка, бокал с вином выскальзывает из пальцев, падает на дно ванной. На всю квартиру разносится женский визг, следом он обрывается, мать Полины уходит под воду с головой поскальзываясь о дно ванны отмахиваясь от холодных струй воды руками.

Женщина выныривает с громким воплем, но как только натыкается взглядом на мою персону сразу закрывает рот, таращит на меня глазами полными ужаса. Она настолько шокирована, что забывает о своей наготе, но мне плевать, я не смотрю на её прелести, мой взгляд прикован к её глазам, в которых разжигается паника.

- Где Полина? – задаю вопрос, слегка наклоняюсь вперёд, от чего женщина плюхается на свой зад, поднимая волну, которая выплёскивается через край ванны попадая мне на туфли.

Мать моей девочки вновь вскакивает, но в этот раз она прикрывается руками, смотрит затравленно.

- Полина где? – повторяю вопрос.

- Она уехала, - получаю быстрый, но нервный ответ.

- Когда и куда? – задаю следующий вопрос, и взяв с полки полотенце, кидаю его женщине.

- Я не знаю «когда», и уж тем более «куда», - неожиданно резко отвечает мадам, заворачивается в полотенце, скрывая наготу.

- Как ты не знаешь «когда?» - отступаю на шаг, позволяю ей выбраться из ванной.

- А вот так, - разводит руками в разные стороны, - я не слежу за временем, сразу после её ухода, я забралась в ванную, а сколько я здесь, я не знаю, - вздёргивает подбородок вверх, -