Лезвия и кости - Хизер К. Майерс

Мой член был твердым, прижимался к изгибу ее попки, требуя ее внимания.

"Я не понимаю, о чем ты говоришь", — сказала она. Ее слова прозвучали бы сильнее, если бы она не дрожала, когда говорила.

Она выглядела чертовски красивой на фоне стены, ее волосы непокорными волнами рассыпались по плечам. Я мог видеть след, который оставил на ее коже, и мой член дернулся при виде этого. Фиолетовый — серо-фиолетовый. Мой новый любимый цвет, особенно на ней.

Я бы сделал ей их побольше, везде. По всему ее телу. Отметив ее как свою.

Я захихикал, уткнувшись лицом в ее шею. "Я покажу тебе", — сказал я. "Я покажу тебе, и тогда ты поймешь. Ты поймешь, что ты моя. Но когда ты будешь у меня, пути назад не будет. Я убью любого, кто попытается отнять тебя у меня. Особенно своего родного брата".

21

Сиенна

Я знала, что мне следует быть осторожнее со словами Адриана. Он буквально угрожал Доновану, если Донован попытается отнять меня у него. Отчасти я ему не верила. Донован был младшим братом Адриана. Он ни за что бы так не поступил, даже если у них были проблемы.

Другая часть меня…

Другая часть меня схватила лицо Адриана и притянула его к себе для очередного страстного поцелуя. В его словах было что-то территориальное, первобытное, и хотя логически я понимала, что должна бежать… Я не могла не бежать прямо к Адриану, а не прочь от него.

Этот поцелуй не был сладким. Он не был осторожным или нерешительным. Он был быстрым, жестким и голодным.

Словно все годы невысказанных чувств, обид и чего-то еще вылились в этот единственный акт. Наши языки боролись и танцевали, наши сердца бились синхронно, подпитываемые адреналином опасности.

Адриан крепче сжал мою талию, когда я ответила на его поцелуй, полностью поглощенная сырыми эмоциями, которые выплескивались из него. Я знала, что должна бояться, но чувствовала себя неуязвимой, окутанной интенсивностью момента.

Его губы были настоятельными и требовательными, как огонь, который грозил поглотить все на своем пути. Я чувствовала, как через этот поцелуй в меня вливаются его эмоции, как будто он пытался присвоить меня себе.

Он прижался ко мне, и я почувствовала, как сильно он хочет меня. Его член прижался к моему бедру, и, хотя мои щеки пылали от этой мысли, я не могла не задаться вопросом, каково это — иметь его внутри себя.

В голове промелькнуло воспоминание о той ночи, когда я застала его трахающимся с той девушкой, о том, как напряглись его мышцы, как пульсировали эти мышцы каждый раз, когда он входил в нее. Мой клитор запульсировал от трения леггинсов о мое ядро.

Я хотела знать.

Я хотела этого ощущения.

При мысли о том, что должно произойти, по позвоночнику пробежала дрожь. Сердце колотилось в груди, и я без сомнения знала, что нахожусь в опасности, но не могла противиться влечению этой дикой, необузданной стороны Адриана. Я сжимала бедра, отчаянно желая облегчения, и каждый раз, когда наши губы встречались, это было похоже на маленький взрыв желания, пронизывающий меня насквозь.

Его губы скользнули по моему горлу, впиваясь в кожу и посасывая ее.

С моих губ сорвался стон, в котором смешались удовольствие и страх. Доминирование Адриана опьяняло, и я жаждала его внимания, его прикосновений.

Мы продолжали целоваться, оба тяжело дышали и дрожали. Наши тела сплелись, руки блуждали по плоти друг друга в поисках того идеального места, которое сделает все правильно.

Рука Адриана поднялась по моей талии, и я почувствовала жар, исходящий от его кожи, когда она соприкоснулась с моей. Он обхватил мою грудь, нежно сжимая ее через рубашку, и прошептал мое имя, его голос был низким и соблазнительным. Я снова задрожала, на этот раз от чистого предвкушения.

Мы отстранились друг от друга, дыхание стало прерывистым. Адриан смотрел в мои глаза, его глаза были наполнены голодом, которого я никогда раньше не видела. Он снова наклонился ко мне, и на этот раз его губы встретились с моими с такой яростью, что я ахнула. Словно все, что копилось в нем годами, наконец вырвалось наружу, и я стала единственным выходом.

Я не протестовала, не пыталась остановить его. Вместо этого я с не меньшим рвением встретила его поцелуй, мои руки исследовали каждый сантиметр его тела, а мы продолжали жадно целоваться. Казалось, что мы оба находимся на грани, на грани страсти и одержимости, желания и опасности.

"Ты моя", — прошептал он, его голос был низким и властным.

Я хотела возразить, но правда заключалась в том, что я так долго хотела его. Мысль о том, чтобы поддаться этому желанию, испытать всю остроту его страсти, была почти непреодолимой.

Руки Адриана блуждали по моему телу, исследуя каждый сантиметр моей кожи, и я издала легкий стон, когда его пальцы коснулись моей груди. Он снова поцеловал меня, глубже и страстнее, чем прежде, его язык исследовал мой рот, пробуя меня на вкус, овладевая мной.

Внезапно мы оба остановились и посмотрели друг другу в глаза. Напряжение момента достигло предела, и я понял, что мы вот-вот пересечем черту, которая изменит все. Но в тот момент я поняла, что меня не волнуют ни опасность, ни последствия. Все, на чем я могла сосредоточиться, — это на жгучем желании, которое проникало в меня, на потребности почувствовать его внутри себя, быть востребованной им.

Словно прочитав мои мысли, Адриан придвинулся ближе, и его губы снова впились в мои. Мои руки блуждали по его телу, отыскивая твердый, мускулистый каркас, который так долго преследовал мои мечты. Я чувствовала, как его сердце колотится в груди в том же ритме, что и мое. Как будто мы были двумя половинками одного целого, предназначенного для того, чтобы быть вместе.

Я почувствовала внезапную срочность, отчаяние, которое было почти непреодолимым. Он был нужен мне сейчас, как никогда. Мне было все равно, что мы находимся в раздевалке "Ящика Пандоры". Адриан запер ее, и