Рывок в будущее (СИ) - Марков-Бабкин Владимир

— Дядько, довго мы цього хвороблывого выкреста будемо везти? — встрял в беседу Дмитро, — йиды в рот не бере, ногы насилу волочыть!

Ватажник засмеялись.

На отрока зажатого между Дмитром и Потапом было больно смотреть. Он точно был болен. Да ещё дальнее путешествие…

Зачем атаман его подобрал Иоасафу Батурину было непонятно. Оглушенный вьюноша упал в карете удачно. Порезов или переломов не имел. Ну головой ударился — эка печаль? Собственно он из кортежа Императрицы после взрывов один остался цел. Правда пару раненых кирасир и одного служку пришлось добивать ватажникам. А этот был без сознания.

Уж лучше бы оружия побольше бунчужный там прихватил. Фузии были справные. Золото же с самоцветами товарищи быстро по поясам растаскали. Даже Иоасаф успел кошель да украшения с каменьями себе взять. А вот шатлен с часиками, термос и подзорную трубу с вензелем и портретом Императрицы пришлось Фёдору Фёдоровичу отдать. Зачем-то они были нужны Лысенко. Хотя… Батурин давно понял что атаман их не тот за кого себя выдаёт. Вот границу перейдут может ему о том поведают. Если раньше не порешат. Хорошо что деньги семье успел отдать. А вот эгрет, серьги с сапфирами и бриллиантами его надеждой на будущее самого греют.

— Не поспишай Дмитро, нам ще кордон треба перейты, а цей племиннык Розуму будэ нам як той щит, якщо прыпруть, — усмехнулся «бунчужный», — та й подывытьсяна нього добре — щирый парубок. Вуса на мае, алэ губыз вухамыв нього точноБрауншвейгськи. Може родыч?

Казаки уже не сдерживаясь залились хохотом.

* * *

МОСКВА. ТВЕРСКАЯ ДОРОГА. ВОРОТА В МОСКВУ. З1 января 1754 года.

Если вы думаете, что Император въезжал в Москву во главе колонны войск на белом коне, то вы ошибаетесь. Во-первых, я не идиот двигаться показушно впереди планеты всей. Да и печальной судьбы Императрицы Елизаветы Петровны я не спешил повторить. А, во-вторых, конь у меня был мой обычный — изабелловой или, если угодно, светло-соловой масти. Когда-то такая масть считалась выбраковкой породы, но, почему-то, заводчики и ценители так считать перестали, после моего прибытия из Гольштинии и нашей шведской компании. Тем более, перестали так считать после моего триумфа при Маастрихте. Да и вообще…

Теперь жеребцы и кобылы такой масти резко взлетели в цене. После моего-то восшествия на Престол Всероссийский особенно.

В общем, двигалась колонна в сторону Первопрестольной. Да, мы доехали. В общем. Уже пригороды большого города. Не Москва моего времени в двадцать миллионов человек, но вполне крупный город по здешним меркам.

Впереди, разумеется, двигался авангард. Впереди авангарда разведка, дозорные и боевое охранение.

Затем уж я со свитой и своей личной Гвардией.

Затем вся моя армия на много вёрст. Всадники, сани, пушки, лыжники, огромный обоз (а это самое главное в любом войске и на любой войне), вспомогательные части, в том числе с развесёлыми девицами и ушлыми перекупщиками (тоже неизбежность любой войны), затем уж арьергард, конные разъезды и арьергардные дозоры.

Нет, я не планировал брать Москву штурмом. Я вообще не ожидал никаких особых эксцессов после получения подтверждения о гибели Императрицы. Первопрестольная пусть всё ещё кое-где горела, но, это остаточное явление. Те, поджигатели и смутьяны, кого солдаты не повесили или толпа не пришибла, заслышав о моём приближении, либо быстро покинули город, либо затаились, слившись с толпой.

Армия мне нужна была для демонстрации силы, власти и прав, а также для проекции всего этого на окружающую меня действительность.

Прискакал с головы колонны гонец:

— Ваше Императорское Величество! Там впереди вроде целая почётная делегация. Лучшие люди. Вас вышли встречать. С хлебом-солью. Уважить хотят. Вот передали Вашему Величеству.

Он протянул мне конверт.

Ломаю сургуч. Читаю. Ну, да, бла-бла-бла. Как и всегда, в таких случаях. Но, чрезвычайно верноподданнически!

Придётся-таки ехать лично, прикрываемым лишь отрядом личной Гвардии.

Что ж.

— Гвардия со мной.

* * *

МОСКВА. ПЕТРОВСКИЙ ДВОРЕЦ. МАЛАЯ КАМИННАЯ. 1 февраля 1754 года.

Огонь камина.

За окном тёмный Кремль. Я не стал там ночевать. Мрачно там. В леднике мертвецкой лежат убитые на той лесной дороге. И Разумовский. И Матушка. И дочь их.

Опознать можно, но, даже я, повидавший всякое, вздрогнул. В моё время не додумались использовать лёд в качестве шрапнели. Хотя, казалось бы, несколько бочек пороха и возы с блоками блоки нарезанного речного льда на обочине дороги — что тут необычного?

Бабах.

Следствие установило, что в карете Императрицы все погибли мгновенно. Их просто порубало почти в фарш. Порубало и конвой. Хотя кое-кого явно добивали. А вот куда делся Иван Третий?

Вопрос с престолонаследием неожиданно для меня не был таким уж сложным. Что-то намудрили заговорщики и как-то версия с «Иоанном Третьим» в народ не сильно зашла. Во-первых, Иванов вдруг оказалось сразу несколько, во-вторых, явно с организацией сего было плохо и самозванцев выставили сугубо для отвлечения и хаоса, тему проработали спустя рукава. Да и захват Башни Телеграфа мало что изменил, разве что породил непонятности в первые часы. Мой «мятеж» с моей стороны Линии Телеграфа был принят как само собой разумеющийся факт. Новгород и Тверь присягнули Петру Фёдоровичу почти сразу. Со стороны Москвы известие о том, что некий «Иоанн Третий» назначил канцлера графа Бестужева-Рюмина главой власти тоже не встретило понимания и сочувствия. А «назначенный» для Санкт-Петербурга в правящие регенты московский градоначальник и глава Сената князь Трубецкой только от меня и узнал об этом. В общем, известие о гибели Императрицы не произвело каких-то тектонических сдвигов в сознании элит и масс. Хотя, вероятно, мятежники именно на это рассчитывали. Но, народ вздохнул и лишь пожал плечами. Погибла Матушка. Бывает. Все под Богом ходим. Значит у нас теперь новый Император — Пётр Фёдорович.

Примерно так и рассуждал обыватель всех мастей и чинов. А потом в Москву пришли реальные сообщения из Петербурга о том, что в России новый Император. Как и ожидалось, в общем.

В общем, гражданской войны у нас не случилось. Ну, и слава Богу.

Москву уже потушили. Горел город не так чтобы сильно, но порядочно. Иной раз целыми кварталами. Ну, тем проще будет строить новый центр Первопрестольной. Зачем нам ждать Наполеона? Помойку в центре надо убирать.

Да, жгли город не только, как сказали бы в моё время, диверсионно-разведывательные группы. Часто жгли местные. Кому сосед не по нраву, кто ради добра чужого, кто забавы для. Но, жгли. Может потому и не случилась в Москве смута. Некогда было. Одни жгли, другие поджигателей ловили и убивали. Иной раз очень затейливо, с выдумкой. Но, чаще, просто старым добрым топором. И вовсе не на плахе.

В общем, все были заняты. Так что, когда я с армией вошёл в город, нам и делать было особо нечего. Принять присягу. Гарнизону денег дать. За присягу и в благодарность за верность. Дворянство похлопать по плечу. Обывателю пообещать порядок и милости Божьи.

Думаю, что за неделю я тут разберусь. Тут скорее не Москва важна, как остальная Россия. Вести всюду. Особенно туда, где Телеграфа нет, а гарнизоны большие.

Нужно восстановить управляемость.

Аз есмь Царь.

* * *

* * *

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ АВТОРСКИЕ:

СЕРИЮ «МИРЫ НОВОГО МИХАИЛА» — https://author.today/work/1

ЦИКЛ «СВЕТЛЕЙШИЙ» — https://author.today/work/329568

РОМАН «ЭРА ВЕЧНОСТИ. ГРААЛЬ» — https://author.today/work/310989