Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

Наконец они оказались в просторном помещении, где в голубоватом полумраке суетились слуги Королевы-матери. Мягкий пол казался живым, и в этом было что-то неприятное. Граймс, принцесса и охранницы приблизились к высокой платформе, на которой возлежало огромное бледное существо. Вокруг стояли экраны, на которых транслировалось происходящее в разных точках планеты. На одном из них можно было видеть космопорт и стройный силуэт "Щитомордника" на посадочной платформе, а ниже - ряд каких-то диаграмм и графиков. Это огромное помещение было одновременно тронным залом, родильной палатой и координирующим центром всей планеты.

Глаза Граймса начали привыкать к полумраку. Он с жалостью смотрел на вялое, рыхлое, почти бесформенное тело с полуатрофированными конечностями и бесполезными огрызками крыльев. Как ни странно, все прочее не показалось ему непристойным. То, что на конвейерную ленту, медленно движущуюся под платформой, через равные промежутки времени откладывается блестящее яйцо жемчужного цвета. Раздутое тело рабочей особи, которое заметно съеживалось, когда она отрыгивала пищу в рот королеве. Но когда королева заговорила, не прекращая процесса питания, это застало его врасплох, хотя он прекрасно знал, что голосовые аппараты шаарцев не связаны с органами приема пищи.

- Добро пожаловать, капитан Граймс, - произнесла королева глубоким, низким, почти мужским голосом.

- Это большая честь для меня, - пробормотал Граймс.

- Вы оказываете нам огромную услугу, капитан Граймс.

- Это не только честь, но и удовольствие, Ваше Величество.

- Хорошо... Однако, капитан Граймс, я должна, как говорят у вас, землян, ввести вас в курс дела.

Последовала короткая пауза.

- На Брооуме кризис. Болезнь собрала свой урожай в ульях. Мутировавший вирус. Лекарство нашли - но слишком поздно. Брооумская королева-мать мертва. Все принцессы, еще не вышедшие из возраста размножения, мертвы. Даже королевские яйца, личинки и куколки уничтожены болезнью.

Конечно, мы всегда готовы оказать помощь нашим дочерям и сестрам на Брооуме. Мы предложили отправить к ним взрослую принцессу, способную к размножению, чтобы она стала их королевой-матерью. Но совет принцесс, который сейчас управляет колонией, настаивает, что новая королева должна родиться на их планете. Так что Мы отправляем на вашем корабле королевскую куколку. Она прорвет шелковый кокон и выйдет уже в мире, которым будет править.

- Гхм... - рассеянно пробормотал Граймс и поспешно добавил: - Ваше Величество.

Королева-мать перевела взгляд на экран.

- Если Мы не ошибаемся, погрузка рефрижератора с куколкой завершена, сказала она. - Принцесса Шрла отвезет вас обратно на корабль. Взлетайте и летите так быстро, как представляется разумным. - Она помолчала и добавила: - Нет нужды рассказывать вам, капитан Граймс, что мы, шаарцы, чрезвычайно уважаем земных астронавтов. Мы уверены, что вы успешно завершите эту миссию. Когда вы вернетесь на нашу планету, Мы будем рады наградить вас орденом Золотого Медоноса. Вперед, на взлет, капитан!

Граймс с сомнением взглянул на возлежащую перед ним королеву. Где она подцепила это выражение? Но он был склонен верить своим ушам. Пожалуй, шаарцы и вправду больше похожи на людей, чем иные гуманоиды.

Он низко поклонился и следом за принцессой, окруженный солдатами-амазонками, покинул тронный зал.

Перелет от Дроомоора до Брооума на курьере "серпент-класса" занимает ровно три недели по земному стандарту - разумеется, если на упомянутом курьере все системы работают нормально. Увы, последнее не относилось к "Щитоморднику". Конечно, виной тому было лишь стечение обстоятельств. Корабль стартовал с Линдисфарнской базы ФИКС с новым компьютером и новым инженером, чей опыт ограничивался службой в должности четвертого ИММ на крейсере класса "созвездие". В довершение всех бед времени на полный техосмотр просто не хватило.

Беда случилась вечером, по корабельному времени. Граймс беседовал со Спуки Дином, офицером псионической связи. Телепат, как обычно, наливался неразбавленным джином, а Граймс потягивал тот же джин, но с кубиками льда и тоником.

- Ладно, Призрак, - сказал Граймс. - Я не думаю, что у нас будут какие-нибудь проблемы с этой пассажиркой. Она спит себе в своих коконах, природном и пластиковом, в уюте и безопасности - в глубокой заморозке. Размораживать ее будут подданные. К этому времени мы уже ляжем на курс...

- Но имейте в виду, она живая, - перебил Дин.

- Разумеется, живая.

- Я имею в виду, она не без сознания. Я все лучше и лучше настраиваюсь на ее волну, на ее мысли и чувства. Всегда считалось, что установить настоящий контакт между человеческим и шаарским телепатом практически невозможно. Но когда ты заперт с шаарской принцессой на одном корабле, да еще таком маленьком...

- Расскажи побольше, - попросил Граймс.

- Это... захватывающе. Вы, конечно, знаете, какую роль в шаарской культуре играет расовая память. Вылупившись из кокона, принцесса уже знает, каковы ее обязанности, каковы обязанности окружающих. Она знает, что ее основные функции - управлять планетой и откладывать яйца. Рабочие существуют только для того, чтобы служить ей, и любой трутень - потенциальный отец ее народа...

- Гхм. А про нас она знает?

- Смутно, капитан. Конечно, она не знает, кем или чем мы являемся. По ее представлениям, мы тоже своего рода подданные, обязанные ее сопровождать.

- А мы трутни или рабочие? Спуки Дин рассмеялся:

- Если бы она была в полном сознании, этот вопрос ее бы весьма смутил. Самцы - это трутни, а трутни не работают...

Граймс только собирался съязвить насчет своих офицеров, когда свет мигнул. Когда он мигнул второй раз, лейтенант уже был на ногах. Полная темнота настигла Граймса в дверях каюты - он спешил в рубку. По стенам загорелись аварийные огни, питающиеся от запасных батарей. Но мертвая тишина настораживала. Ни шелеста насосов и вентиляторов, ни биения инерционного двигателя... Тонкое завывание Манншенновского Движителя сменилось басовитым гудением - прецессирующие гироскопы замедлили вращение и наконец остановились, вызвав обычную дезориентацию в пространстве и времени.

Граймс продолжал свой путь, хотя, как он утверждал позже, не понимал, Рождество настало или Страшный суд. Нечему было поддерживать искусственную гравитацию, и лейтенант, быстро перебирая руками по поручню, буквально нырнул через люк в рубку.

В рубке был фон Танненбаум. Он возился с панелью управления вспомогательных аппаратов. Где-то заработал вентилятор, но тут же зазвучал предупреждающий сигнал. Навигатор чертыхнулся. Шум вентилятора затих, сигнал тоже.

- Что случилось, пилот? - спросил Граймс.