Хозяин полуночи (ЛП) - Иден Синтия

Холли швырнула сумочку на диван и задумалась, не рухнуть ли ей рядом. Казалось, мама в шоке: она стояла и смотрела на дочь огромными от удивления глазами – тени были подобраны просто идеально, надо отметить, – и открытым ртом.

Найл маячил в дверном проеме позади. Холли не была уверена, что мама его вообще заметила.

– Это не моя кровь, мама.

– Ты делаешь эти ужасно опасные репортажи. Шляешься допоздна со странными мужчинами… – Она наконец обернулась, посмотрела через плечо на Найла и процедила: – Это может привести… Нет!

Последнее слово она выкрикнула. И крик был полон узнавания. Чего никак не ожидаешь от смертной, прожившей последние семь лет в Бирмингеме, штат Алабама. Она просто не могла знать демона из Атланты.

Холли накрыли смутные подозрения.

«Нет, она не стала бы скрывать это от меня. Не все эти годы. Не после того, как Питер…»

Мама все еще не спускала глаз с Найла. Он вопросительно изогнул бровь и в свою очередь пронизывал ее взглядом своих черных глаз.

– В…выгони его. – Хрипло.

Холли моргнула.

– Что?

Мама обернулась к ней. Медленно, словно боялась отвести взгляд от Найла. Мама всегда была умной женщиной.

– Выгони его. – Голос окреп.

Холли посмотрела на Найла. Его лицо ничего не выражало. Она глубоко вздохнула и ответила просто:

– Нет.

Потом махнула Найлу:

– Закрой дверь, чтобы сигнализация заработала.

И пошла прочь.

Позади воцарилась тишина. Потом в предплечье Холли вцепилась рука. Девушка развернулась и посмотрела прямо в широко распахнутые от ужаса глаза. Мама. Всегда такая выдержанная и спокойная. Но не сейчас.

– Ты не знаешь, что творишь! Этот… этот мужчина, он не для тебя! Вернись к тому милому доктору, с которым встречалась раньше. Он хороший человек, надежный. Он…

– Изменял мне направо и налево. – О чем ее матушке было прекрасно известно. – Спасибо, но не хочу.

Найл прошел мимо и удобно расположился на диване.

Мама вцепилась в руку Холли так сильно, что буквально процарапала кожу ногтями.

– Ты не понимаешь, что делаешь.

Создавалось впечатление, что мама прекрасно знает, кто такой Найл. Холли сбросила туфли и почувствовала огромное облегчение.

– Найл, ты не говорил, что знаком с моей мамой.

Он лениво окинул взглядом фигуру взволнованной женщины. Келли Шторм держала себя в форме путем изнурительных тренировок. Она занималась спортом каждый день, минимум час, с тех пор как ее муж умер от сердечного приступа два года назад.

– Никогда с ней не встречался.

Он улыбнулся, но теплом от этой улыбки не веяло.

– Я знаю, кто ты такой. – От голоса Келли дунуло арктическим холодом. – И хочу, чтобы ты держался подальше от моей дочери. Она не такая, как ты. Она…

Сердце Холли застучало так отчаянно, что, казалось, оно ударяется о грудную клетку. Она посмотрела на маму и почувствовала… грусть.

– Почему ты мне не сказала?

Хватит вранья. Достаточно уже недомолвок.

Келли моргнула.

– Я не знаю, о чем ты…

Холли махнула рукой в сторону Найла.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. – О нагромождении лжи. – Мама, ты тоже демон?

– Нет!

Как быстро сорвался этот ответ.

– А кто тогда? Это должен быть кто-то из родственников. Папа? Он…

– Я отказываюсь говорить об этом. – Келли выпрямилась. – Нонсенс. Глупость какая. Не существует никаких…

– Я – демон. – Она впервые произнесла это вслух. И ей показалось, что она наконец… в мире с собой. – Питер тоже им был. Но ты это и так знала, верно? Когда он начал упоминать голоса и странные видения, ты знала, что это значит, но продолжала молчать!

Внутри заклокотала ярость. Все годы, когда мать держала ее на расстоянии. Когда смотрела, как Питер катится к своей смерти.

Упущенные годы.

А мать все это время знала.

Одинокая слеза покатилась по щеке Келли.

Холли видела, как ее мама плачет, всего три раза в жизни. На похоронах Питера. У больничной койки отца. И сейчас.

– Холли, успокойся. – Она подскочила от неожиданности. И когда это Найл очутился рядом? Он обвил ее руками и притянул к себе. – Успокойся, любовь моя.

Черт, она тоже заплакала.

Ну что за ночка.

– Ты должна была мне сказать. – Ярость ушла. Осталась только усталость. – Я бы помогла Питеру, я бы…

– Ты была совсем крошкой, – прошептала мама. – Ты ничего не смогла бы сделать. Я… Я и сама не знала до тех пор, пока не стало слишком поздно…

Перед мысленным взором Холли появилось лицо Питера.

Нет.

Келли облизнула пересохшие губы.

– Я… думаю, мне не стоит спрашивать, как ты все поняла? – Ее взгляд метнулся к Найлу.

– Холли не полукровка. – В его голосе звучала холодная убежденность, но объятия оставались теплыми и умиротворяющими. – Ни вы. Ни ее отец…

– Ее бабушка. – Келли казалась такой маленькой и потерянной. – Мама Джорджа была демоном. – Она снова посмотрела на дочь. – Клянусь, детка, я не знала об этом. Она умерла еще до нашей с ним свадьбы. Да и он казался таким… обыкновенным. Я… я думала, что так и есть, но потом Питер…

Она сглотнула. Звук показался громким в звенящей тишине комнаты.

– Джордж решил, что вы такие же как он, что ген – или что там у демонов – вам не передался. Боже, детка, я молилась, чтобы так произошло.

У Холли застучало в висках.

– Ты знала и позволила Питеру…

– Я сделала все, что в моих силах, чтобы спасти Питера! Я любила его! Он был моим сыном! Моим! Демон, человек – это не имело значения!

Холли никогда не слышала столько страсти в голосе матери.

– Я показывала его врачам. Одному за другим. Несколько месяцев. Они пробовали разные способы лечения, но ничего не помогало. Он таял на глазах, а мне оставалось только смотреть, потому что ничего нельзя было сделать.

«Моего мальчика поглотила тьма».

И теперь все повторялось.

– Потом он умер, и я испугалась, что ты тоже меня покинешь.

«Поэтому ты сама начала меня отталкивать».

– Ты и не собиралась мне все рассказывать, верно?

Келли только покачала головой.

– Я только молилась, чтобы ты не оказалась…

Таким же, как он.

Казалось, огромный кулак стиснул сердце Холли. Холодный, липкий… сжимающий все сильнее и сильнее.

– Питер… был болен. – Голос Найла прозвучал тихо, в нем угадывалась печаль. – В мире демонов это называется Прикосновением Тьмы.

Губы Келли дрожали.

– Вы бы могли… могли помочь моему сыну? – Повисла небольшая пауза. – Вы сильный. Некоторые говорят, что самый сильный из рожденных в этом столетии.

Для Холли это было новостью.

– Вы могли бы ему помочь?

Слова матери перекликались с просьбой Джона. «Ты должен помочь моему сыну».

Холли посмотрела на Найла, увидела, как он напряжен.

– Не тогда. Нет, тогда я бы не смог.

Жестокая правда.

– Но я чертовски много делаю для того, чтобы Тьма присваивала себе как можно меньше детей.

Хватка кулака ослабла. Найл посмотрел на Холли. В его глазах мелькало столько теней…

Он волновался. За нее.

Найл поцеловал ее.

– Поговори с мамой. Оставьте это в прошлом. Хватит уже этому пожирать тебя изнутри.

Уж кто-кто, а он знает, каково это.

Найл кивнул Келли.

– Интересно было с вами познакомиться, миссис Шторм.

Та только открыла рот.

Потом демон вышел. Спокойно. Через мгновение за ним закрылась дверь.

Холли посмотрела на маму. Между ними было всего два фута, но казалось, что расстояние намного больше.

«Хол, ты слышишь голос Тьмы?»

– Он… Я его не таким себе представляла.

Скорее хладнокровным убийцей. Холли знала, что так о нем думает большинство.

– Найл – это не только… – Его репутация. -… то, что он нем говорят.

Келли сделала неуверенный шаг навстречу.

Холли не могла сдвинуться с места.

– Я не знала, как тебе сказать. Не было никаких признаков, я думала, это прошло мимо тебя…

Это. Нет никакого «это». Она – демон. Телом и душой.