Хозяин полуночи (ЛП) - Иден Синтия

Новичок искромсал бы несчастную.

Тела остальных жертв были в таком состоянии, словно прошли через мясорубку, но места изъятия органов – МакНил узнал это из рапортов – были взрезаны очень аккуратно. Может быть, остальные раны были нужны для того, чтобы скрыть следы хирургического вмешательства?

– Она выкарабкается?

Этот же вопрос он задал врачам скорой помощи. Они не ответили, только посмотрели на него, как на умалишенного.

Но они были людьми. Они не понимали. Поэтому-то он и привез сюда Наталию.

Организм Ким Уэнт был намного сильнее и способнее к регенерации, чем у простых смертных. Оставался шанс – пусть небольшой, но все же, – что она сможет выздороветь…

– Найл сказал, что да.

Найл. С каких это пор Наталия на «ты» с этим парнем?

– Он заехал в больницу. Он и журналистка. Все время, пока шла операция, они просидели в комнате ожидания. – Смит сглотнула. – Им не все равно, что будет с этой девушкой.

Что-то новенькое.

– Шторм даже плакала. – Ну, в это МакНил еще мог поверить. Он видел несколько ее репортажей. Этого оказалось достаточно, чтобы понять – она не обычная ветреная девчонка. – Они не ушли, пока…

Смит прервалась на полуслове. Будто он позволит ей умолчать об остальном.

– Пока что?

Вздох.

– Пока Найл не зашел в палату проверить Ким. Через несколько минут после операции он посмотрел на нее, – просто посмотрел, – а потом сказал Шторм, что с Уэст все будет в порядке.

Ну, если сам дьявол так сказал…

Напряжение немного спало. Совсем чуть-чуть. МакНил знал репутацию Найла. Если демон заявил, что Ким выживет, значит, так оно и будет.

– Еще полчаса… проклятье… еще пятнадцать минут – и она умерла бы. – Смит отстранилась от МакНила и снова начала ходить туда-сюда по помещению. Она выглядела уставшей. Темные тени под глазами. Руки безвольно висят по бокам. Походка уже не отдает сексом, как он любит. – Эта сука просто оставила девчонку подыхать.

После того, как унесла с собой маленький сувенир. С какими уродами они имеют дело на этот раз?

– Найл сказал Гиту, что искать надо среди людей.

Какой-то смертный в его городе полосует демонов и крадет их органы? Черт, куда уж дальше?

Иногда МакНил с тоской вспоминал старые добрые времена, когда люди убивали людей, а Иные держались в тени.

Давно это было.

Наталия остановилась у единственного окна в кабинете.

– Думаешь, все мы глубоко внутри можем оказаться чудовищами?

Денни сжал кулаки. Удар по больному месту. Наталия была умопомрачительно прекрасной, идеальной… смертной. Некоторое время он никак не мог поверить, что она захочет его, особенно, если узнает правду о том, кто он на самом деле.

Его-то уж никак нельзя назвать прекрасным. Скорее страшным. Ему говорили об этом пару-тройку раз. Идеальным… еще одно слово, никак не вяжущееся с ним и его образом жизни.

Что касается смертного… не совсем.

Даже когда МакНил по ночам держал Наталию в своих объятиях, чувствуя тихое биение ее сердца, он боялся, что потеряет ее.

Потому что тоже был монстром. И плевать на всю ту чушь, что пишут в книгах: Красавица ни за что не захотела бы провести всю свою жизнь рядом с Чудовищем.

Наталия не смотрела на него. Ее плечи поникли, взгляд был прикован к окну.

– Когда я… впервые узнала о существовании Иных…

МакНил вздрогнул. Узнала она об этом самым жестоким образом. Даже при воспоминании о том, что ей пришлось пережить во время нападения, в МакНиле просыпалось желание снова убить того мерзавца.

– … я подумала, что все Иные – зло. Даже несмотря на то, что Гит меня тогда спас… – Она обернулась к Денни, и он с трудом успел скрыть выражение отчаяния на своем лице. -…в голове у меня был полный сумбур.

Атака совершенно безумного урода легко может такому поспособствовать.

– Все в порядке, – грубовато оборвал ее МакНил. Не так, как он предполагал. Ему хотелось говорить мягко, утешающе, но голос был хриплым и резким. – Ты не должна…

– Эта девушка… Ким. Когда я ее увидела, я не размышляла о том, смертная она или Иная. Передо мной была жертва.

Иначе несчастную и не назовешь.

– Монстры, люди… мы все варимся в одном котле и просто пытаемся выжить. – Она посмотрела ему прямо в глаза. – И я больше не боюсь, Дэнни. Не боюсь.

Что-то треснуло. Его сердце. Разбилось? Нет, разорвалось на тысячу кусочков, потому что он любит ее. Женщину, прошедшую через ад, но все еще способную понять монстров.

Он подошел ближе. Медленно, хотя и знал, что она не станет испуганно отскакивать.

– Тебе и не нужно больше бояться.

Он никогда не позволит ей оказаться в опасности. Никогда.

– Но остальные должны остерегаться. Ким. Холли Шторм. Им надо быть настороже. – Смит развернулась к Денни. – Эта убийца умна и очень хороша в том, что делает.

Да уж, ей довольно быстро удалось подчистить за собой следы и убраться из того дома. Гит и группа криминалистов буквально по миллиметру прочесали сцену преступления и хрена лысого нашли. А парень с чутьем Гита наверняка не упустил бы ни одной зацепки.

Значит, там нечего было находить.

Итог: на руках три трупа.

И одна выжившая жертва – спасибо королю демонов этого города.

Быть в долгу у этого парня МакНилу совсем не нравилось, но он точно знал, что расплатится по счетам.

МакНил всегда отдавал долги.

Вот найдет убийцу, поймает расчленителя… тогда и разберется с Найлом.

После пролитых слез в глаза, казалось, насыпали песка. Да, она плакала как ребенок, пока сидела в машине скорой помощи рядом с Ким. Рыдала, молилась – с таким пылом, с каким не молилась уже многие годы, – и изо всех сил желала, чтобы Ким выкарабкалась.

Пока все к этому и шло.

Пока.

Холли выбралась из внедорожника Найла и встала на слегка ватных ногах. Колени подкашивались. В животе будто все завязали узлом. Она уже не помнила, когда ела последний раз. Ей всего лишь хотелось заползти в дом и смыть запекшуюся на руках кровь.

Просто смыть.

– Холли…

Голос Найла. Полон напряжения.

Она не остановилась. Просто не знала, что сказать. Найл приводил ее в замешательство. Она его хотела. Нуждалась в нем и…

И если не возьмет себя в руки, то точно отдаст ему свое сердце.

При этом Холли точно знала, что Найл не из тех, кто завязывает долгие отношения. Или может влюбиться. Он сам об этом предупреждал.

Шаги давались с трудом. Она не обращала внимания на происходящее вокруг…

– Холли?

Этот голос точно не принадлежит Найлу. Женский. Высокий. Почти визжащий.

Холли вскинула голову. Всмотрелась в темноту и увидела стоящую на крыльце фигуру.

Мама?

О, черт.

– Об этом я и хотел тебя предупредить. – Да уж, теперь самое время. Найл говорил тихо, почти шепотом. – Мы не одни.

Мама здесь. С каких это пор она стала навещать Холли так поздно? И вообще навещать?

Цок. Цок. Цок. Каблуки мамы по ступенькам.

– Я жду тебя тут уже несколько часов, Холли Энн Шторм. Часов! Я звонила на твой сотовый минимум дюжину раз, а ты даже не удосужилась ответить.

Холли пришлось выключить телефон в больнице. Нахмурившись, она пошарила рукой в сумке и спустя мгновение нащупала мобильник. Забыла включить его обратно.

Она продолжила идти к дому. Одна нога, потом вторая. Прошла мимо мамы и достала ключи.

– Прости, мам, я была…

– С мужчиной. Черт знает где. – Женщина фыркнула. – А по твоему голосу казалось, что я тебе нужна, Холли Энн. Я проделала весь этот путь из Бирмингема, а ты даже не…

Холли распахнула дверь. Писк сигнализации раздавался, пока девушка включала свет и набирала код отключения…

– О. Мой. Бог. Это что, кровь?

Да. И довольно много. В больнице Холли попыталась отмыть ее по максимуму, но пальцы все еще оставались красными от запекшейся крови, да и футболка, хотя и высохла, была пропитана кровью Ким насквозь.

– Мам, ночка и правда выдалась ужасная.

Мама шла по пятам. Свет ламп отбрасывал блики на ее рыжие, чуть светлее, чем у Холли, волосы, явно не остававшиеся без внимания профессионального стилиста. Женщине было чуть за пятьдесят, но ей с легкостью можно было дать и сорок пять.