Невеста фараона - Анна Трефц

бога Пта, или знания многих языков, или связи, на худой конец. Могла ли я предположить, что самой значимой вещью в моей судьбе окажется подводка для глаз! Но именно она поможет мне вернуться домой.

Я огляделась по сторонам, и только убедившись, что дама со строгим лицом, а также другие немногочисленные посетители на нас не смотрят, прошептала Романову:

— Мне нужна эта штука! Поможешь мне выкрасть ее?!

Дорогой читатель, буду рада знакам внимания.

Сердечко роману, отправка его в библиотеку, комментарий, — все это здорово мотивирует автора на творчество!

И, конечно, подписка! Нет лучшего способа поощрить писателя!

Глава 15. Даша

Я вышла из ступора и обернулась к мелкой госпоже Тие.

— Какой сейчас год?

Та, видимо подумав, что я решила устроить ей проверку на знания, склонила головку на бок и усмехнулась. Понятное дело, отвечать на простые вопросы очень приятно:

— Первый, конечно. Какой же еще!

Первый? Это как понимать?

— От Рождества Хрис… — я осеклась. В голове очень кстати всплыли отрывочные знания, полученные в средней школе о том, что Христос, если он и родился в нашем мире на самом деле, а не был плодом воображения первых христиан, то появился сильно после Древнего Египта. Если верить Рок опере «Иисус Христос суперзвезда», а других источников информации по этому вопросу у меня не нашлось, то тогда уже римляне существовали. Тут я не к месту вспомнила, что была еще какая-то Клеопатра, и вот она-то уж точно с римлянами дружбу водила. Во всяком случае с одним из них, с Цезарем. Или все-таки с Антонием? У Шекспира есть пьеса «Антоний и Клеопатра», а еще есть фильм, где Клеопатра совершенно точно мутила с Цезарем. Вот же черт! Как все запутанно!

Я зажмурилась! Тия подергала меня за руку и доверительно сообщила:

— Первый год от рождения нашего великого царя Небмаатра, да будет он жив, здрав и невредим!

Я посмотрела на нее, оцифровывая. Потом постаралась проверить:

— А ты в какой год родилась?

— В первый день месяца паопи, второго года правления Великого царя МенхеперуРа(ТутмосIV, отец царя Небмаатра), — девчонка посмотрела на меня горделиво, — А ты?

Хороший вопрос. Так сразу и не подсчитать. Вот я дуреха! Сразу надо было обратиться к той части памяти Танеферт, которая отвечает за даты и время. Чего я раньше не догадалась? Ей, как и мне девятнадцать, и родилась она в восемнадцатый год правления деда нынешнего царя, грозного и великого завоевателя, безжалостного к врагам АахеперуРа(АменхотепII). Выходило, что с каждым новым правителем в этом царстве заново начиналось летоисчисление. И как они до сих пор не запутались? А мне как быть? Как понять, в каком я времени? Я ведь еще тот знаток истории Древнего Египта и понятия не имею, кто эти цари, и когда они правили. Наши археологи вообще о них в курсе?

— Э… — я оглянулась, поискав глазами хоть что-то знакомое. Увы, ни одного римлянина. Одни сплошные древние египтяне. А настолько древние, кто их разберет.

— Понятно, — Тия вздохнула с сожалением и изрекла, — Наверное, когда я стану такой же старой, тоже не смогу сказать точно, когда родилась. Надо записать, пока не забыла!

— Когда ты станешь Супругой царской, дату твоего рождения выбьют золотом в камне, — подольстилась я.

Нет, ну правда, а вдруг станет. И у меня будет свой человек в правительстве. С ума сойти! В моем времени у меня только один приятель из семьи высокопоставленных чиновников. Пашкина мать начальник ЖЭКа. А тут целая супруга царская!

Застучали разнокалиберные барабаны, заиграли флейты, и по нашим парам побеждал распорядитель в пышном парике и в не менее пышных белых одеяниях. Он ровнял девушек и, в конечном итоге все невесты под его чутким руководством двумя стройными рядами прошествовали вверх по лестнице к Великом храму Джесер-Джесеру.

По краям лестницы стояли огромные чернокожие воины в кожаных доспехах, смешных шлемах похожих на чепчики и с совсем не смешными огромными мечами в руках. Мечи эти смахивали на сильно вытянутые серпы. Позади воинов, на почтительном расстоянии нас приветствовала толпа горожан. Люди не подходили к ним ближе, чем на метр. И правильно делали. Рядом с охранниками на поводках сидели огромные волосатые обезьяны.

Маджои с боевыми павианами, — всплыло из памяти Танеферт. Специальное военное подразделение, набранное из кушицкого племени маджоев(Куш — страна, располагавшаяся на территории современных Судна и Южного Судана, во времена Нового царства частично подчиненная Древнему Египту), мужчины которого отличались редким по местным меркам исполинским телосложением и суровым нравом. Они и правда были на голову выше самого высокого горожанина. Эти военные отвечали за порядок в городе. Полицейские в общем. А вместо собак у них служебные павианы, с клыками величиной с перочинный ножик. Миленько. Нам их в Инбу-Хенж не хватало. И чего отец Танеферт не выписал себе из Куша парочку отрядов таких вот защитников правопорядка?

Я искоса глянула на свою малолетнюю спутницу. Забавно, теперь ее не смущали взгляды простолюдинов. Шла, сосредоточенно глядя под ноги. За метр видно, как боится оступиться.

— Нас прибыл созерцать сам царь, — прошептала Тия, — Я очень волнуюсь.

Я дернула плечом. На месте Танеферт я бы не лезла в царский женский дом. Вряд ли она обретет там то, о чем мечтает — спокойствие и безопасность. Скорее уж попадет в банку со скорпионами. Но могу ли я распоряжаться ее судьбой? Я все еще надеюсь, что я здесь временно.

А если нет?! Если у Танеферт не получится вернуться в свое тело и вернуть меня в мое? Если мне до конца жизни придется быть жрицей в далеком прошлом? Без любимой семьи, без друзей, без профессии, которая мне очень нравилась. Без телефона, тик-тока, и даже без приставучего, но такого знакомого Романова! Вот тут меня по-настоящему прошиб холодный пот. И я оступилась, едва не повалившись на белую ступеньку.

— Смотрите, смотрите, сейчас одна из девок отправится за горизонт! — заорали в толпе, и я кожей почувствовала, что стала звездой этого шоу. Все взоры устремились на меня, ожидая продолжения.

— Все хорошо, — прошептала малышка Тия, — не бойся! Царь Небмаатра, да будет он жив, здрав и невредим, очень хороший.

Для прирожденной убийцы она оказалась на редкость доброй девочкой.

— Ты его знаешь?

На это она промолчала. Может просто высказала вслух свои надежды.

Чем ближе мы подбирались к храму, тем круче становились ступеньки, тем меньше по обочинам гуляло зевак и тем величественнее и красивее представлялось строение. Во время экскурсии в древний город Фивы я не больно-то много