Омский горячий твой (СИ) - Дюран Хельга

– Если меня посадят, Дрон не сможет тобой манипулировать. Себя ты сможешь защитить, если наймешь профессиональных охранников.

– Ты серьезно решила сесть? – Алена меня разозлила. Я ей тут полчаса втираю, что да как, а она только и думает, по какой статье выгодней срок мотать?

– Придется, – ставит Алена пустой стакан на пол и решительно уходит в спальню.

Я подхватываю бутылку и выхожу следом. Алена садится рядом с Верой и начинает гладить ее по спине, чтобы та успокоилась.

– Пока ждешь полицию, – говорю я Алене, подливая в опустевший Верин стакан бренди. – Расспроси Веру, как в хату правильно входить. Как не стать «рублевой». И выбери, кем ты будешь: «кодлой» или «ковырялкой».

– Чего? – вырвалось у девчонки.

– Чего слышала! Вера, расскажите ей, как чудесно ей там будет,  – чуть не заржал я, увидев, как вытянулось лицо Алены.  – Родителям не забудь сказать, что не приедешь. Пусть они тебе в СИЗО «Кириешек» привезут. Дрону в тюрьме тебя даже проще будет прессовать, чем дома у меня.

С этими словами я ухнул бутылку на тумбочку и вышел из комнаты. Уверен, что Вере удастся, как следует запугать эту дуру.

Алена догоняет меня в коридоре.

– Глеб, подожди, – останавливает меня уже пьяная девчонка. – Глеб, ты пока еще полицию не вызвал, давай переспим? – Я охренел от такого предложения. О чем она только думает? – Они же меня сразу заберут отсюда? – продолжает рассуждать Алена. – А я не хочу в тюрьму девственницей попасть. Я хочу, чтобы ты был первым. Глеб, ну пожалуйста, не оставляй меня так.

Очень логичное рассуждение. И я бы именно так и поступил, если бы ей действительно грозила тюрьма, но сажать ее никто не собирался. У меня завибрировал мобильник. Это Виктор сообщил мне о приезде Кирилла.

– Проводи его в дом, – даю я распоряжение охраннику и кладу трубку. – Алена, ты попадаешь в категорию преступников, которых никогда не поймают. Я решу вопрос.

– Но... – пытается возразить Алена.

Я беру ее заплаканное лицо в ладони и прижимаюсь лбом к ее лбу.

– Ты спасла меня, Алена! Неужели ты думаешь, что я допущу, чтобы ты оказалась в тюрьме? Ты и так пострадала. Это все случилось из-за меня. Ты самое дорогое, что у меня есть. Я буду защищать тебя всеми доступными способами. А сейчас ступай обратно. Мне нужно поговорить с одним человеком.

Я целую ее в лоб, разворачиваю в сторону спальни и легонько подталкиваю в спину.

61. Алена

От того, что мне только что сказал Глеб, у меня появляется надежда, что все обойдется. Боже, неужели он и правда решит вопрос. Бедные мои родители! Если бы они только знали, куда я вляпалась!

К Глебу кто-то приехал. Мне жутко интересно кто это и о чем они будут разговаривать. Я делаю вид, что иду в спальню, а сама дожидаюсь, пока Глеб уйдет, тихо крадусь вслед за ним в гостиную.

Я прячусь на лестнице и слежу за происходящим.

В дом заходит молодой мужчина в дорогом костюме, протягивает Глебу руку. Вслед за ним входят два охранника и встают у входа. 

– Спасибо, что приехал так быстро, Кирилл, – благодарит его Глеб. – У меня тут вот, – он показывает на труп рукой.

– У тебя камеры есть? – боязливо озирается Кирилл по сторонам.

Глеб отрицательно качает головой, и Кирилл уже смелее  проходит дальше. Он мельком взглянул на тело мужчины, элегантно расстегнул пуговицу на пиджаке и сел на диван. Это выглядело так, как будто он трупов каждый день видел, поэтому они его совершенно не смущали. Я же боялась даже посмотреть на убиенного.

– Я его сейчас заберу, Глеб, не переживай! – спокойно говорит Кирилл. – Ты нахуя ему в башку стрелял? Можно было просто ранить? С дыркой в голове много не расскажешь.

Кирилл почему-то думает, что его убил Глеб.

– Блядь, простите, – нервно отвечает Глеб. – Он так стволом размахивал, что я как-то и не подумал... У меня тут женщины и дети вообще-то, – приукрашивал, как мог ситуацию Глеб.

– Четко ты его, – восхищенно кивает головой  Кирилл. – В лобешник даже профессионалы не всегда попадают.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Что мне со стволом делать? – спрашивает Глеб, доставая из-за спины револьвер.

Кирилл протягивает руку и берет в руки пистолет. Неторопливо, с интересом осматривает его и проверяет барабан.

– Со второго раза попал? – уточняет мужчина. – Где вторая пуля? В нем, – машет он пистолетом в сторону трупа. – Или застряла где? Найти ее надо.

– С первого, – успокаивает его Глеб.  – Один раз стрелял.

Я только теперь поняла, почему первый выстрел приняла за осечку. Одного патрона же не хватало в барабане. Глеб соврал, что стрелял он, чтобы меня выгородить. О, Господи!

– Приметный ствол, – замечает Кирилл, возвращая Глебу пистолет, который он засовывает обратно себе за пояс. – Оставь. Тело не найдут, будь спокоен. А нет тела – нет дела.  – Я предоставлю тебе охрану в шесть голов. Пусть по трое сторожат тебя. Марк выйдет, Дрона за жопу возьмет, он за все ответит. С женщиной твоей надо что-то решать.

– Что именно? – уточняет Глеб.

– Отправь ее куда-нибудь позагорать.

– Да ты че несешь, Кирилл? – взрывается Глеб. – Ты знаешь, что с ней Андронов хотел сделать? Она сама лично слышала, как эти уебки  обсуждали в каких позах ее иметь будут. Представь, в каком она сейчас состоянии? Она девочка маленькая, несовершеннолетняя! Целка еще! Я ее не для Дроновских ублюдков берег! Думаешь, я ее хоть на метр от себя отпущу? Если она к нему в руки попадет, вам же хуже будет!

– Вот поэтому тебе надо свою девочку-целочку спрятать, да понадежнее, – продолжает настаивать мужчина. – Я помогу с документами. Любые, какие скажешь. Под другим именем и фамилией Лёва ее никогда не отследит. Отправь ее во Францию или в Америку. Пусть отдохнет полгодика, стресс снимет. А лучше в какой-нибудь Урюпинск или Мухосранск. Он там даже  и искать не будет, – махает Кирилл рукой.

– Полгода? Да ты шутишь?

– Нет, Глеб! Не хочу, чтобы ты разделял охрану и отвлекался. Она пописать отойдет, а ты будешь у туалета сидеть и трястись, чтобы там с ней чего не случилось. Оно тебе надо? Соберись, Малиновский!  У тебя же все получается. Немного осталось. Ты сам ее ставишь под удар своим малодушием.

Глеб несколько минут в полном молчании мечется по гостиной, решая мою судьбу. Я сижу наверху еле дыша. Как же Глеб со мной поступит? Кирилл все правильно говорит, нужно мне уехать.  Может он меня в Сочи к родителям отправит?

– Омск подойдет? – наконец, выдает Глеб, и у меня все плывет перед глазами.

– Вполне, – соглашается Кирилл. – Отдаленное Место Ссылки Каторжников. Был я там проездом. Хороший город.  У тебя там кто-то есть?

– Родители, – упавшим голосом говорит Глеб. – Это Родина моя.

– Вот и прекрасно! Завтра обсудим, какие документы и на чье имя делать.

Кирилл поднимается с дивана, решив, что разговор закончен.

– Передай Колесникову, что с него еще пять миллионов, – выдает Глеб.

– Малиновский, а ты не охуел? – усмехается Кирилл и подходит к Глебу вплотную.

Мое сердце начинает колотиться, как бешенное! Что он делает? Дергает тигра за усы? Мало он от Андронова получил?

– Нет, – спокойно отвечает Глеб.

– Сам  ему и скажешь! Марк тебя завтра вызывает.

– Завтра никак не могу, извините! –  продолжает нарываться Глеб.

– Ты уж поищи время! – раздраженно настаивает мужчина. –  Мы теперь знаем, где ты свою бабу прятать собираешься. Судьбу-то не испытывай! Ты же не надеешься, что у нас ей больше понравится? О родителях тоже подумай!

– Слушай, ты! – сквозь зубы цедит Глеб прямо Кириллу в лицо, и я вижу, как его охранники напрягаются, меняя позу. – Передай Колесникову, что я не щенок, бегать к нему по щелчку! Приеду, когда сочту нужным! Когда мне самому надо будет! А ты, мать твою, даже пасть не смей разевать в мою сторону и сторону бабы моей! А то я всегда могу переобуться и  у Андронова помощи попросить. Он мне, чтоб вы знали, двадцать лямов обещал! Может быть, мне еще раз пересмотреть его щедрое предложение, против пятерки вашей вонючей? Если Марк Борисович сядет, тебя за собой потащит. Ему сейчас просто смысла нет тебя топить, потому что это моими усилиями до сих пор керосином не запахло. Усек? Поспеваешь за ходом мысли? – Я вижу, как меняется лицо Кирилла, и он отступает от Глеба на шаг. –  Ты сам-то дело читал? А  чё ты?  Дать тебе экземпляр? – продолжает запугивать мужчину Глеб. – Там после каждой строчки твоя фамилия мерещится.  Так что ты уж постарайся, чтобы Колесников сам расщедрился, а не то скидываться придется! А батю моего вы кошмарить даже не надейтесь! У него подвязки хоть и старые, зато надежные. Он вас всем скопом наебнет, только суньтесь!   

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})