Канашибари - Ангелина Максимова

С недовольным шипением Дзёрогумо заползла в комнату, стремясь вернуть свой драгоценный инструмент. Ёкай, проползая надо мной, по очереди переступила через порог мохнатыми лапами, и я отодвинулась как можно дальше. Однако при этом не могла оторвать глаз от темной пелены впереди, молясь, чтобы мой план сработал.

И наконец услышала обезьяний крик вперемешку с тигриным рыком, которым вторило змеиное шипение. Затем раздался сдавленный крик Дзёрогумо, перешедший в испуганный визг. Я видела лишь силуэты, но этого было достаточно: нуэ бросился на Дзёрогумо и впился в нее зубами, придавив одной лапой ее туловище, а другой ломая лапы. Мое тело затрясло, как от озноба, и я, очнувшись, быстро встала и захлопнула дверь. Я не собиралась ждать, пока выберется нуэ.

Мой бег в обратную сторону был больше похож на ковыляние, но я добралась до Кандзаки и попыталась её поднять. Девушка более или менее пришла в себя, но была все еще слаба. Её глаза слегка округлились при виде меня. Губы дрогнули, и я услышала тихий хрип:

— Акияма-сан…

Я закинула руку девушки себе на плечо, но сама едва не упала. Кандзаки пыталась перебирать ногами, но через секунду вновь провалилась в беспамятство.

— Отойди, — услышала я бесстрастный голос, и в следующую секунду Сенши поднял Кандзаки, хотя было видно, что ему это не по душе. Или же лицо Сенши всегда было таким хмурым.

Я с подозрением посмотрела на стоявшего неподалеку Тору, но тот лишь кивнул мне на лестницу:

— Лучше поторопиться, скоро остальные монстры выберутся из своих комнат.

Не сказав больше ни слова, Тора поспешил вперед, догнав стоявшую на лестнице Маджо, а Сенши на удивление легким шагом пошел следом, словно Кандзаки ничего не весила. Я последовала за ними, и последней зашла в бывшее логово Дзёрогумо.

Я с тревогой посмотрела на Кадзуо, отметив, что тот уже пришел в себя и стоял, прислонившись к дереву и потирая голову.

— А, все-таки живой, — серьезным голосом отметила Маджо, и Кадзуо едва заметно усмехнулся. Он явно был еще слаб, но пытался не подавать вида.

— Отлично, Химэ. Наверное, мне лучше не знать, что ты сделала с Дзёрогумо.

Я подошла ближе к парню. Он хоть и был не менее подозрительным, чем Тора, но все же его я знала больше. Кадзуо кинул на Сенши, держащего Кандзаки, косой взгляд, но промолчал.

— Где выход? — спросил Тора, и лицо Кадзуо слегка скривилось в пренебрежительной гримасе, хотя он быстро вернул привычное бесстрастное выражение лица.

— Идем, — бросил Кадзуо и пошел вперед, на ходу подобрав свой кинжал, испачканный черной кровью. Мы быстро дошли до двери, и парень с помощью кинжала начал очищать её от паутины. Маджо вытащила нож из-за пояса и стала помогать Кадзуо. Спустя пару минут путь был свободен.

В это время я молча стояла перед дверью и упрямо игнорировала пристальный взгляд Торы и косые взгляды Сенши.

Кадзуо наконец открыл дверь и первым перешагнул через порог, за ним поспешила Маджо. Тора пропустил Сенши, а после кивнул мне, и я направилась к выходу.

Вдруг до меня донеслись странные звуки, и мы с Торой одновременно оглянулись. В комнату Дзёрогумо влетела нукэкуби, и её взгляд сразу же остановился на мне.

— Ты… — прорычала ёкай и пронзительно закричала. Я оцепенела от ужаса, но Тора толкнул меня в спину так, что я, едва не упав, перебежала через порог, а затем сам кинулся следом, захлопнув дверь прямо перед носом разъяренного ёкая.

Вылетев наружу, я все же упала, ударившись голыми коленями о землю, но не почувствовала боли — лишь свежий воздух, так отличающийся от затхлого воздуха внутри особняка. Я вдохнула как можно глубже и, встав на дрожащие ноги, подняла лицо к небу. Оно приобрело персиковый оттенок, окрасившись на горизонте в вишневые и алые оттенки. Приближался рассвет.

Мы стояли позади дома в традиционном стиле, а европейская дверь в его стене уже исчезла. Я оглянулась на этот дом, в котором едва не осталась навсегда, и сцепила зубы. Внезапно все ушибы дали о себе знать, но я, лишь на секунду поморщившись, продолжила держать лицо, не выдавая боли.

— Держи, — Сенши подошел к Кадзуо и передал ему Кандзаки. Лицо парня на мгновение исказилось от недовольства, но он аккуратно взял девушку на руки. Маджо приблизилась ко мне и, уперев одну руку в бок, оглядела меня сверху вниз.

— Хорошая работа, — несколько покровительственным тоном произнесла она, а я ответила мрачным взглядом, но и взгляд Маджо был не более дружелюбным. — Возможно, еще увидимся.

— Приму это за спасибо, — бросила я. К Маджо подошел Тора. Его взгляд был изучающим, но я была слишком уставшей, чтобы смутиться или испугаться. Да и мой лимит страха явно был исчерпан. Я вымоталась и чувствовала опустошение. Только боль в мышцах напоминала, что я еще жива и все таки прошла этот кайдан.

— Если захочешь присоединиться, просто найди нас, — произнес Тора. — И запомни: мы всегда побеждаем, а наши противники — проигрывают.

Намек был очень явным, но я лишь хмуро фыркнула.

— Я пока тоже не проигрывала.

— Пока, — повторил Тора. Какое-то время мы смотрели друг на друга, а потом я спросила:

— Куда вы идете?

Тора вскинул бровь.

— Все таки решила присоединиться?

Я коротко и сухо рассмеялась:

— Нет, хочу пойти в противоположную сторону.

Я отвернулась, а за спиной раздался тихий смех Торы. Я не стала больше обращать на них внимание и подошла к Кадзуо.

— Идем, Химэ. Помогу тебе с Кандзаки, все равно дел больше нет.

Я даже не стала отвечать на эти слова, и мы зашагали подальше от места проведения кайдана.

— Минус один долг, — произнесла я, и спустя пару мгновений Кадзуо тихо рассмеялся.

Тора

人柱

— Ненавижу это место, — сквозь зубы процедила Сэйери. Она стояла, скрестив руки на груди, и с презрением смотрела на обманчиво милый и уютный дом в традиционном стиле.

Рэн слегка усмехнулся, но не ответил, лишь приобнял Сэйери за плечи.

У него это место вызывало противоречивые чувства.

Прохождение страшных историй заставляло Рэна испытывать такие чувства, каких он не испытывал в реальной жизни. Азарт и риск всегда привлекали Рэна, и его привычка контролировать ситуацию делала игры со смертью ещё сложнее и интереснее.

Однако он все равно хотел выбраться… Из-за того, что смертельная опасность здесь была постоянно. Из-за того, что эти кайданы проявляли худшие стороны его характера. Но больше всего, из-за того, что только здесь он постоянно испытывал страх — страх потерять Сэйери.

— Пойдём, —