Теория смерти - Елена Тихомирова

мы…» — на этом моменте Шао Хаотико запретил себе мыслить дальше. Он знал, что если растратит себя на размышления, то ни за что не дойдёт до конца пути. Лестница была ещё длинной.

Глава 15. Образованный человек всегда находит возможность расти духовно

После событий дня деканы и ректор вновь собрались в комнате для совещаний, вот только теперь на столе перед ними присутствовал не кувшин с водой, а несколько объёмных бутылок с крепкой настойкой. И, стоит сказать, Ричард Флай, которого ранее заставили устранять проблему с оставшимся более-менее целым телом эльфа, постоянно подливал себе эту самую настойку в стакан. Собственно, он как раз наполнил его аж до самого верха, как в комнате воцарилось мрачное молчание. Каждому из присутствующих было над чем подумать, вот только Ричарда Флая эта тишина непомерно тяготила, а потому он, сделав глоток и поморщившись от крепости напитка, посмотрел на своего соседа, чтобы в очередной раз ему пожаловаться:

— Вот уж не думал я, что мне когда-либо придётся так кремировать тело. Словно вор или заправский убийца я прокрался в этот проклятый дом, — тут Ричард Флай от испытываемых им эмоций и выпитого даже ударил кулаком по столу. — И это я, уважаемый всеми профессор! Ох, какой скандал будет, если кто-нибудь обнаружит на пепле следы моих сапог.

— Да кто там ваши следы обнаружит? — отрываясь от созерцания бокала в своих руках, угрюмо буркнул в ответ Питер Гофмайн. — Уж если кого-то на чём-то подловят, так это меня. В отличии от вас, мой дорогой коллега, я был вынужден бессовестно лгать. Я нагло лгал представителю Ковена, что именно сегодня взял и опробовал новое заклинание защиты от пожаров, и только поэтому дом лера Морриэнтэ сгорел таким необычным образом… Нет, ну вот вы бы поверили в такой бред, а?

Сказанное оживило сидящего поодаль от всех Найтэ Аллиэра. Он встрепенулся и съязвил:

— Ха, как же вам не повезло-то.

— Всё бы вам насмехаться, — недовольно проворчал Питер Гофмайн, и это привело к тому, что профессор некромантии вдруг вспылил:

— Конечно. А всё потому, что ни один идиот не обратит внимание на ваши следы на пепле или бессовестные враки, когда это моё вмешательство в энергетику дома очевиднее некуда!

— Вообще-то этот момент был очень даже хорошо аргументирован, — мигом вклинился Олаф фон Дали, но его замечание Найтэ словно не заметил.

— Да вы хоть понимаете, что в отличие от вас, почти ничего не сделавших, я, стоя на пепелище, пытался призывать в головешку дух, да ещё дух не кого-нибудь, а светлого эльфа! Как вам такое, демоны вас всех побери, а?

— Зато теперь мы достоверно знаем, что произошло не просто убийство, а у нас новая жертва, — усмиряюще объяснил Олаф фон Дали, но декан факультета Белой Магии Август Нейр не дал ему поразглагольствовать на эту тему.

— Да, у нас новая жертва. Но вот отчего убийца…

— А то и группа убийц, — поднял подрагивающий указательный палец Саймон Каттильский.

— Но вот отчего этот или эти кто-то выбрали себе в жертву опытного мага?

— Пф-ф, что за вопрос? — фыркнул порядком осоловевший старик-декан факультета Земной Стихии Луи Экван. — Это очевидно. Раз ранее этот кто-то выбирал наиболее удобные для себя жертвы, то вряд ли здесь что-то другое. Ваш этот хрен как произнесёшь имя эльф просто‑напросто мог быть убит, вот его и убили.

— Вот так взяли и убили не новичка, а мастера-мага? — возмутился Саймон Каттильский.

— Разумеется, юноша. Когда ложь гладко ложится на уши, то будь ты хоть какой мастер, а всё равно дурак. Облапошили этого эльфа. Опоили там али по-простому дубинкой по затылку ударили. Всяко оно бывает, да только чаще всего таково, что не накладывают на себя маги, когда на них домашние тапочки надеты, всю защиту, что их рангу положена.

— Такое мог провернуть только тот, кого этот Азаэль Ниэннэталь хорошо знал, — цокнув языком, задумчиво произнёс Ричард Флай. — Всё, как мы рассудили. Убийца преспокойно гуляет по нашей академии и чувствует себя в полной безопасности… Сволочь эдакая! Сволочь!

— Да хватит вам кричать, — поморщился порядком успокоившийся Найтэ. — Смысл в ругательствах? Никто от ваших проклятий не помрёт, не та у вас специальность. Лучше вы все о другом подумайте. Раз дом был экранирован, то убийца или его сообщник не чураются магии какой стихии, э?

— Моей, — смело ответил за всех декан воздушного факультета Питер Гофмайн. — И не стану скрывать, я уже вовсю обдумываю, кто из моих студентов мог такому беспределу посодействовать.

— А почему вы только студентов рассматриваете? — прищурил глаза декан факультета Белой Магии. — Звучит так, будто в своих преподавателях вы стопроцентно уверены.

— А вот уверен, да! Это вы к своим присмотритесь. В частности, к мэтру Оллену. Я его, конечно, помню только с хорошей стороны, но с ним так несправедливо судьба обошлась, что кто знает, что теперь у него на уме? В ядах-то он откуда-то мастерски разбираться стал, это всей академии известно.

— Ну, и как я теперь спать буду? — угрюмо прошептал Саймон Каттильский, прежде чем потянулся к бутылке, чтобы налить себе ещё настойки, на этот раз смородиновой.

— Не знаю как вы, а мне теперь точно спать не придётся, — заёрзал на кресле Олаф фон Дали. — Я как вспомню взгляд, коим меня сегодня лер Морриэнтэ одарил, так сразу коленки дрожать начинают. Мне видится, он нисколько не верит в то, что его слуга мог умереть во сне, надышавшись угарного газа.

— Но претензий же он не высказал, — напомнил о самом главном Ричард Флай.

— А вот лучше бы высказал! — мигом разозлился глава академии. — Так я хотя бы понимал, в каком направлении у него мысли движутся, а тут вообще ничего не ясно. Вот что у него на уме? Вызовут меня завтра к Его величеству для разбирательств, отчего соглашение с Лиадоллом не наступит, или нет?

— Ну-ну, не переживайте вы так. Во-первых, все мы поддержали идею это преступление скрыть, а потому, как ни крути, все мы теперь здесь сообщники, — уверенно заявил старик-декан факультета Земной Стихии, и Саймон Каттильский тут же побледнел.

— А что нам ещё оставалось? — буркнул Олаф фон Дали. — Если бы стало известно, что это убийство, то след запросто мог выйти на ранее выявленные нами обстоятельства. И как бы мы объясняли то, что взяли за правило эксгумацию проводить и вообще… — тут он замолк ненадолго и заключил. — Одно привело к другому, мы не могли поступить иначе.

— Да, все мы тут повязаны, — согласился Луи Экван, и Саймон Каттильский украдкой утёр