Шедевр под подозрением - Марина Серова

Нижнего Новгорода в Тарасов в позапрошлый понедельник. Серый «Вольво» на дорогах города не появлялся, Никита сообщил, что распорядился патрулировать улицы Тарасова, но пока поиски не увенчались успехом. Увы, преступница оказалась неуловимой.

Томительно протянулись еще два часа. Настя зашла на кухню и призналась, что работать у нее не получается — мысли заняты совсем не статьями для журнала, поэтому смысла сидеть за ноутбуком не было.

— Уже полтора часа мучаюсь с одним-единственным предложением, — пожаловалась девушка. — Не могу составить фразу, хоть убей…

В этот день мы выпили огромное количество кофе на двоих, я превзошла саму себя по части употребления бодрящего напитка. Сна не было ни в одном глазу, но желаемой ясности в голове эспрессо так и не принес. Все мои попытки докопаться до истины и вычислить преступника терпели поражение, надежда оставалась только на сегодняшнюю ночь, когда все будет зависеть только от меня.

В семь вечера раздался телефонный звонок. Звонили на номер Насти.

Девушка посмотрела на экран, высветился телефон Маши. Ленская подождала немного, собираясь с мыслями, потом взяла трубку, переведя звонок на громкую связь.

— Сегодня в полночь я жду картину, — услышали мы металлический голос. — Обратишься в полицию — подруга умрет.

— Я не отдам картину, пока не услышу голос Маши! — заявила Настя. — Дайте трубку моей подруге!

— Здесь я диктую условия, — жестко заявил похититель.

Я сделала знак Насте, чтобы она стояла на своем.

Ленская глубоко вдохнула и проговорила:

— Пока я не удостоверюсь, что Маша жива, картину вы не получите! Я вам не верю! Вы могли запросто убить ее, чтобы… чтобы она вас не узнала и не дала показания!

— Хорошо, — неожиданно согласился похититель.

Связь оборвалась — говоривший повесил трубку. Настя с ужасом посмотрела на меня, не понимая, что дальше делать.

Однако спустя несколько минут Ленской снова позвонили. Все тот же номер Маши. Настя сразу поднесла мобильный к уху.

— Настя, пожалуйста, отдай ей то, что она просит! — услышали мы голос Загорной. — Она… она опасна, она на все способна! Пожалуйста!

— Маша, где ты находишься? — спросила Настя.

Увы, ответила ей не Загорная, а все тот же измененный голос преступницы.

— Убедилась? Вернешь картину — найдешь подругу! И без фокусов! В полночь, на пустыре Воскресенского кладбища. Увижу слежку — убью твою подружку.

— Где Маша? Я отдам вам картину, но когда вы отпустите мою подругу? — Ленская едва не кричала в трубку.

Но преступница не ответила — оборвала связь.

— По крайней мере, мы убедились в том, что Маша жива, — проговорила я, когда Настя положила мобильный на стол. — И мы еще можем ее спасти.

— Каким образом? Я не верю похитителю, то есть похитительнице! — воскликнула девушка. — Она получит картину и убьет Машу!

— Не сможет, — покачала я головой. — Я не собираюсь отпускать преступницу. Какой бы хитрой и изворотливой она ни была, ей от меня не уйти.

Настя с сомнением посмотрела на меня, пожала плечами.

— Она диктует условия. У нее заложница, ты не сможешь просто так ее поймать. Иначе она не скажет, где Маша!

— А вот это мы посмотрим, — заявила я. — Пока будем ждать вечера…

Никита Хабаров больше не звонил, как я поняла, новостей у него нет. Звонков с Машиного номера тоже не поступало. Настя была на пределе, у девушки сдавали нервы. Я сохраняла спокойствие и пыталась убедить ее, что ситуация находится под контролем. Ленская, похоже, моим словам не верила.

Я изучила карту Воскресенского кладбища, пустырь там был только один, доехать до него можно было лишь обогнув погост. Если двигаться с центрального входа, придется долго идти вдоль могил по центральной дороге, а это мне не подходило.

Я построила маршрут, чтобы оставить машину как можно ближе к пустырю. Жилые дома находились довольно далеко, преступница не зря выбрала такое место для передачи картины. Воскресенское кладбище давно заброшено, место безлюдное, шансы наткнуться на прохожих и днем близки к нулю, что уж говорить о ночном времени суток.

Я хотела позвонить Никите Хабарову и сообщить названия проезжих дорог близ кладбища, но вовремя спохватилась. Если преступница настолько умна, она запросто может прослушивать наши разговоры, и если я сообщу о заложнице, Маша будет убита. Хотя я уже сказала Хабарову о сером «Вольво», то есть похитительница знает, что машина в розыске… Но она ничего не сказала Насте о том, что ей известно о патруле, стало быть, мои действия ей неизвестны? Или все-таки преступница просчитала все наперед и попросту предпримет все возможное, чтобы оторваться от полиции?..

В одиннадцать вечера, когда мы уже собрались выезжать на кладбище, я получила ответы на свои вопросы.

Хабаров позвонил и сказал, что серый «Вольво» с номером «девять-пять-ноль» найден во дворе по адресу улица Симбирцева, дом двадцать.

— Машина пустая, никого нет. Мы проверяем жителей ближайших домов, но пока безрезультатно. Вероятнее всего, преступница просто оставила машину во дворе, сама скрылась в неизвестном направлении.

— Поняла, спасибо за информацию, — проговорила я.

— Я проверю автопарки, как только узнаю, брала ли Разанова другую машину, сообщу тебе, — пообещал Хабаров.

Я поблагодарила приятеля, про себя подумав, что вряд ли он успеет до полуночи объехать все автопарки. Увы, они работают не круглосуточно, надо было этим заниматься раньше. Сейчас единственный вариант установить, брала ли преступница новый автомобиль, — это допрашивать дежурных сторожей, если таковые, конечно, имеются. По телефону данный вопрос не решить…

В половине двенадцатого мы уже были у кладбища. Приехали раньше, я припарковала свою машину как можно ближе к пустырю.

Сидя в салоне, мы обговаривали план действий.

— Картину придется нести тебе, — заявила я. — Я буду следовать за тобой, но меня преступница не должна увидеть. Сделаем все раньше, чтобы у тебя была возможность не столкнуться с ней лицом к лицу. Возможно, конечно, она уже на кладбище, только где Разанова припарковала автомобиль, непонятно. Положишь картину на пустырь, потом вернешься к моей машине, сядешь в салон.

— А если она нападет на меня? — спросила Настя.

— Зачем ей лишний раз светиться? — резонно заметила я. — Нет, нападать на тебя она не станет. Дождется, когда мы уедем, и только потом заберет полотно.

— Все равно мне страшно… — призналась Ленская.

— Не бойся, я буду контролировать каждый твой шаг. Подожди, держи это…

Я дала Насте «жучок» с датчиком.

— Эту штуку положи в карман джинсов так, чтобы он не выпал. Датчик очень маленький, поэтому поместится в любой карман. Потерять его, думаю, не сможешь, только в куртку не клади, мало ли что может случиться…

Настя осторожно взяла датчик, сунула в карман штанов.

— Теперь я смогу