Шедевр под подозрением - Марина Серова

охраняется. Другими словами, преступник идет на риск, похищает картину лишь для того, чтобы уехать с ней в другой город и спрятать в чужой квартире на веки вечные. Звучит не слишком убедительно…

И кто тогда убил Рожнева? Хозяин частной коллекции, что ли? Вычислил преступника и устроил над ним суд? Точнее, сперва выведал, где находится полотно, а потом жестоко убил. Бред какой-то, проще заявить на Рожнева в полицию и потребовать вернуть картину.

Нет, убийца — не коллекционер, это ясно. Тогда остается еще один вариант: у Рожнева были сообщники, а возможно, он являлся всего лишь исполнителем, задачей которого является похитить картину и покрыть ее новым слоем. После этого Рожнев должен был отдать произведение искусства человеку, задумавшему аферу, однако мужчина этого почему-то не сделал. Он решил бежать вместе с картиной. Скрываясь от своих сообщников, Рожнев подделывает документы, уезжает в Тарасов и начинает вести тихую, мирную жизнь. Устраивается на работу в детскую школу искусств, знакомится с Настей Ленской и прячет у нее картину. Настя ни о чем не догадывается, а вот сообщники Рожнева решают найти парня и отнять произведение. Они выслеживают Рожнева, каким-то образом узнают, где он, и следят за ним. Так как Максим встречается с Настей, преступники делают правильный вывод: картина у Ленской. Пока Настя находится на работе, подельники Макса обыскивают квартиру девушки, но ничего не находят.

Получается, действуют непрофессионалы? Уж найти шкаф труда не составит, конечно, он неплохо замаскирован, но это не секретный сейф, который не взломаешь! Допустим, преступники совершают ошибку, ищут картину у Макса, но тоже ее не находят. Или, наоборот, сперва они обыскивают квартиру Рожнева — картину-то украл он, а не Настя! Или на момент обыска Настя уже отдает полотно Маше? Скорее всего, наверняка шкаф преступники тоже проверяли. В итоге своими силами отыскать картину злоумышленники не могут, поэтому они похищают Рожнева. Тут и появляется таинственная блондинка в парике — я уверена, что женщина тщательно маскирует свою внешность, дабы никто не смог ее узнать. Блондинка втирается в доверие к Максу, а потом похищает его. Вместе со своими сообщниками (если они есть) преступница пытает Рожнева, узнает у него, где находится картина. Скорее всего, Максим рассказывает о том, что полотно у Насти, но так как обыск квартиры Ленской не дает результатов, Рожнева убивают, а на саму Ленскую нападают с целью похищения. Если бы не счастливая случайность, мою клиентку постигла бы судьба Рожнева, и вряд ли девушка догадалась бы, о какой картине идет речь. Но Настя чудом избегает страшной участи, нанимает телохранителя, то есть меня. Нападать на Настю преступники не решаются — мешает мое присутствие. Наверняка они знают, что девушка обратилась за помощью к телохранителю, поэтому делают следующий шаг — похищают лучшую подругу Насти, Машу Загорную. Думаю, ее усыпили снотворным, а когда жертва пришла в себя, ее заставили позвонить сперва на работу, сказать о своей болезни, а потом — домой, предупредить мать о том, что ее срочно отправили в командировку. Антонина Михайловна не особо разбирается в специфике работы школьного учителя, она и не подозревает, что никаких командировок у учителей нет, поэтому верит своей дочери на слово. Сама Маша тоже не может сказать, где находится картина — мать ведь подарила полотно своей подруге, дома картины нет! Ну а похитители звонят Насте и угрожают, что, если девушка не вернет картину, подруга будет убита. Неизвестно, оставят ли Машу в живых — ее могут устранить как ненужного свидетеля после того, как Настя отдаст картину. Но если полотно не вернуть преступникам, Машу точно убьют! А у меня нет ни одной зацепки, способной помочь отыскать несчастную девушку…

Мои размышления прервал звонок Никиты Хабарова. Я сразу же взяла трубку.

— Женя, ты оказалась права! — воскликнул приятель. — Я навел справки на Федора Арефьева, в базе имеются его отпечатки пальцев! Пять лет назад Арефьев летал на самолете в Турцию, у него брали отпечатки. Они полностью совпадают с отпечатками трупа!

— Отлично, — вздохнула я. — Личность убитого мы установили, но вот убийцу вычислить гораздо труднее…

— Родных и близких у Арефьева нет, это верно, — проговорил Хабаров. — С кем он общался — тоже неизвестно… Скорее всего, придется проверять его однокурсников из художественного училища.

— Думаю, пока это единственный вариант, — заметила я.

Я решила тоже проверить всех одногруппников Арефьева. Снова открыла сайт нижегородского художественного училища, нашла группу живописцев, с которыми учился убитый художник.

Второго парня из группы звали Ефим Соломин, после окончания училища он устроился работать в художественную школу номер пять, преподавал живопись, рисунок и композицию детям. В двадцать два года Соломин женился на Елене Игнатовой, у пары родилось двое детей. К уголовной и административной ответственности Соломин никогда не привлекался, проблем с законом не имел.

Снежана Волочкина, другая одногруппница Арефьева, тоже вела добропорядочную жизнь. После училища она поступила в Нижегородский государственный университет, где получила образование искусствоведа. В настоящее время Волочкина работает в Нижегородском музее изобразительного искусства экскурсоводом, замуж она так и не вышла, детей у женщины нет.

Еще три одногруппницы Арефьева — Екатерина Новикова, Регина Иванова и Ольга Комиссарова — после училища устроились работать в художественные школы Нижнего Новгорода. Их биографии не вызывали интереса, поэтому я бегло просмотрела информацию и ввела имя и фамилию последней одногруппницы Федора.

Ее звали Оксана Юсупова, окончив художественное училище, девушка не стала получать высшее образование, устроилась на работу в обычную школу. У Оксаны была больная мать, девушка содержала семью. Замуж она так и не вышла. Спустя пять лет Оксана внезапно попала в тюрьму за подделку картин известных русских художников. Ее осудили на пять лет, но на свободу Юсупова так и не вышла — в результате несчастного случая Оксана погибла за решеткой. Матери женщины в живых тоже уже не было.

Я перечитала биографическую сводку несколько раз, потом набрала номер Хабарова.

— Мне кажется, я напала на след убийцы Рожнева-Арефьева! — воскликнула я. — Ты ведь можешь сделать запрос в Нижний Новгород и получить дело Юсуповой?

— Я уже это сделал, — проговорил Никита. — Тебе тоже кажется, что смерть Юсуповой неслучайна?

— Я в этом уверена! — воскликнула я.

Хабаров пообещал выслать мне электронное досье на почту, и спустя несколько минут я уже читала информацию по делу Оксаны Юсуповой.

Подсудимая утверждала, что картины она подделывала по заказу некоего человека, имени и фамилии которого она не знала. Заказчик связывался с ней сам, общался с Юсуповой по телефону, используя каждый раз новые номера. Видимо, для разговоров он постоянно менял