Полнолуние - Mona Lisas Nemo

Арбалетные стрелы устремились в гарпий и те вынуждены были резко разлететься в разные стороны. Несколько взмахов могучих крыльев, и вот они уже вне опасности. Гарпиям снова и снова приходилось уклоняться от летящих в них стрел. Одна из хищниц, наиболее крупная среди соплеменниц, умудрилась пролететь между потоком стрел и, наметив себе цель, устремилась к ней.

Карина едва успела присесть, когда прямо над её головой проскочили чёрные когти.

Взбешённая от неудачи гарпия с воем снова ринулась вниз, но тут выпущенная стрела пронзила её сердце.

Гарпия замертво свалилась на снег прямо возле дерева, где стояла Мона. Следопыт не видела ничего кроме пятна крови, которое появлялось из ниоткуда и расплываясь по снегу, окрашивая его в ярко-красный цвет. Мона отступила назад, подальше от пятна.

— Убили! Они её убили, — разом зашипели все гарпии. — Мерзкие твари, убили, убили!..

И они принялись с ещё большей яростью атаковать отряд.

Вскоре стрелы настигли ещё несколько хищниц.

Наиболее впечатляющая своими крыльями гарпия, отлетев за раскидистые ветви деревьев, решила напасть на стоящего почти под ней человека; но тут она заметила двух оборотней, обращённого к ней спиной. Гарпия решила повременить с беззащитным человечишкой. Всё-таки она успеет разделать с ним и после. Хищница тихо, что было вообще не свойственно представителям её племени, подлетела к оборотню, который показался ей не таким сильным, как второй, и, всадив когти ему в плечи, взмыла ввысь.

Том и Себастьян, молниеносно среагировав, одновременно выпустили стрелы в уносившую Лина гарпию. Одна из стрел угодила гарпии в плечо, другая попала в голову.

Когда когти гарпии разжались, Лин полетел вниз.

Не отрывая глаз Мона смотрела за падением оборотня. И когда тот приземлился на землю, выпрямился и, найдя свой арбалет, продолжил целиться в гарпий, Мона поражённо уставилась на него. Никаких повреждений, и по его виду нельзя было сказать, что тот только что упал с высоты пятиэтажного здания. Она видела немало битв с оборотнями, но такое зрелищё её глазам представилось впервые.

— А я, оказывается, стреляю лучше тебя? — крикнул брату Себастьян, это его стрела умертвила гарпию.

Том прицелился в другую хищницу и убил её, метким попаданием в голову. Он довольно посмотрел в сторону брата, Себастьян в знак одобрения слегка поклонился ему.

Вскоре количество гарпий уменьшилось вдвое и, не смотря на это, те не собирались спасаться бегством. Всё теперь виделось им в кроваво-красной пелене. Деревья слились и приняли неразборчивые мутные контуры, только оборотни сохранили чёткие очертания.

Выжидая, когда гарпия подлетит к ней немного ближе, Ада замерла с арбалетом в руках. Руки от напряжения чуть ли не дрожали. И вот гарпия, описав в воздухе несколько петель, быстро полетела к ней. Ада, правильно рассчитав полёт арбалетной стрелы, более ни секунды не колеблясь, выпустила её в цель. И не промахнулась.

— Их осталось всего четыре! — выкрикнул один из оборотней.

Через две минуты в живых гарпий осталось всего две, но и те долго не продержались, став одинокими мишенями для такого количества целящихся.

— Вот это повеселились! — не удержался Роман. — Хорошо хоть наш многоуважаемый Александр остался в замке, ему бы тут вряд ли понравилось.

— Это уж точно, — согласилась Карина. — Эй, следопыты.

Агнус с Моной вышли из-за деревьев. Всё это время Агнус не предпринимал попыток к бегству, он знал, стоит кому-то из них побежать и одна из этих невидимых тварей растерзает их. Тем более один из оборотней постоянно следил за ними.

Споткнувшись обо что-то, Агнус громко выругался и отошёл в сторону. Он понял, что зацепил невидимое для него тело.

— Ты сказал гарпии? — обратилась Мона к Себастьяну.

— Да нет, показалось, — в свою очередь ответил тот, пряча арбалет.

Моне колебалась, она хотела сказать ему что-то язвительное, но не нашлась в ответе.

— Все молодцы, — послышался голос Тома, — хорошо справились.

— Ну спасибо что похвалил, теперь буду гордиться до конца жизни, — проговорил Лин.

— Как плечи? — подходя к Лину, поинтересовалась Карина.

— Да всё в порядке, спасибо. Она мне по большей части всего лишь одежду испортила.

Том довольно кивнул брату, глаза осветила гордость за того.

— Раз все в порядке, тогда нам стоит идти дальше, — наконец произнёс Том.

Мона наблюдала как оборотни выдёргивали стрелы из пустоты.

Уходя с этого места, Агнус невольно оглянулся назад, но его взгляду не представилось ничего кроме кровавых пятен на снегу. Он и предположить не мог, что в мире есть подобное, сколько же ещё зла скрывалось в этом лесу?

Отряд быстро продвигался вперёд.

Высокая элегантная женщина с густыми тёмными волосами расхаживала по просторной комнате.

Её окружал влажный аромат хвои, наполнявший тёплый лесной воздух. Прозрачные белые шторы на треугольных окнах колыхал слабый ветерок.

Это был замок Южных лесов.

Он представлял собой три башни, но какие это были башни! Каждая из них, казалось, уходила в небеса, никогда и нигде в мире не было столь высокого сооружения. Три каменных ствола соединялись между собой многочисленными крытыми мостами, которые как обвивающие дерево лианы, оплетали собою башни. Замок Южных лесов не уступал другим замкам по вместительности.

Живущие здесь оборотни, как и оборотни остальных трёх замков, не знали, когда была возведёна их обитель. Но зато они знали, что в самом начале были только башни, а уже в течение нескольких столетий стали пристраиваться нижние постройки, сильно напоминающие по форме извилистые корни, как будто подпирающие замок.

Внутри он ничем не отличался от других: те же факелы и свечи, освещающие помещения, те же серые стены, только вот окна здесь были треугольными и зачастую из голубого стекла. Главную залу украшал фонтан, в котором каждая отдельна мелочь была проработана с неподражаемой тщательностью. В замке испокон веков ходила легенда, что во время великих событий, которые ещё никогда не переживал мир, вода в фонтане окрасится в кровавый цвет. Но никто, разумеется не верил в подобные сказки. Как не верила в них и королева Лария.

Она стояла посреди своей любимой просторной комнаты, некогда кабинета её отца. Ларии он нравился, она обставила его со свойственной ей любовью к роскоши. Раньше здесь всё было слишком скромным, слишком обыкновенным.

Двери открылись и к ней торопливо заковылял низкий худощавый старик. На самом деле ему было всего шестьдесят четыре года, но болезненно-жёлтое лицо покрывали настолько глубокие морщины, а беспокойные мелкие глаза то и дело бегали от одного предмета к другому. Крючковатые руки сжимались, словно сдавливая чьё-то горло. Его лицо исказила сердобольная и услужливая улыбка на тонких обескровленных губах. Она выглядела настолько противоестественной, что кто угодно засомневался бы в её искренности, только не Лария.