Волки и боги - Тена Тена Марина

Сказав «спасибо», Сьерра почувствовала, как краска поднимается от ее шеи к щекам. К счастью, было темно, и Фернер не мог этого видеть.

Когда Сьерра вернулась в хижину, мальчики лежали на полу, оставив между собой пространство, будто хотели отгородиться друг от друга. Нестор – у стены, повернувшись к магу спиной. Заэль – лежа на спине. Маг лежал с открытыми глазами и нервно щелкал своими длинными пальцами. Увидев Сьерру, юноша поднял голову – дать понять, что он не спит.

– Я могу тут переночевать?

– Можешь, если найдешь место, – ответил Заэль с обычной усмешкой. Хотя Сьерра привыкла к его тону, всякий раз, когда она слышала его, ей казалось, что он ничего не воспринимает всерьез. Даже собственную жизнь.

– Я думала, вы уже спите, – сказала Сьерра, усаживаясь в промежутке между мальчиками. Несмотря на то, что она согнула ноги в коленях, ей все равно было тесно.

– Я не могу спать, – сказал маг, опираясь на локоть и слегка привставая. – Столько всего произошло. Я предал людей, рабом которых был всю свою жизнь, чуть не умер, стал хозяином своей магии и побывал на суде старейшин. Многовато для одного дня! И вот теперь я ночую с оборотнями, которыми нас, людей и магов, пугали в детстве.

Сьерра прикусила губу изнутри, сдерживая смех. Перечисляя свои подвиги, Заэль говорил таким тоном, каким маленькие дети перечисляют свои достижения. Но, по сути, он был прав. Он ведь правда многое пережил. И, главное, его испытания на этом еще явно не заканчивались.

– К тому же, – продолжил он, – теперь я должен буду участвовать в бою, в котором мы все рискуем погибнуть.

– Мы победим, – уверенно произнесла Сьерра, хотя совсем не чувствовала в себе уверенности. – Мы победим, и я сделаю то, что обещала тебе, Заэль. Мы освободим твою мать.

– Если ты сможешь идти, конечно, – проговорил Нестор, не оборачиваясь к Сьерре. – Не забывай о своей ноге.

Сьерра вздохнула и попыталась впрямить ногу. Боль не стихала, хотя и стала тупой, в ноге пульсировало, и сама она стала теплой.

– У меня были травмы и похуже, – прорычала она.

– Почему же тогда она не заживает? – проговорил Нестор.

– Мы, люди, тоже умеем восстанавливаться, – раздраженно ответила Сьерра.

– Мы не хрупкие, – поддержал Сьерру Заэль, – мы правда многое можем.

– Не нужно рассказывать мне про людей, – фыркнул Нестор. – Мой отец был человеком. И в племени у нас немало людей. Это только вы считаете нас дикарями. Хотя мы мало чем отличаемся от вас.

– Я так не считаю.

– Значит, твои бывшие хозяева так считают.

– Ты говоришь со мной так, как будто я воткнул нож в спину кому-то из твоих близких. Почему ты так меня ненавидишь, Нестор?

Провидец снова лег. Брови его были нахмурены. Сьерра склонила голову. Она тоже чувствовала враждебность Нестора по отношению к Заэлю и до конца не понимала, в чем дело. Раньше Нестор был застенчивым, робким. Откуда взялась в нем эта жесткость? Допустим, они не слишком хорошо знали друг друга раньше, в те времена, когда оба жили в деревне. Слишком разными они были по характеру. Да и образ жизни их сильно различался. Сьерра постоянно училась, исследовала, рисковала и демонстрировала старейшинам свои умения. Нестор, наоборот, не мог рисковать. Его оберегала мать и все племя: потерять провидца было недопустимо. Причем так было с самого его рождения, даже тогда, когда он был совсем маленьким и не мог понимать нашептываний богов.

И если совсем честно, Сьерра не слишком стремилась узнать его получше. Провидцы были для нее слишком далеким и непонятным народом. А она была слишком занята: нужно было постоянно доказывать остальным свою значимость. «И все ради чего?» – горько подумала она. Чтобы вскоре ее забыли? Да ей даже некому было рассказать, что Фернер ею гордится! А когда ее не станет, никто даже не вспомнит о ней.

Нестор по-прежнему лежал со сдвинутыми бровями и поджатыми губами. Сьерра со стоном поменяла положение ноги и немного придвинулась к товарищу.

– Почему?

– Что «почему»?

– Почему тебе так не нравится Заэль? Он же тебе ничего не сделал.

– Ну да, – с усмешкой ответил Нестор. – Он просто похитил нас двоих и смотрел, как нас пытают. Хотя нет, в твоем случае он не просто пялился, а, между прочим, искалечил твою руку.

– А потом он же помог мне сбежать.

– Он сделал это для себя, а не для тебя, Сьерра. Я готов поверить, что он ненавидит людей и не хочет помогать тем, кто столько лет управлял его волей. Но даже если это так, это не значит, что я должен ему доверять. И если он так легко предал свое племя в этот раз, он с той же легкостью может предать и нас, когда ему это будет удобно.

– Но ты же был за меня на суде, – тихо проговорил маг.

Чувствуя неловкость, Нестор повернулся и снова привстал на локте.

– Я проголосовал за тебя только потому, что Сьерра тебе доверяет.

– А мне, мне ты доверяешь? Ты ведь даже не помнишь меня… До… всего, что произошло с нами, – тихо спросила Сьерра и тут же пожалела об этом: какая-то дикая невыносимая тяжесть легла на ее плечи. – Ты меня даже не знаешь.

– Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю, – ответил Нестор. – Ты несколько раз рисковала ради меня жизнью. И в этом не было личного интереса. Ты не только сильная, ты бескорыстная.

– Я рисковала жизнью не ради тебя, – поправила его Сьерра. – А ради племени.

– Мне кажется это достаточной причиной, чтобы доверять. И если ты считаешь, что Заэль может нам помочь, я готов тебе верить. Хотя, признаюсь, мне неуютно осознавать, что маг теперь на нашей стороне.

Заэль молча посмотрел на Нестора, после чего снова лег на спину, готовясь уснуть. Сьерра чувствовала себя польщенной теплыми словами провидца. И в то же время ощущала себя самозванкой. Она не достойна была такого безоговорочного доверия.

– Вообще-то я часто ошибаюсь, – призналась она. – Я упрямая и иногда так спешу и так сильно чего-то хочу, что могу стать источником разрушения.

– Ты жалеешь о нашей сделке? – спросил маг игриво, не удосужившись даже поднять голову и взглянуть на собеседницу.

Сьерра внимательно посмотрела на Заэля. На его беспокойные руки с неестественно длинными пальцами, острый подбородок, черные волосы, заплетенные в косички, украшенные удивительными бусинами, которые не издавали ни звука при движении. Подумала о его удивительной магии, которой он сам не понимал, магии, украденной у Селены.

«Помни, что дары богов часто бывают отравлены», – вспомнила вдруг она чьи-то слова и данное ею обещание никогда не забывать об этом.

Нет, Сьерра не доверяла Заэлю. Но очень хотела бы доверять. И учитывая их положение на данный момент, этого было вполне достаточно.

– Я не жалею, – ответила наконец девушка. – Я не боюсь твоей магии. И готова разделить с тобой нашу миссию. Но учти, если ты предашь нас, я собственными руками вырву тебе сердце и растопчу его. И не смотри, что у меня человеческие ногти. Поверь, моей ярости будет достаточно, чтобы сделать это.

Нестор примиряюще хихикнул. А Заэль, даже не удосужившись открыть веки, весело улыбнулся.

Напряжение в теле Сьерры сменилось усталостью настолько сильной, что ее суставы, казалось, стали свинцовыми, а веки отяжелели настолько, что глаза было невозможно держать открытыми. Девушка поспешила устроиться на полу между магом и провидцем. Секунду соображала, стоит ли ей поворачиваться к Заэлю спиной, чтобы не видеть его, или наоборот лучше лежать к магу лицом, чтобы присматривать за ним. Тем временем Заэль начал тихонько храпеть. Глаза Нестора тоже были плотно закрыты, а лицо выглядело спокойным и серьезным, как может выглядеть только лицо спящего. Кое-как протиснувшись между ребятами, Сьерра попыталась расслабиться. Рука Заэля касалась ее спины, дыхание Нестора щекотало ей лоб, а тепло их тел согревало лучше одеяла. Девушка закрыла глаза. Она не знала, что готовит им завтрашний день. Какой будет битва? Выиграют они или потерпят поражение? И как потом сложится ее судьба? Думать об этом сейчас было бессмысленно, и, решив, что сегодня она заслужила отдых, Сьерра успокоилась. Ожоги на руке и тупая боль в ноге казались сейчас такой далекой неприятностью, такой незначительной. Вязкая тяжелая дрема окутывала мысли и тело, заставляя забывать о тревогах, заботах, мире, находящемся на краю катастрофы. В конце концов сон обнял ее, как крепкие отцовские руки, в которых он баюкал Сьерру, когда она была маленькой девочкой. Баюкал и обещал, что этой ночью она может спать спокойно. Папа присмотрит за ней, защитит ее, до рассвета еще далеко и можно спать глубоко и спокойно, ни о чем не переживая.