Вечность без Веры - Анастасия Таммен

привязанности, никакой кызым. Горло сжалось от обиды. Неужели между ними никогда не было особенных отношений?

В голосе Сати слышалось восхищение и одновременно недовольство Мирославой. Она не думала про беспомощную девочку на кафельном полу. Ее интересовало одно – не дать победить Мирославе, что бы это ни значило. Вера терялась в догадках, пересматривала видео, всегда останавливаясь за несколько секунд до конца и перематывая в начало. Пять раз, десять, двадцать.

«Мне нужно скрыть генный дефект ребенка, пока до него не добралась Мирослава». Что же было нужно великой изобретательнице от Веры?

Она еще раз просмотрела видео от начала и до конца, но ответа так и не нашла. Голова гудела. Утром она поговорит с девочками, они наверняка смогут найти какое-то объяснение. Вера свернулась клубочком, натянула одеяло до самой макушки и забылась беспокойным сном.

Кто-то гладил ее по щеке. Заботливые руки убрали растрепавшиеся волосы. Вера медленно разлепила глаза – сначала один, потом второй – и осмотрелась. В комнате было светло. Солнце стояло высоко в небе, и его не загораживали соседние здания. На краю кровати сидела Таня. За ее спиной, скрестив руки на груди и нетерпеливо притопывая, стояла Ида.

– Девочки, – прохрипела Вера. Горло саднило, будто кто-то насыпал в него песка.

– Неужто наша спящая красавица проснулась. Я думала, что поцелуи принцев пробуждают ото сна, а не наоборот, – с издевкой сказала Ида, криво улыбнувшись.

– Ну не надо так, – попросила Таня, глянув через плечо.

– А я-то что?! – Ида всплеснула руками. – Это не я неизвестно где шлялась!

Вера нахмурилась, пытаясь восстановить в памяти события вчерашнего дня, из-за которых Ида могла на нее сейчас злиться. То, что произошло с Верой до злополучного видео, будто принадлежало не ей, а какому-то другому, в другой жизни. Она напряглась. Перед глазами промелькнул полет на винтокрыле, вкусный ужин, Аарон…

Таня протянула тюбик.

– Ты бледная как смерть. Ты пропустила завтрак и обед. На, поешь.

Это сколько же она спала? Вера села и с благодарностью взяла тюбик. Первые глотки яблочного пюре давались с трудом, но в конце она с наслаждением облизала губы. Тот факт, что это не просто яблочное пюре, а пюре, принесенное заботливой Таней, делало его в миллион раз вкуснее.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась Вера.

Она подвинулась на кровати и прислонилась спиной к изголовью, откинув голову на подушку, что немного уменьшило пульсирующую боль в висках.

– Наелась? – нетерпеливо спросила Ида. – Отлично. Так где ты вчера была?

Вера подняла на нее глаза. Ида притопывала ногой и явно злилась. Лучше выложить все начистоту как можно скорее.

– После того как вы ушли из детского отделения, там появился Аарон. Он был голодным и предложил поужинать вместе. Мне было неудобно отказывать. Да и, честно говоря, то детское питание, которое мне выдали на ужин, было не очень-то сытным. Поэтому я согласилась, и мы отправились в ресторан на его винтокрыле. А после ужина сразу вернулись в ПЭЦ, – как на духу выложила Вера.

– Сразу? – с сарказмом переспросила Ида. – Долго же вы ужинали, если ты вернулась в полвторого ночи.

– Я совсем забыла о времени, – смутилась Вера. – Мы говорили, говорили… А когда я на часы посмотрела, уже была полночь.

– Ты? – Ида округлила глаза. – Забыла о времени?

Вера кивнула. Да, она сама удивилась не меньше Иды, когда взглянула на часы в «Шестом чувстве».

– Пф-ф, – фыркнула Ида и плюхнулась на кровать. Она уперлась ладонями в одеяло. Вера с облегчением заметила, что ее поза стала более расслабленной. – Ну ты даешь. Говорили они. А о том, что мы тут на ушах стояли, вы не подумали?

– Знаю, что заставила вас поволноваться, – сказала Вера с искренним сожалением. – Простите меня.

– Да мы-то ладно, – отмахнулась Таня. – Когда мы вернулись из парка, то зашли за тобой сначала в детское отделение, а потом в твою комнату. Тебя нигде не было, и на сообщения ты не отвечала. Поэтому мы спросили Макса – он ушел из парка на полчаса раньше остальных, – а он не придумал ничего лучше, чем объявить тебя в розыск.

– Розыск? – Вера открыла рот. – Так вот почему Катрина не спала…

– Я думала, что она поднимет на ноги весь ПЭЦ, – хмыкнула Ида.

– Однако гвардейцев звать не стали, – продолжила Таня, игнорируя реплику Иды, – потому что на камерах наблюдения вас с Аароном засняли улетающими вместе. – Последовала пауза, Таня подняла на Веру глаза с затаенной обидой. – Сложно было нам заранее сказать? Мы бы утрясли все без свидетелей. К чему эти секреты?

Вера почувствовала укол совести.

– Я не знаю… Все получилось спонтанно. Я не собиралась никуда с ним лететь. И уж точно не планировала засиживаться в ресторане.

– Но мы же писали тебе! – Ида повысила голос.

Вера сглотнула, боясь признаться в очевидной глупости.

– Я не слышала. Не заметила. – Она развела руки в сторону, как бы говоря: «У меня нет этому адекватного объяснения». – Простите меня.

Ида покачала головой.

– Вера, ты так облажалась…

Верины плечи поникли.

– Вы дожидались моего возвращения вместе с Катриной? – Она помедлила и добавила: – А Макс что?

Она не была уверена в том, желает ли знать ответ.

– Макс взбесился, – угрюмо сказала Ида. – Когда мы узнали, что было на записях камер наблюдения, Катрина отправила нас по комнатам под предлогом, что дальше она сама разберется. Типа ловить тут нечего. Но Макс начал требовать, чтобы позвонили Аарону – он, кстати, тоже на звонки не отвечал, – и ни в какую не хотел покидать кабинет Катрины.

– Я его в таком бешенстве еще ни разу не видела, – громким шепотом добавила Таня. – Причем, ты знаешь, я так и не поняла, за кого он волновался больше – за тебя или за себя.

– В смысле? – уточнила Вера.

– Он много возмущался, топал ногами и постоянно повторял: «я волнуюсь», «я не могу спать», «мои планы идут под откос». – Таня ненадолго задумалась, а потом сказала: – Не знаю… Могу ошибаться, но мне кажется, что в ситуации, когда кто-то пропал, ты думаешь не о себе, а беспокоишься о другом человеке. А тут…

Таня пожала плечами.

Макс всегда был очень целеустремленным. Он строил планы и прилагал все усилия, чтобы дойти до финиша. Вера восхищалась этой его чертой характера, благодаря которой он остался в ПЭЦ, несмотря на болезнь. Учитывая, что они с Верой были парой, часть его планов распространялась и на нее – совместная работа в Геноме, совместное проживание в первом округе. Он расписал их жизнь на тысячу лет вперед. Шесть месяцев подряд Вера не сопротивлялась. Зачем, если