Путь к Порогу - Роман Злотников

— Ах ты!.. Да кто тебе про моего мальчика такое?.. — взвилась Марла, но Карл, чувствуя, что мальчишка сказал не все, остановил ее:

— Погоди-ка… Ты же понимаешь: то, что ты сейчас сказал, очень серьезное обвинение. С чего ты взял, что кто-то убил твою мать, а не сама она расшиблась о камни по собственной неосторожности?

Кай минуту помедлил. Натужно покривил губы в подобие ухмылки. Потом медленно и отчетливо назвал имена тех четверых, которых видел вчера с Сэмом на опушке леса.

— Сэм… сам рассказал им об этом. Я слышал. Спросите их.

— Спросим, — зловеще севшим голосом пообещала Марла, — спросим, дорогой мой, не сомневайся. Врет он! — вдруг закричала она. — Врет он все! Он завидовал моему мальчику, потому и напал на него!

Но Кай больше ничего не сказал. Глаза его потухли. Всем сразу стало ясно, что от него ничего не добиться.

— Эти четверо… — повернулся Карл к Маралу.

— У ворот стоят, — ответил староста. — С самого утра. Придется их позвать. Как и пятерых мужиков, которые вязали мальца.

— И Кривого Яна с Бадом Сухоруким, — угрюмо произнес Карл.

— Плюнь на них, — посоветовал староста тоном, по которому можно было понять, что он давно уже все обдумал. — Малец изувечил четверых взрослых здоровых мужиков. Кто этому поверит? Это только запутает дело, которое и без того…

— Говорят, приблуда с Танком-кузнецом крутился, — сказал Жирный Карл. — Этого душегуба чокнутого надо было из деревни гнать в три шеи еще пять лет назад! Говорил я тогда тебе…

— Зовите свидетелей! — громогласно распорядилась Марла. — Сначала пацанов!

Староста посмотрел на Карла. Тот согласно кивнул и добавил:

— А этого опять надо в погреб спустить. Эй, где вы там? Тащите псенка обратно!

Когда уволокли Кая и привели испуганно переглядывающихся пацанов, Марла рыкнула:

— Дайте мне с ними наедине поговорить!

Карл нахмурился, но Марал быстро поднялся и, запустив в бороду пятерню, сказал:

— Все правильно. Пусть поболтают по душам. Пойдем, — и, взяв под локоток, вывел успевшего задремать Наги. Господин Симон сбежал еще раньше. Воспользовавшись требованием Марлы, он спустился в трапезную и утвердился возле стойки, откуда больше никуда не желал отлучаться.

За закрытой дверью перекатывался голос Марлы. То, наливаясь силой, гремел вовсю, то снижался до совсем неслышного шепота. Жирный Карл и староста Лысых Холмов разговаривали без свидетелей — старенького Наги пришлось отвести в одну из комнат харчевни.

— До окрестных деревень слух докатится, это уж как пить дать, — говорил Марал. — Через пару дней все будут судачить о мальчишке и его мамаше.

— Да, — угрюмо подтвердил Карл. — Народ, чтоб его!.. Всем рты не заткнешь. Ведь думал же: дело кончено. Старики, родственники этих городских, серебром получили, мальчишка в харчевню взят.

— Ты все правильно сделал, — положил руку на плечо хозяину «Золотой кобылы» Марал. — Только вот сынку своему надо было в первую очередь язык укоротить.

Жирный Карл сжал и разжал кулаки.

— А если он одержим демонами? — с надеждой вдруг предположил он. — Таких ведь закон велит на костре сжигать?

— К смертной казни может лишь граф приговорить, — напомнил Марал. — Я бы очень не хотел, чтобы до его сиятельства дошел этот случай. Ты, я думаю, тоже. Ты его видел? Непохоже, чтобы парень был одержим. Да и любой, самый слабый маг скажет тебе, что это не так. Вот что надо сделать: за нападение с целью убийства преступник карается полусотней ударов плетью прилюдно.

— Да знаю я! — отмахнулся Карл. — Влепим ему плетей — и что? Думаешь, это его угомонит? Отлежится и снова за нож возьмется. Опять все сначала? Ежели такая канитель завяжется, точно до графа слухи доползут. Удавить бы его по-тихому!.. Но уже не получится. Разговоры пойдут. Эх, раньше надо было!..

— Дослушай! Выпороть мальца надо. Только вот пороть-то можно по-разному. Можно и две сотни выписать, а человек на второй день встанет. А можно и с трех ударов шкуру спустить. Понимаешь? Настоящие мастера этого дела есть. Я знаю. За день отыщу. Не из нашей деревни, но это даже и лучше.

Жирный Карл сообразил быстро.

— Я серебра не пожалею, — затараторил он. — Пусть сучонок сорок ударов помучится, как сынок мой мучился, а на пятом десятке сдохнет! Пусть он… А свидетели? — вдруг осекся хозяин таверны. — Эти пацанята? Староста Лысых Холмов усмехнулся:

— Со свидетелями дело, я думаю, уже решено.

Не успел он закончить, как приоткрылась дверь, и из комнаты просунулась лохматая голова.

— Господин Карл, — прерывающимся голосом позвал Гилль, на щеках которого цвели пунцовые пятна, — господин Марал… Тетушка Марла просит вас к себе…

Как и рассчитывали Жирный Карл и Марал, дело решили очень быстро.

Через несколько минут комната Марлы была забита народом так плотно, что, когда вносили связанного Кая, мужикам, столпившимся у порога, пришлось потесниться. Из комнаты вынесли всю мебель, кроме, конечно, кресла Марлы. У стен стояли пятеро мужиков, связавших Кая в тот злополучный день, и четверо деревенских пацанов. Сам Жирный Карл, староста Лысых Холмов Марал и жрец Наги разместились у кресла. Причем Марал, учтиво поддерживающий Наги под руку, вполголоса напоминал старикану, который по причине старческого маразма успел все забыть, суть дела. Притащили даже и прислонили к стене наклюкавшегося до полной невменяемости господина графского мытаря Симона. Кроме них умудрились втиснуться три служанки: Шарли, Сали и Лыбка.

Кая держали двое. Он обвис в их руках, полуприкрыв глаза, точно впавший в забытье.

— Как говорит преступник, — прокашлявшись, начал Карл, — он напал на моего сына, потому что тот, дескать, виновен в гибели его матери, которая, как все знают, расшиблась в прошлом году, упав в ручей. Якобы он слышал, как Сэм признавался в этом чудовищном злодеянии мальчишкам из деревни Лысые Холмы. Я попрошу свидетелей ответить: все было так, как говорит преступник? Гилль?..

— Нет, — замотал головой Гилль. — Я вчера Сэма-то и не видел. Я вот с этими… С Арком, Нилом и Лэном на Лиску ходил рыбу ловить.

— Арк?..

— Я это… — по-дурацки отвесил лошадиную челюсть Арк, — ну как ее… рыбу ловил. Тоже…

— Нил?..

— Не видал Сэма, — глядя себе под ноги, буркнул один из близнецов. — Ни Сэма, ни Ба… То есть Кая не видел.

— Лэн?..

— И я не видел, — ответил второй близнец.

— Следовательно, преступник лжет! — повысил голос Жирный Карл. — Все это слышали?

— Все… все… — вразнобой загомонили мужики.