Джон, Пол, Джордж, Ринго и я (Реальная история ‘Битлз’) - Тони Бэрроу

Отъезд ребят из ‘Д.Ф.К’ было таким же сумасшедшим и хаотичным, как и конференция. Трое битлов запрыгнули – или были закинуты – в следующий первым чёрный лимузин ‘Кадиллак’, а Брайан Соммервилль протиснулся через плотное кольцо полицейских, чтобы присоединиться к ним. Кто-то стукнул по крыше лимузина и завопил: “Поехали, поехали, поехали!” Джон был оставлен на тротуаре и громко матерился, пока не оказался впихнут во второй из ‘Кадиллаков’ ‘Кэпитол рекордз’. “Поехали, поехали, поехали!” Это оставило разгневанного Брайана Эпстайна наблюдать за тем, как эта маленькая колонна автотранспорта быстро исчезает в направлении скоростной автострады с воющими сиренами полицейского департамента Нью-Йорка впереди и позади от неё. Один из служащих аэропорта сказал ‘Нью-Йорк таймс’: “Мы никогда ранее не видели здесь ничего подобного этому. Даже при прибытии королей и королев”.

Возле отеля ‘Плаза’ шеренги конных полицейских сдерживали сотни визжащих фанатов. В одной из спален битлы смотрели по телевизору первые новостные отчёты об их прибытии в аэропорт с приглушённым звуком, чтобы иметь возможность также слушать отчёты радиостанций У-Эм-Си-Эй, У-Эй-Би-Си и У-Ай-Эн-Эс, которые беспрерывно перемежались круглосуточным проигрыванием их записей. Я узнал позже от Брайана Соммервилля, что в этот момент Эпстайн воспользовался удобным случаем, чтобы отомстить Соммервиллю за захват его места в аэропорту в первом из автомобилей рядом с Полом, Джорджем и Ринго. Соммервилль сказал мне: “Я не мог поверить в это, когда Брайан повернулся ко мне и выразил недовольство по поводу стоимости еды, которую я заказал для подачи себе в номер. Я вкалывал на него с рассвета, а он с неудовольствием заглядывал ко мне в тарелку с единственной приличной едой, которая у меня была за весь день. Это был лишь обычный набор из меню, но он назвал его расточительным пиром. Можно было подумать, что я заказал тележку икры или что-нибудь в таком роде!” Когда я спросил его, как прошло путешествие в других отношениях, Соммервилль ответил: “Брайан уволил меня пару раз”. То есть не произошло ничего нового. Но он так же старался изо всех сил выставить меня дураком перед другими людьми, которые на самом деле были не в курсе происходящего”. Как-то во время этого визита в США личная помощница Эпстайна, Уэнди Хэнсон, позвонила мне: “Брайан хочет знать твоё мнение кое о чём. Он считает, что Брайан Соммервилль тратит слишком много. Ты считаешь, нам следует назначить предел его тратам? Можем мы установить, например, бюджет на день? Брайан говорит, что это выходит из-под контроля”. Я объяснил, что – насколько мне известно – любой консультант по прессе, работающий в отъезде, имеет право включать все свои сделанные из своего кармана платежи на протяжении своего путешествия, и если бы я работал где-то, я, несомненно, не смог бы точно оценить свои ежедневные издержки заранее. Лишь намного позже – когда все вернулись в Лондон – я узнал, что один или несколько битлов пожаловались Эпстайну на Соммервилля по какому-то незначительному делу, и вместо того, чтобы обвинить человека в лицо, Эпстайн решил затруднить ему жизнь в общем и в излишних тратах в частности.

Вскоре после прибытия битлов в Манхэттен, братья Альберт и Дэвид Мэйлз из Массачусетса сняли первые эпизоды для своего ‘официально авторизованного’ документального фильма о ‘Битлз’. Он был показан в различных вариантах в Британии и в США под разными названиями, включая ‘‘Битлз’ в Америке’, ‘Что происходит?’, ‘‘Битлз’ в США’ и ‘Да! Да! Да! ‘Битлз’ в Нью-Йорке’. Это было совместное производство телевидения ‘Гранада’ с собственным предприятием братьев по созданию фильмов, редакционный контроль которого Эпстайн по договорённости осуществлял лично. На всём протяжении двухнедельного пребывания ‘Битлз’ в Америке братья Мэйлзы преследовали Джона, Пола, Джорджа и Ринго буквально повсюду, кроме ванной. Мюррей К прилагал все усилия, чтобы оказаться в пределах видимости камеры в как можно большем числе сцен, и даже убедил продюсеров включить свою фирменную фразу “Что происходит?” в одно из окончательных названий программы. Джордж насмешливо назвал его “пятым битлом”, а ди-джей оказался слишком толстокожим, чтобы почувствовать иронию, и тотчас же принял его в качестве своего нового прозвища. Мюррей неожиданно появлялся везде и даже взялся познакомить ребят со своими приятельницами из ‘Ронеттс’ в нью-йоркском самозваном ‘Храме твиста’ – известном ‘Пепперминт ландж’ – в котором Ринго танцевал твист всю ночь напролёт с оживлённой танцовщицей клуба по имени Джери Миллер. Брайан Эпстайн был рад позволит Мюррею заниматься всем этим, потому что сам он не любил посещать ночные клубы. Ронеттка Эстель Беннетт на следующий день зашла в ‘Плазу’, чтобы увидеться с Джорджем, с которым у неё уже установилась тесная дружба, когда ‘Ронеттс’ были в Лондоне. В один из моментов этого фильма видно, как Пол развалился на задних местах битловского лимузина, слушая рекламный ролик программы одной радиостанции, которую – как они утверждали – можно будет услышать позже, в тот день, когда “битлы будут читать для нас свою собственную поэзию”. В этот момент у Пола отвисла челюсть, глаза широко раскрылись, и он сказал прямо в камеру: “Да ладно! Правда?” Битлы вскоре осознали, что многое из того, что они слышали по музыкальному радио ‘Американские ведущие 40’ было чистым вымыслом, акцентированным лишь малым количеством фактов. Одной из американских артисток, которую битлы слушали постоянно по нью-йоркскому радио, была известная песней ‘Господин парень’ Мэри Уэллс, очень любимая великолепной четвёркой. Она часто передавалась по радио, напоминая ребятам, как сильно им нравится её пение. Они решили между собой, когда мчались в своём лимузине, что попросят Брайана Эпстайна пригласить её на серию их следующих концертов в Британии, которые должны были пройти позже в том же году.

В целом, фильм братьев Мэйлз подтвердил, что Пол был самым энергичным из битлов – паковал ли он чемоданы или кормил чаек из окна отеля в Майами-Бич. Джон производил впечатление самого серьёзного, Ринго – наибольшего фигляра, а Джордж – наименее активного. По личной просьбе ребят пара лимузинов, забравшая их из ‘Плазы’ в телевизионную студию Си-Би-Эс на Бродвее, сделала значительный крюк, чтобы они смогли совершить молниеносную поездку по Гарлему. Это была одна из немногих инициатив, связанных с осмотром достопримечательностей, которая НЕ включала дуэт Мэйлз. Эпизоды, отснятые специально для фильма, показали, как битлы были в Центральном парке; ехали в экипаже на конной тяге возле ‘Плазы’; дурачились в поезде, который вёз их в Вашингтон на их первый американский концерт; и за игрой в Майами-Бич в нескольких фотогеничных местах. Во время визита в США, проживающий в Лондоне чехословацкий внештатный фотограф Дезо Хоффманн – который сделал большую часть самых ранних рекламных снимков группы в студии в Лондоне – также непрерывно снимал своей фотокамерой. Ветеран шоу-бизнеса Дезо Хоффманн, когда-то парень-клакёр в киностудии ‘А-Б’ в Праге, вероятно, сделал больше снимков Джона, Пола, Джорджа и Ринго, чем любой другой фотограф. В основном это было потому, что мы охотно предоставляли ему немало доступа к ребятам в первые годы в Лондоне.