Сломанная - Анна Шнайдер

— Ты ведь говорил, что не любишь экстрим?

— Не люблю. Но я, знаешь, и уколы не люблю, но иногда надо.

— Сейчас надо?

— Если ты захочешь, то да.

— А сам ты с кем поедешь?

— Со мной он поедет, конечно, — хохотнул сзади Гуров по прозвищу Доллар. — Алмаз на сегодня объявляется моей любимой женой.

И вновь даже не хохот — ржач.

— Я когда-нибудь тебе вмажу, Паш, — почти серьёзно заметил Юра, бросив быстрый взгляд на Гурова поверх Сониной головы. — Дохохмишься.

— Да били его уже, — сказал кто-то из байкеров. — Но толку ноль, так что не трать время. Ну что, красавица, ты решила?

Соня вздохнула, посмотрела на напряжённого Юру, улыбнулась ему и кивнула:

— Ага. Решила.

70

Юра

Когда Соня сказала, что поедет, но ей всё равно с кем и пусть сами выбирают, Юра одновременно испытал два противоречивых чувства. Радость, что она решилась, и страх за неё. Вдруг что-нибудь пойдёт не так? Всё-таки мотоцикл — опасное средство передвижения.

— Не ссы, Алмаз, — негромко сказал Гуров, пока остальные ребята из его байкерского клуба выясняли, с кем поедет Соня, при помощи «камень-ножницы-бумага». — Никто не станет рисковать. Всё будет в порядке.

— Надеюсь… — пробормотал парень, и через минуту все начали рассаживаться по мотоциклам. Проводив обеспокоенным взглядом Соню, которая, несмотря на всю свою браваду, выглядела слегка испуганной, садясь на байк к мужику по прозвищу Варвар, Юра надел на голову шлем.

— Тем более подружка твоя Варвару досталась, — хмыкнул Гуров. — Он у нас вообще ас. И кстати, ему такие нравятся. Ну, как и мне, впрочем, но с меня хватит за тобой объедки подбирать.

— Пашка! — едва не взревел Юра, и тот хмыкнул:

— Ладно, молчу. Поехали.

За следующие полчаса душа у Юры несколько раз уходила в пятки, и ему даже казалось, что не в переносном, а вполне в прямом смысле. Нет, всё-таки скорость и риск — это абсолютно не его. Кто-то, наверное, получает удовольствие от подобного, но Юра всю поездку просто просидел, вцепившись в Гурова, и почти считал минуты — так ему хотелось поскорее оказаться на земле, крепко стоящим на ногах, и он даже успел несколько раз пожалеть, что вообще всё это затеял.

Но, увидев восхищённые глаза Сони, когда она слезла с мотоцикла и сразу после этого зачем-то громко завизжала, понял — не зря.

— Она мне все уши проорала, — пожаловался Варвар со смешком, потерявшимся в кудрявой бороде. — Всю дорогу выражала свои эмоции громким криком через рот. Теперь я контужен. Красавица, не поблагодаришь пострадавшего?

— Поблагодарю, — кивнула Соня, и байкер слез с мотоцикла и придвинулся ближе к девушке, явно рассчитывая на поцелуй, но она отпрыгнула в сторону и спряталась за улыбающимся Юрой. — Могу ещё повизжать, раз тебе понравилось!

И снова какой-то дикий, необузданный хохот — свободный и живой, как звериный рык во время охоты. Может, Соне помог и он в том числе? Юра понятия не имел, но знал точно, что готов на что угодно, лишь бы ей стало легче.

Поэтому, когда они вернулись домой и Соня с энтузиазмом спросила, не хочет ли он прыгнуть с парашютом, Юра просто и спокойно ответил:

— Если этого хочешь ты — прыгнем.

— Да? — Она будто бы задумалась. — Не знаю. Страшно. Но вообще хотелось бы попробовать, конечно…

— Значит, попробуем.

Да, видела бы Юру в этот момент Настя — наверное, обалдела бы. Её-то он всегда отговаривал прыгать с парашютом, всё делал, чтобы отвлечь от этой мечты. А когда Соня предложила — легко согласился.

Почему так? И то, что не получается с одним человеком — не хватает ни моральных, ни физических сил, — выходит с другим?

Может, в этом и есть таинство любви?

71

Соня

На следующий день за завтраком Соня сама предложила сделать небольшой перерыв, чтобы переварить вчерашние впечатления, и поехать вместе к Юре, собрать оставшиеся вещи.

— Ты ещё не переварила? — засмеялся он, играя бровями. — Вчера вечер ведь спокойный был, мы просто фильм смотрели и пиццу лопали. Или это пицца виновата?

— Не-е-е, пицца ни при чём. Но не переварила, да. Хочу спокойный день! Так что поехали. А вечером просто погуляем, можно на великах покататься…

— Велики — это отлично.

— Они тебе нравятся больше, чем мотоциклы, да?

— Гораздо!

Когда Соня говорила о том, что хочет спокойный день, она действительно рассчитывала на то, что он таким и будет. А что? Соберут вещи, освободят квартиру, Юре останется только ключ хозяйке передать. Домчат обратно на такси с чемоданом и сумками, потом просто пройдутся по парку, погоняют на велосипедах. Чем не спокойный день?

Но у судьбы на сегодня были свои планы. И когда Юра и Соня подходили к подъезду, оживлённо обсуждая просмотренный накануне фильм и сюжетные косяки оттуда, дорогу им загородила какая-то девушка. Воинственно оглядела Соню, фыркнула и сказала, обращаясь к Юре, который уставился на неё с недоумением:

— Ты чего, покрасивее и помоложе себе дырку найти не мог?

До этого момента Соня никогда не видела, как Юра свирепеет. Но всё когда-нибудь бывает в первый раз…

Лицо у него исказилось так, будто он наступил голой ногой в дерьмо, глаза засверкали, кулаки сжались, спина выпрямилась, и через мгновение Юра рванул вперёд — чтобы схватить заговорившую с ними девушку за ухо и потащить куда-то в сторону, шипя:

— Рот бы тебе с мылом помыть, да не поможет! Отдавай ключ от квартиры сейчас же!

— Ай-ай-ай, больно! — пищала девушка, пытаясь освободиться. — Юра, ну перестань, я пошутила! Я просто ревную, ай-ай, больно!

И тут Соня её узнала. Это же Настя, бывшая девушка Юры! Точно, она.

«Покрасивее и помоложе», значит… Ну что же, Соня не стала бы утверждать, что Настина подколка не достигла цели — вполне достигла. И Юра вызверился, и она… да, немного расстроилась. Потому что, как ни крути, а разница в возрасте имеет место быть… И Настя точно не последний человек, который укажет на это Соне.

Между тем Юра, оттащив Настю подальше, принялся что-то ей выговаривать, отпустив в итоге ухо девушки, и с каждым его словом её вид становился всё более жалким