Возвышение Меркурия. Книга 9 - Александр Кронос

Первый слой защиты он успешно пробил. Но потом завяз. А следом враг заблокировал его, сдавив со всех сторон и едва не разорвав нить, что нас связывала.

С неба снова рухнул атакующий Сандал, а я ударил оттиском, который использовался при схватках с другими богами. Это было рискованно — «искра» едва дотягивала по объёму, чтобы использовать подобные печати. На момент перехватило дыхание, а по энергетическому каркасу промчалась волна боли. Но затея сработала — Потоцкий отвлёкся, дав Мьёльниру возможность вырваться. Правда, столкновение с плетением, его кольчуга благополучно выдержала — в случае успеха, печать должна была расплавить энергоструктуру противника. Даже частичный результат осложнил бы циркуляцию и применению силы. Вместо этого оттиск бесполезно разбился о защиту.

Вокруг правого запястья обвился Мьёльнир, чей разум сейчас фонил испугом.

— Сс-с-силён, сс-с-собака.

Сам Потоцкий, неожиданно издал короткий, лающий смешок.

— Я вижу мощь внутри тебя. Сверкающее ядро, в котором заключена сила. Но ты слабее меня. Ты ничтожество. Ты уже проиграл.

Судя по рвущемуся голосу и самим фразам, процесс распада его сознания шёл полным ходом. Жаль, на его личную силу, это никак не влияло. Разве что на решения, которые принимал смертный, охваченный божественным безумием.

В этот раз он ударил печатью. Мощным воздушным оттиском, который судя по его задумке, должен был разорвать меня на части. Несмотря на то, что в удар было вложено немало божественной энергии, моя кольчуга выдержала. Правда, враг сразу атаковал снова. А третий удар, поднял меня в воздух, отшвырнув на пару десятков метров назад.

Катнувшись по земле, я вскочил на ноги. Мельком отметил марево, что окружало нас со всех сторон. Смертный не мог удержать внутри всю силу и она продолжала активно утекать в пространство. Сколько же этот идиот получил мощи, что до сих пор бьётся со мной на равных, хотя и расходует её с такой же щедростью, как Вакх амброзию?

— Сейчас ты умрешь, слабак. А потом я пожру тебя. Саму твою сущность.

Я оскалился в ответной усмешке, смотря на фигуру, затянутую лёгкой дымкой, через которую смутно просматривались очертания ослиной головы.

— Попробуй. Мало получить силу бога. Нужно ещё знать, как ей пользоваться.

Тот что-то невнятно взревел. А в следующую секунду вверх взметнулись фонтаны песка. Магнат решил не мелочиться — стягивал его со всех направлений, обрушивая на меня. Закручивал около моей фигуры настоящий вихрь из подконтрольного материала, который стремительно менял свои свойства.

В отличие от Сета, у меня не было материала или стихии, которой я мог бы управлять на подобном уровне. Зато имелась масса Даров, поглощённых после победы над Смольяниновым. Среди которых нашёлся подходящий — позволяющий работать с воздухом.

Полноценная интеграция Дара в энергетический каркас требовала времени. Потому я ограничился тем, что соединил его с «искрой», при этом подведя к основным внутренним каналам.

Безусловно, я мог бы использовать божественную силу в её чистом виде. Но что-то подсказывало — резерв Потоцкого превосходит мой. И пусть по прошествию недолгого времени он спалит смертного, гарантированно того прикончив, но прямо сейчас это обеспечивало ему перевес. Дар же позволял расходовать намного меньше энергии на манипуляции со стихией — как говорил Марс, оптимизировать расход ресурсов. Правда, брат обычно подразумевал жизни солдат. Но для текущей ситуации, фраза тоже подходила.

Я ударил разом по трём направлениям. Рассёк вихрь на части, разбросав их в разные стороны и погасив скорость. На момент показалось, что угроза полностью миновала, но уши тут же уловили яростный рёв противника, а через секунду вокруг начался настоящий хаос.

Он не просто собирал песок отовсюду. Теперь Потоцкий обращал в него всё, что попадалось под руку. Брусчатку двора, каменную кладку стен, мебель, землю из своего сада.

При этом он толком не управлял выплёскиваемой мощью. Да, основной целью являлась моя фигура, но сила хлестала по всем направлениям, сокрушая и уничтожая всё на своём пути.

Я как будто оказался в центре мощной песчаной бури, которая застилала абсолютно всё. Что-то рычал Сандал, который пытался пробиться к врагу, чтобы ещё раз попробовать его на зуб. Отдавал накопленные резервы энергии Мьёльнир. Слабо пробивалось беспокойство Леры, которая находилась где-то снаружи.

Выставленный мною щит держал удары. Ответные атаки рассекали потоки песка. В песчаную муть ушло зажжёное солнце Аматэрасу, вслед за которым отправилось мощное копье, сотканной из божественной мощи.

Бесполезно. Каждый удар наносил врагу какой-то урон. Но совсем не того плана, как мне бы хотелось — похоже внутри Потоцкого было столько силы, что для нейтрализации очередной моей атаки, он лишь пускал в дело новую порцию. При этом сжигая свой разум и становясь ещё менее предсказуемым. Зато не получая никаких физических повреждений.

Стонал воздух, медленно оседала громада дворца, что разваливалась на части, с корнем вырывало деревья, которые ещё не растворились в круговерти силы. А я пытался придумать план, который мог бы сработать.

Судя по всему, у него громадный объём мощи, ранее принадлежавшей Сету. Что значило, при помощи обычных атак, Потоцкого не одолеть. В прошлый раз меня выручила техника свадебного ритуала, но сейчас ситуация кардинально иная. Да и энергетический конструкт Сета, это вовсе не то же самое, что образ Аматэрасу.

Последняя мысль натолкнула на неожиданную идею и отдал короткий приказ Мьёльниру. Моя собственная смертная оболочка уже давно поднялась в воздух, оторвавшись от земли, но живой камень смог благополучно пробиться через песчаную бурю и добраться до почвы. Углубившись, начал двигаться в сторону противника.

Отец редко обучал нас своим техникам. Как минимум, по той причине, что опасался кровопролития. Когда над всеми богами стоит кто-то один, куда более сильный и бдит за порядком, это одно. А вот если у каждого найдётся оружие против подобного лидера, то ситуация станет абсолютно иной.

Тем не менее, некоторые плетения, которые могли пригодиться нам в схватках с другими божествами или их слугами, он показывал. Например то, что разрывало контакт энергетического конструкта с мёртвой плотью. Звучит несколько странно, да. Но это был излюбленный приём финикийцев — использовать в сражении костяных воинов, каждый из которых был совмещён с энергоконструктом. Техника Юпитера позволяла на мгновение разделить эти две составляющие и спалить телесную оболочку. Сделав так, что объединяться конструкту больше будет не с кем.

В случае с финикийцами, это означало его быстрое развеивание — они использовали комбинацию, которая быстро и без излишнего расхода силы, создавала мощных воинов, но свои изъяны у неё тоже имелись. Например, гибель энергетического конструкта после уничтожения мертвяка к которому он цеплялся. Финикийские боги, в целом любили простые и эффективные решение, позволяющие оптимально использовать силу. Но слишком зациклились на этом, забыв о банальном наращивании мощи. Из-за чего и проиграли.

Давление на щит постепенно росло, а я уже не пытался отвечать ударами. Бесполезно — они попросту тонули в том бурлящем и сокрушающем всё, океане силы, что меня сейчас окружал.

Сандал с трудом пробился ко мне, тоже укрывшись за щитом. Наш канал связи едва не разорвало — дракон был в бешенстве из-за того, что чуть не погиб от руки смертного, получившего каким-то чудом порцию божественной силы.

Я вливал всё больше божественной мощи в нить, что связывала меня с Мьёльниром, стараясь поддерживать её стабильность. А когда он оказался прямо под противником, вновь атаковал того, провоцируя выплеск энергии с его стороны…

В песчаную бурю ушло ещё одно сверкающее и сплетённое из чистой силы копьё. Цели оно достигло, но практически сразу рассыпалось облаком, едва заметных, через бурю, вспышек.

По окрестностям прокатился хохот Потоцкого, звук которого, казалось, скользил по песчинкам. А потом полыхнула молния, которой я ударил через Мьёльнира.

Хохот оборвался. Спутник же вырвался из под земли, собираясь сокрушить смертную оболочку магната, которая должна была временно лишиться энергетического каркаса.

Момент и мой разум затопило искреннее недоумение Мьёльнира. А потом я внезапно понял, что давление на щит исчезло. Более того — песок вокруг, снова стал обычным. Не до конца, понятное дело. Но уже не являлся убийственным божественным оружием.

Смущало, что я пока не получил ни капли силы. Хотя, по идее должен