История Украины. Южнорусские земли от первых киевских князей до Иосифа Сталина - Уильям Аллен

Летом 1687 г. русская армия, которая насчитывала 200 тысяч человек, вместе с казаками Самойловича отправилась воевать Крым. Русское войско вело за собой огромный обоз и целые стада крупного рогатого скота для прокорма солдат. Татарские отряды, воспользовавшись невыносимой жарой, применили свою древнюю тактику и подожгли траву в степи. За пределами своего лагеря русские не видели ничего, кроме выжженной степи; от зноя пересохли все речушки, и люди и животные стали умирать от жажды. Солдаты начали роптать, а среди командиров вспыхнули раздоры.

Стали искать козла отпущения, и Василий Голицын, вовсе не желавший, чтобы ответственность за провал похода пала на него, очень обрадовался, когда ловкий ход Мазепы подсказал ему, на кого можно свалить всю вину.

Мазепа хорошо знал, что Самойлович крайне непопулярен среди казацкой старшины, которая завидовала ему и презирала. Быстрое возвышение и обогащение этого «поповского сынка», как и его высокомерие, вызывали у казацких полковников негодование и насмешки. Более того, все знали, что Самойлович не хотел идти воевать в Крым; он был болен, стар и очень часто весьма неосторожно высказывался в присутствии Мазепы об «этой проклятой войне, в которую втянула нас Москва».

Когда отсутствие воды и болезни в войске заставили Голицына отступить в те места, где реки еще не пересохли, Мазепа решил действовать. Он построил свой план на том, что, предав Самойловича, спасет репутацию Голицына и окажет тем самым услугу царевне Софье.

Среди русских полков был пущен слух, что степь сожгли не татары, а казаки по приказу гетмана, который не хотел завоевывать Крым. В конце июня группа полковников, друзей Мазепы (сам он сделал так, чтобы его услали с каким-то поручением), подала князю Голицыну список с 25 обвинениями в адрес Самойловича (некоторые из них были справедливы — например, обвинение в алчности и других прегрешениях), а также предъявили доказательства того, что Самойлович всегда выступал против союза с Польшей и войны с Турцией.

22 июня в деревне Коломак (западнее Полтавы) гетмана и двоих его сыновей арестовали прямо при выходе из церкви. Самойловича привезли на суд казацких старшин; он попытался убедить их, что ни в чем не виновен, но его не стали слушать; судьи, выхватив сабли, набросились на гетмана, и Голицыну пришлось вмешаться, чтобы спасти ему жизнь.

Старого Самойловича сослали в Тобольск, а его сына Якова — в Енисейск. Все его поместья, все имущество семьи конфисковали. Это, однако, не удовлетворило коварного Мазепу — два других сына гетмана, бывшие его ученики, Григорий и Семен, ставшие к тому времени полковниками, были арестованы и привезены в Путивль, где их подвергли пыткам и обезглавили, даже не позволив исповедоваться и причаститься перед смертью.

Мечта, зародившаяся у Мазепы, как только он попал под покровительство Самойловича, наконец осуществилась. В селе Коломак собралась Рада для выборов нового гетмана. Мазепа рассчитывал на помощь Голицына, но ему нужно было заручиться поддержкой старшин, поэтому он принялся раздавать взятки. Выборы прошли 25 июля 1687 г. По слухам того времени, он заплатил князю Голицыну 11 тысяч рублей и по нескольку тысяч — старшинам.

У Самойловича, после падения которого началось возвышение Мазепы, почти не было друзей; не нашлось и сочувствующих ему среди русских и украинских историков. И те и другие обвиняли его в том, что он не знал пределов своей алчности, не разбирал средств для собственного обогащения, презирал закон и продвигал своих любимчиков, а также раболепствовал перед Москвой и одновременно плел против нее интриги. Самойловичу, конечно, было далеко до Богдана Хмельницкого и Дорошенко. Он носил титул гетмана, но на самом деле был чем-то вроде наместника царя на Украине. Постоянное присутствие московских войск во время его гетманства исключало всякую возможность независимых действий с его стороны. Впрочем, это доказывает лишь то, что Украина в ту пору нуждалась в человеке подобного типа.

За 15 лет правления Самойловича, с 1672 по 1687 г., жизнь Левобережной Украины снова вошла в свою колею. Страна, которую принял в 1687 г. Мазепа, даже с географической точки зрения была уже совсем не той, которую оставил после себя Хмельницкий. Все ее области, за исключением Киевщины, совершенно опустели — люди ушли на левую сторону Днепра, и все жизненно важные центры располагались теперь на реках Десна, Сейм, Псёл, Сула и Ворскла. Земли Украины простирались на севере до реки Сож, а на востоке — далеко за Донец. Столицей гетманов стал город Батурин, расположенный неподалеку от того места, где Сейм впадает в Десну, а там, где когда-то держал свой двор Хмельницкий, только руины отмечали бывшее место Чигирина.

После начала восстания Хмельницкого население Левобережной Украины непрерывно возрастало, ибо область, расположенная восточнее Днепра, считалась безопасной от набегов татар и поляков. В 60-х гг. XVII в. этот процесс несколько замедлился, поскольку в ходе гражданской войны даже в этих, сравнительно спокойных областях стали появляться польские, московские и татарские отряды. Заселение Новой Украины снова ускорилось после 1672 г., когда в Подолию и Правобережную Украину вторглись турки. После 1680 г. «месопотамский пояс» между Бугом и Днепром, официально провозглашенный в Бахчисарае представителями Москвы и Порты, превратился в пустыню, а за год или два до этого Дорошенко в своем письме атаману Сирко назвал Самойловича «Сарданапалом» и выразил ужас оттого, что эти земли пришли в запустение, являвшееся следствием его же собственной политики: «Там, где когда-то стояли города и села, окруженные садами, остались только голые стены, и голодные собаки дерутся между собой. Церкви закрыты, потому что в них некому молиться. Поля заросли сорняками, и наша родная земля, раньше такая веселая и яркая, превратилась в мертвую пустыню».

«Сарданапал» Самойлович, которому беды Правобережья оказались совершенно безразличны, был даже рад подлить масла в огонь, поскольку они усиливали «его» Левобережную Украину, особенно когда дело касалось его собственных интересов. Явившись с войском, чтобы снять осаду с Чигирина, он с удовлетворением взирал на толпы людей, бежавших на левую сторону Днепра. Некоторые даже утверждали, что Самойлович посылал казаков сгонять людей с насиженных земель — для увеличения числа беженцев.

За семь-восемь лет до 1680 г. в Левобережную Украину бежали сотни тысяч крестьян. Эти переселенцы, а равно и их товарищи, следовавшие за ними, радовали глаз гетмана. А он сам и его родственники, все члены батуринского «двора», старшины и судьи — словом, все, кто мог воспользоваться своим привилегированным положением, старались захватить побольше свободных земель, которых за Десной, а также в верхнем течении Сулы, Псла и Ворсклы оставалось еще очень много. Новые землевладельцы предпочитали иметь дело с беженцами, а не со старыми поселенцами, которые осели здесь еще во времена Хмельницкого и смотрели на эти территории как на свою собственность. Новым помещикам было гораздо приятнее и удобнее общаться с новичками, которые соглашались на любые условия, лишь бы получить крышу над головой взамен разрушенной хаты, оставленной ими на правой стороне Днепра. Отчаянная нужда сотен тысяч переселенцев с Правобережной Украины и стала той причиной, по которой достигли расцвета крупные поместья Левобережья за два последних десятилетия XVII в. Социальная гегемония, за которую безуспешно боролись Хмельницкий и Выговский, без особых усилий была достигнута Самойловичем благодаря особым условиям того времени.

Мазепа, сменивший «предателя», стал не только главой казацкого правительства, но и вождем относительно богатой группы землевладельцев, в которую превратилась казацкая старшина. Это «наследство» оказалось гораздо более ценным, чем все золотые червонцы и серебряные талеры, которые «Сарданапал Самойлович» хранил в своих сундуках.

После падения последнего войско Голицына перезимовало на Украине, и летом 1688 г. война с Крымом возобновилась. Русские подошли к Перекопу, но взять его не смогли. Если верить народной легенде, «татары спасли себя тем, что прислали мешки, набитые золотыми монетами, наполовину оказавшимися фальшивыми». На самом деле царевна Софья вынуждена была вернуть своего фаворита в Москву из-за накопившихся дома проблем.

Следующим летом (в августе-сентябре) в столице разразился конфликт между правительницей Софьей и молодым царем Петром. Дело закончилось заключением царевны в монастырь и отправкой Голицына со всей его семьей в Сибирь. Началось правление Петра Великого.

При тех обстоятельствах, которые сопровождали падение Голицына, Мазепа мог очень легко лишиться всего, что он приобрел. Симпатизировавшие ему биографы объясняют спасение гетмана тем, что его ораторский дар и обаяние привели в восхищение молодого царя. Однако ближе к правде будет то, что советники Петра, вероятно, решили, что в такое тревожное время менять на Украине ничего не надо, поскольку в этой беспокойной стране может легко вспыхнуть новое восстание. Так или иначе, но в конце сентября 1689 г. Мазепа вернулся в Батурин как самый преданный и усердный слуга царю.