Война ведьмы - Джеймс Клеменс

Но Крал ничего не увидел, даже легкого движения среди темных теней. Он прищурился и склонил голову набок. В глубине леса, слева, он уловил биение сердца оленя, и больше ничего. Крал ослабил хватку на рукояти топора. Никого.

Неожиданно в нескольких шагах от него послышался тоненький голосок:

— Я хочу есть. — Глаза Крала широко раскрылись, когда он увидел маленького голого мальчишку, который отделился от ствола кипариса. — У тебя есть сладкий пирожок?

Крала потрясло неожиданное появление малыша.

— Ты кто такой? — сердито спросил он, чувствуя себя довольно глупо оттого, что размахивает топором перед ребенком, который едва достает ему до колена.

И тем не менее Крал чувствовал, что это не обычный мальчишка. Он не улавливал ни биения его сердца, ни тока крови в теле.

— А ты большой, — сказал малыш, откинув назад голову и восхищенно глядя на Крала.

Он совсем не испугался топора и, подойдя к Кралу, протянул ему руку.

Но Крал отступил от него на шаг назад.

В этот момент к ним подошла Мисилл, на ходу убирая мечи в ножны.

— Все в порядке, Крал.

Но горец продолжал сжимать в руке топор.

— Это не обычный мальчишка.

— Не бойся. Он один из болотных детей Кассы Дар и рожден при помощи магии из мха, земли и болотных водорослей. — Мисилл опустилась на колени рядом с мальчишкой. — Ну, малыш, расскажи-ка, почему ты так далеко забрался?

Из-за спины Крала показалось изуродованное шрамами лицо жителя болот. Затем подтянулись и остальные.

Мальчик засунул в рот палец и принялся его сосать, разглядывая всю компанию. Когда он заметил громадного огра, на его лице появился ужас. Он подобрался поближе к Мисилл и показал на Тол'чака рукой.

— Ч-чудовище!

Мисилл улыбнулась и прижала малыша к себе.

— Здесь нет чудовищ.

Мальчишка не сводил глаз с Тол'чака, слова Мисилл его явно не убедили. Крал вместе с остальными вернулся к костру, в который подбросили несколько сухих веток как раз в тот момент, когда солнце коснулось горизонта. Все собрались вокруг огня.

Мерик тяжело встал, опираясь на свои палки.

— Что все это значит? — спросил элв'ин. — Зачем он сюда явился?

Джастон поднял руку и наклонился к Мисилл, которая посадила малыша на колени.

— Касса?

Мальчишка показал ему язык.

— Ты вонючий урод, — заявил он.

Джастон не обратил никакого внимания на оскорбление.

— Касса, ты здесь? — повторил он свой вопрос.

Крал увидел, что мальчишка напрягся, принялся елозить на коленях Мисилл и вдруг замер. Его глаза остекленели и, казалось, перестали отражать свет костра.

— Расстояние очень большое, — шепотом, как будто слова доносились из другого мира, проговорил ребенок. — Мне было очень трудно найти вас так далеко от границ болота.

Крал поморщился, глядя на это представление. Ему пришлось изо всех сдерживать себя, чтобы не подойти поближе и не обнюхать мальчишку. Складывалось ощущение, будто кто-то другой говорил его губами.

— Зачем ты пришла? — спросил Джастон.

— Я чувствую, что страшное зло направляется к Порт-Роулу, и решила вас предупредить. Это как-то связано с девушкой.

Мисилл подошла поближе.

— Откуда ты знаешь?

— Трай'сил по-прежнему у нее. Магия боевого топора для меня подобна маяку, она взывает к моей крови д'варфа. Он много дней находился на побережье, но прошлой ночью я перестала его чувствовать, Трай'сил поглотила магия такая же гнусная, как сердце черного демона. Я опасаюсь самого худшего. И боюсь я не только за Трай'сил, но и за девочку.

Ярость закипела в крови Крала. Он подозревал, что это одна из уловок д'варфа, который хочет увести его подальше от добычи. И хотя его перековал Черное Сердце и он не мог ослушаться своего господина, Крал оставался горцем, чей клан обладал хорошей памятью. Так же как темный страж из Порт-Роула сохранил свою воровскую натуру, Крал не мог игнорировать жажду мести, наполнявшую его, когда он думал о зверствах, совершенных армиями д'варфов. Он дал себе слово, что наступит день, когда он расплатится с ними за все.

Зверь в его крови мечтал разорвать жалкого мальчишку на кровавые куски. Он уже знал, кто станет следующей его жертвой, когда он покончит с Эленой. Никакие болотные чудовища не смогут ему помешать вцепиться в глотку д'варфа.

— Касса, ты можешь рассказать нам что-нибудь еще? — продолжал расспрашивать ее Джастон.

— Нет, но вы должны спешить. Зло направляется к Порт-Роулу. — Мальчик задрожал на коленях Мисилл. — Я больше не могу поддерживать с вами связь. Я еще слишком слаба. Поторопитесь!

После этих слов фигурка мальчика вспыхнула зеленым светом и исчезла. На коленях Мисилл осталась лишь кучка сырой травы и земли. Она встала и брезгливо отряхнула одежду.

Покончив с этим, воительница повернулась к остальным.

— Снимаемся прямо сейчас. До хижины Флинта целый день пути. Если Элене угрожает опасность, мы не можем позволить себе жалеть лошадей. Будем скакать всю ночь и день.

— Нет, мы обманулись, — сказал Тол'чак, выпрямляясь.

Его слова привлекли внимание Крала.

— Значит, д'варф нам солгала, — с презрением сказал он.

— Нет, — ответил огр. — Я думаю, она сказала правду. Только мы неверно поняли ее слова.

Мисилл хмурилась, на ее лице появились напряжение и беспокойство.

— Объясни, что ты имеешь в виду, Тол'чак.

Огр порылся в мешке, висевшем у него на бедре, и достал оттуда осколок рубинового сердце-камня. Болотные жители благоговейно зашептались, увидев священный камень. Тол'чак направил талисман в сторону южной границы леса. Но прекрасный камень лишь блеснул в последних лучах солнца.

— Мгновение назад я почувствовал, что камень заволновался, как будто сердце неожиданно вырвали из моей груди. Его зов был сильным и не вызывал сомнений. Мы должны прислушаться к предупреждению болотной ведьмы. И нам действительно нужно спешить. Но не на юг. Элены там больше нет.

Мисилл нахмурилась.

— Что ты такое говоришь?

— Элена направляется в Порт-Роул, — упрямо стоял на своем Тол'чак.

— Откуда?.. — начал Крал.

Огр повернулся на север, в сторону Порт-Роула и протянул руку. Сердце-камень вспыхнул так ярко, что его сияние затмило заходящее солнце. Крал даже прикрыл глаза рукой, защищаясь от его ослепительного света.

Тол'чак вскрикнул от боли, словно сияние камня обжигало его пальцы.

— Камень требует, чтобы мы отправились в путь.

Сидя на своем мерине, Мисилл вела «караван» в сторону Порт-Роула. Она больше не носила свой обычный наряд из кожи и стали, а, как и остальные, была одета в простую и прочную одежду купцов с болот: грубая рубашка, поношенные штаны из болотной пеньки, плащ с капюшоном, сшитый из кожи змеи, и сапоги из шкуры крок'ана, доходившие ей до колен. Действительно, это был день маскарада.