Ведьма - Нэнси Хольдер

Он развернулся, готовый вскрикнуть, и с перерезанным горлом упал на солому.

Изабо, юная жена молодого Жана, сочувственно посмотрела на конюха, затем поманила молодого человека в черной с серебром кольчуге и сказала убийце из рода Каор:

— Иди, и да хранит тебя Богиня.

Резня началась.

— Черный огонь! — говорил остальным Жеро. — Все случилось из-за того, что мы не хотели отдавать секрет Черного огня… Все думали, что его тайна была утрачена со смертью Жана, моей смертью, но я не умер… Я уехал в Нормандию, нашел других, таких же как я… Нас преследовали. Проклятая итальянка чуть не стерла нас с лица земли… Мы бежали в Англию, там нашли потомков семьи Каор и поехали вслед за ними в Квебек, в Нью-Йорк, в Пенсильванию…

— Да, да, — шептал Лоран, вглядываясь в место, куда не было доступа Майклу и Илаю. — Я вижу то, что видел мой сын. Я знаю. — Разлагающийся труп герцога смотрел на потомков. — Наконец я разделю с вами секрет Черного огня, и мы воспользуемся им на Медовую Луну, чтобы навеки уничтожить род Каор.

— Как быть с моим младшим сыном? — спросил Майкл.

Лоран презрительно взглянул на колдуна.

— Ты ведь нарочно настроил его против себя, чтобы укрепить его магические способности.

Илай от удивления раскрыл рот, а Майкл рассмеялся.

— У меня получилось, правда? Он так хотел защитить этих ведьмочек, что сам узнал секрет Черного огня!

— Если он вернется к нам, я сохраню ему Жизнь, — задумчиво произнес Лоран.

— Ты сохранишь жизнь всем нам, — небрежно сказал Майкл. — Мы нужны тебе, Лоран. В этом мире у нас есть телесная форма, а у тебя — нет, так что…

Деверо-призрак усмехнулся.

— Посмотрим. В Медовую Луну все станет ясно.

На Медовую Луну сестры решили уехать из города. Потом к ним домой прибежал запыхавшийся Томми.

— Я нашел это на кровати, когда вернулся домой из школы, — испуганно сказал он.

«Это» оказалось птичьим клювом, обернутым в плющ. К нему прилагалась записка:

Отдай Холли, если хочешь, чтобы она выжила.

С другой стороны записки была еще одна.

Предводитель Мятежного ковена приветствует предводительницу ковена Каоров.

Вступайте в игру. Мы придем и поможем вам.

Ж.Д.

— Записку написал Жеро или Жан? — спросила Аманда.

— И можно ли ему доверять? — задумалась Николь. — Изабо его предала, и он поклялся отомстить. Он шел за ней через пространство и время, и я даже не знаю, на что он будет способен, когда найдет ее. Особенно в Медовую Луну.

— Записка от Жеро, не от Жана, — сказала Холли.

«Он любит меня?»

Друзья переглянулись.

— Ты главная, — кивнул Томми. — Мы сделаем все, что ты скажешь.

— Мы? — переспросила она.

— Да ладно, мы вместе делали лабы по химии — страшнее ничего не может быть.

— Спасибо, Томми, — горячо ответила она, — нам пригодится любая помощь.

Вступить в игру. Ну что ж.

На Медовую Луну Холли, Аманда и дядя Ричард сидели в школьном зрительном зале, под защитой множества заклинаний, и с волнением следили за выступлением Николь в роли Джульетты.

Три дня назад позвонила tante Сесиль, сказала, что едет из аэропорта и… пропала.

…и рубит он во сне врагов и видит

Испанские клинки, бои и кубки

Заздравные — в пять футов глубины;

Но прямо в ухо вдруг она ему

Забарабанит — вскочит он спросонья…

Холли резко выпрямилась, сердце колотилось от страха. Аманда подтолкнула ее локтем бок.

— У тебя транс? — прошептала она, и Холли перепугалась еще сильнее.

— Не знаю, — одними губами ответила она.

…испуганный,

Прочтет две-три молитвы

И вновь заснет…

Меркуцио явно переигрывал.

…Все это — Меб. А ночью

Коням она же заплетает гривы…

Лошади. Ей вспомнилась конюшня, заполненная людьми и лошадьми, — не в Сан-Франциско, где-то в другом месте.

В замке Деверо.

Сердце колотилось, все тело покрывала испарина.

На сцене Ромео декламировал:

…предчувствует душа, что волей звезд

Началом несказанных бедствий будет

Ночное это празднество…

— Я этого не допущу, — прошептала Холли.

Аманда кивнула и снова обратила глаза на сцену, где вот-вот должна была появиться Джульетта. Ричард сидел с другой стороны от Аманды, не говоря ни слова, но Холли видела, что по его лицу бегут слезы. Томми вызвался побыть реквизитором. Его внезапный интерес к театру приписали тому, что он влюбился в Николь и хочет быть поближе. Холли навела чары, чтобы усилить такую иллюзию.

Из Николь вышла потрясающая Джульетта. Глаза, горящие страстью, совершенно преображали ее лицо.

Одна лишь в сердце ненависть была —

И жизнь любви единственной дала.

Не зная, слишком рано увидала

И слишком поздно я, увы, узнала.

Но победить я чувство не могу:

Горю любовью к злейшему врагу.

— На удивление уместные слова, — прошептала Аманда, — даже жутко.

— Я тебя понимаю, — прошептала Холли в ответ, — я сама…

И провалилась в черноту…

Изабо впустила убийц в замок и ушла в свои покои. Скоро сюда явятся ее родные и перевернут мир с ног на голову. Однако у Изабо сложился план — план, означавший предательство семь матери и, может быть, даже ее самой. На этот раз все происходило взаправду, в отличие от лжи, которую произносили губы девушки во врем жертвоприношения в башне замка Каоров. Изабо поклялась себе, что Жан выживет — любой ценой.

Готовясь к побегу, она отправила к реке слуг.

«Терпение, — сказала себе Изабо, — скоро мы начнем новую жизнь, создадим новый ковен, переборем насилие и ненависть наших семей. Наша любовь так сильна, что притянет к себе других. Мы оставим после себя незабываемое наследие».

Она вздрогнула, услышав шаги в коридоре. Неужели пора? Так быстро? Нет, это всего лишь слуга, который замешкался с делами и теперь идет спать. Если будет на то воля Госпожи, завтра утром он проснется, в отличие от своих хозяев.

Изабо стиснула на коленях дрожащие руки, заставляя себя успокоиться. У нее есть один шанс, одна надежда. Все произойдет в точности так, как она запланировала. Начни она слишком рано — и случится катастрофа, слишком поздно — и Жана ждет верная смерть. Изабо тревожно и напряженно ждала.