Из Тени (Dragon Age) - Krilena

«И ненужно. Высвободившаяся энергия породит взрыв и заденет всё окружение.»

— Не подойдёт…

«Но не заденет ничего непосредственно вблизи.»

— Хорошо. Степень повреждения несущих опор? — справедливо усомнился маг: зная о разрушительности этих взрывов, ему бы не хотелось оказаться погребённым под обломками шпиля Башни.

«Незначительно. Выбьет витражи.»

Храмовники хоть и натасканы следить за жестикуляцией магов, но в очередной раз предсказать действия сновидца они не смогли, потому что он не использовал руки при работе с Якорем — онемевшей рукой тем более много не пожестикулируешь, — а по внешнему признаку опознавать и противостоять магии Тени орден, по понятным причинам, их никогда не учил. А ещё им передался скептицизм командира по отношению к непримечательному магу.

А этот «непримечательный» маг сначала крепко обнял ученицу, чтобы добиться оговорённого «непосредственно вблизи», а потом, игнорируя пошедшие смешки от врагов, последовал инструкциям от Источника и в очередной раз безнаказанно вмешался в процессы внутри Якоря.

Как и было предсказано, магическая стена рухнула, Якорь ослепил всех яркой вспышкой, а потом снёс ударной волной. Витражи на окнах всех уровней разлетелись мелкими осколками, в воздух были подняты пыль и кусочки напольной плитки, где пол был разбит, шпиль содрогнулся, но устоял, храмовников разбросало по всему залу, а один «счастливчик», слишком близко стоящий у окна, из него вылетел. Башня высокая — кричал долго, пока падал.

Когда маги, спрятавшие лица и головы от разлетевшихся мелких осколков, оглянулись, то с неверующим восторгом оценили новую картину их противостояния, так и недошедшего до прямого столкновения. Храмовники вряд ли были убиты: не для каждого человека такой взрыв стал бы смертельным, что уж говорить о закованных в лириумную шкуру рыцарей… подобия когда-то гордых рыцарей. Но они оглушены, значит, у магов теперь есть время, чтобы Башню Круга покинуть.

Да только не успели они сделать и шага, как один храмовник, кряхтя, поднялся и перегородил им путь к отступлению. Конечно, это оказался Ралей, чей доспех спас даже от гнева Тени. Не столь магов напугало его возвращение, сколько начало раздражать противоестественная живучесть противника. Ну не достоин этот опустившийся храмовник владеть таким артефактом. Его доспехи точно были созданы в бесчеловечных экспериментах, потому что красный лириум растёт только на живых телах. Правда, сейчас примерно также думал и Самсон: о том, что проклятые маги никогда не могут сражаться честно и тоже не достойны артефактов, которыми орудуют в своих подлостях. Он был крайне разъярён и даже соизволил вытащить оружие.

Ситуация опять не безвыходная — маги видели, что нужно дальше храмовника выводить из себя, чтобы он оступился, совершил ошибку и не успел в одиночку предпринять антимагические меры. В безумной ярости он даже не поймёт, когда маги в очередной раз обведут его вокруг пальца и скроются. Кальперния, вдохновившись примером учителя, уже хотела повторить свою попытку атаковать, но не прямо, а косвенно, через Тень. Вряд ли его доспех также эффективно защитят от воздействия духовной магии или энтропии. Но её опередили.

Когда со стороны спуска раздался шум, все успели усомниться, удивиться и испугаться. Когда через миг в зал вбегает толпа солдат с символикой Инквизиции, у двоих та же буря эмоций повторилась, усмехнулся только Безумец. Мужчина их появления ожидал ещё когда только узнал о возможном нападении, и вот они появились, на самом деле в самый подходящий момент. Канцлер и её агенты как всегда точны — отправили помощь в нужные место и час.

Солдаты оперативно окружили магом, но стояли к ним спиной, потому что защищали, а не нападали. Вслед шустрым разведчикам в зале появилось подкрепление, среди них находился командующий Инквизиции. Каллен, первым делом, изучил обстановку, глянул на мага, ради спасения которого всё это и было спешно затеяно, и только убедившись, что тому ничего не угрожает, вернулся к врагу, из-за которого и вызвался возглавить эту операцию. К бывшему соратнику у него были давние личные счёты. Самсон его узнал и начал глумиться, но не потому что тактически тянул время, пока его подчинённые поднимутся, а потому что, уже вкусив иллюзию бессмертия, потерял страх даже перед противником, превосходящим количеством. К своему сожалению, он ещё тогда не знал, что на поясе сэра Резерфорда висел тубус со свитком — результат долгой работы учёных Инквизиции, — от чьей магии драгоценный кристалл на груди красного храмовника разлетится на осколки, превратив его хвалённые неуязвимые доспехи в жалкую жестянку.

Правда, эти разборки бывших соратников по ордену маги уже не увидят, как минимум не увидит магистр. Взрыв повредил отделку кронштейнов или подоконников окон на втором, верхнем, уровне, но что заставило их посыпаться с таким опозданием, а не вместе с витражом, неизвестно. Может, виной тому стал усилившийся из-за отсутствия стёкол сквозняк. Впрочем, на это бы никто не обратил внимания, если бы при очередном обсыпании часть крупной каменной стружки не свалилась прямо на голову хромому магу, отправив того сразу на пол.

Кассандра среди последних поднялась в зал. Передав привычное ей командование над мобильным отрядом Каллену, её задачей стал только магистр, а точнее его наискорейшее переправление в Скайхолд живым и при своём сознании. Во время обрушения она как раз и направлялась к магам, поэтому всё случилось у неё на глазах.

Правда, через пару секунд беглого осмотра пострадавшего этот «случай» уже вызывал только смех. Вот Искательница и усмехнулась, не без иронии задавшись вопросом: это хромому наконец-то хоть где-то не повезло, раз при обрушении его единственного задело, или, наоборот, опять повезло, и при всевозможных последствиях с ним не случилось ничего серьёзного, а прилетевший камень просто досрочно отправил его к любимому Источнику?

К которому, кстати, прямо сейчас у магистра были претензии.

— Ты утверждал, что опоры повреждены не будут!

«Незначительно…»

Глава 45. Читающий Скайхолд

«Надоело.»

Именно эта мысль возникла в голове мужчины, когда тьма, такая знакомая и уже приятная, в очередной раз начала уходить, а он возвращаться туда, где было больно, отвратно и сонливо.

Снова он открывает глаза, а видит яркие пятна реального мира. Снова ему требуется время, чтобы прийти в себя, вспомнить, что вообще было до глубокого сна. Однако и ответ не принёс лёгкости — лишь разочарование от собственной слабости…. Но хотя бы он может проявлять слабость, и она не будет чревата его проигрышем, потому что сейчас он в окружении тех, для кого его гибель нежелательна.

Впоследствии мужчина узнал убранство комнаты, в которой находился, — конечно, он в Скайхолде. Но от осознания этого Безумец не испытал