Обещания - Джин Реник

Внезапно резкая боль в здоровом глазу заставила его опуститься на стул, стоявший за письменным столом. В последнее время он постоянно думал о близкой смерти, и эти мысли все еще вызывали в памяти образ Луизы. Он вспоминал, как она умирала и как после этого он решился связать свою жизнь вторым браком. Наверное, ему следует сейчас попытаться… Но вполне возможно, он все-таки не успеет. Тогда нужно вписать это в свое завещание. Но стоит ли причинять боль жене и детям только ради того, чтобы облегчить себе совесть? Разумеется, чтобы его воля имела силу закона, ее нужно изложить на бумаге. Он вырвал из блокнота с желтой почтовой бумагой листок и положил его перед собой. Ему потребовалось несколько часов, чтобы оформить документ. В четыре часа, до предела утомленный и все еще не уверенный, стоит ли отдавать его Хольману, он замкнул бумаги в столе и отправился наверх в спальню.

Джиллиан снизила скорость, подъезжая к пансиону миссис Чатфильд. Полночи она не могла уснуть, решая, что ей надеть. В конце концов она остановилась на черных узких брюках и белом коротком свитере в обтяжку. А утром она два часа вертелась у зеркала, придавая своим волосам небрежный вид — настолько небрежный, чтобы выглядеть достаточно привлекательной. Джиллиан перепробовала четыре тона губной помады, прежде чем осталась довольна своей внешностью. По правде говоря, она знала, что выглядит потрясающе. Еще когда она подыскивала себе квартиру в новом доме на Мэйн-стрит, три разных парня обратили на нее внимание.

Она подъезжала к пансиону. Сладкий аромат свежеиспеченных пирогов волнами плыл по воздуху, вытекая из открытой двери. Джиллиан объехала дом, чтобы проверить, на месте ли грузовик Джея. Машины нигде не было, значит, и Джея не было дома. Прежде чем она успела развернуть свой автомобиль, чтобы уехать, на крыльцо вышла Анни Чатфильд и помахала ей рукой, показывая, где поставить машину.

— Они должны вот-вот вернуться, — крикнула она.

Действительно очень скоро во двор медленно и осторожно въехал грузовик Спренгстенов, за рулем которого сидел Джей. Томми и Стефен стояли в кузове, поддерживая сложную конструкцию, составленную из разносортных вещей, предназначавшихся для их маленькой гостиницы: из спинок кроватей, пружин для матрацев, туалетных столиков, одеял и подушек, завернутых в постельное белье. Джиллиан подъехала к указанному ей месту и заглушила двигатель. Братья стали разгружать машину. К ним, спустившись с крыльца, подошла у Анни, чтобы оценить привезенные сокровища.

— Прекрасно, все это нас устраивает как нельзя лучше, — одобрительно сказала она. — Давайте-ка занесем это в дом.

Схватив в охапку пару подушек, Анни, пыхтя, стала подниматься на крыльцо. Заметив наконец Джиллиан, Джей поздоровался, но его внимание было поглощено разгрузкой. Томми, увидев Джиллиан, растянул губы в приветливой улыбке, Стефен тоже кивнул, и мальчики принялись носить тяжелые вещи. Джиллиан вскоре подключилась к работе и стала переносить легкие ящички от туалетных столиков.

Когда мебель была расставлена в предназначенной для нее комнате, все дружно решили, что вполне заслужили по куску пирога и чашке горячего кофе. Томми и Стефен уселись прямо на крыльце, а Джиллиан, Джей и Анни расположились за маленьким столиком в уголке кухни, отгороженном стеклянной дверью.

Стены были выкрашены недавно. По их белому фону рассыпались бледно-лимонные цветы. Едва уловимый запах эмали смешивался с густым и теплым духом пирогов и ароматом только что сваренного кофе. Джиллиан с любопытством рассматривала сложный узор на полу, выложенный черными и белыми кафельными плитками, ее мысли плясали вместе с замысловатой мозаикой. Весь день сегодня она ощущала рядом с собой присутствие Джея. И сейчас, сидя с ним за одним столом и почти касаясь его локтем, она чувствовала, как ее тело пронзает электрический ток, охватывая волнами трепетной дрожи все ее существо.

Она отказалась от предложенной Анни второй чашки кофе и сидела, откинувшись на спинку стула, замирая от удовольствия каждый раз, когда его колено случайно задевало под столом ее ногу.

— Какой замечательный дом! Мне он всегда нравился. Еще в детстве я мечтала побродить по нему, — сказала она. — Уже почти закончился срок, на который я снимала квартиру в Нью-Йорке, и теперь вот подумываю не вернуться ли снова в Уолден-Сити. Вполне возможно я стану вашим первым постояльцем.

— Вторым, детка. Мы уже впустили одного писателя, — сообщила Анни.

— Правда? А знаете, я ведь тоже немного пробовала писать в Нью-Йорке.

— Вот и чудесно. В таком случае я обязательно познакомлю тебя с ним, милочка. — Анни усмехнулась и хитро подмигнула девушке. — Вы с ним непременно сойдетесь. Вы даже чем-то похожи.

Джиллиан почувствовала, как ее лицо залилось краской, и отвела глаза в сторону, боясь взглянуть на Джея.

— Разве ты не в газете работала? — спросил он. — Я думал, ты хочешь стать репортером.

Отчаянно пытаясь запрятать свои чувства как можно глубже, она посмотрела в глаза Джея, такие же ясные и голубые, как летнее небо, просвечивающее сквозь занавески на окнах за его спиной.

— По правде говоря, я не писала для газеты. Занималась в редакции рутинной работой два-три часа в день. Но зато совсем недавно я закончила роман, хотя так и не смогла его продать. Вообще-то я подрабатывала официанткой в кафе «Тяжелый Рок».

— Не вижу в этом ничего плохого. Я сама много лет была официанткой, — сказала Анни. — Платят там, конечно, мизер, но какое достоинство надо иметь!

Они по очереди ополоснули свои тарелки, после чего Анни прогнала Джея и Джиллиан с кухни, чтобы спокойно заняться приготовлением ужина. Выйдя из дверей, Джей извинился и куда-то исчез. Джиллиан пошла на задний двор и села на качели. Она качалась около получаса, безуспешно убеждая себя, что нужно уйти. С озера до нее долетал легкий свежий ветерок, какой бывает только во время благодатной поры бабьего лета. Томми и Стефен возились со старой газонокосилкой, толкая ее то вперед, то назад по двору, и к теплым запахам августовского дня примешивался дурманящий аромат свежескошенной травы. Лужайка отлого спускалась к озеру мимо высокого заднего крыльца, окруженного живой изгородью из английской лаванды, и неожиданно обрывалась прибрежной линией. Джиллиан не спеша побрела к маленькой деревянной пристани, построенной между похожим на старый заросший канал ручьем и водосливом. Присев на бревенчатую скамейку, она стала наблюдать за приближавшейся к берегу шлюпкой, продвигавшейся легкими толчками. Подумав, что ее «визит» слишком затянулся, она вернулась на качели и уж совсем было собралась отправиться домой, когда, к ее несказанной радости, на крыльце появился Джей. Подойдя к Джиллиан, он сел рядом с ней на качели. Его золотисто-каштановые волосы почти совсем выгорели на макушке от постоянной работы на улице. Сейчас они были немного влажными от того, что он только что принял душ. На нем теперь были надеты джинсы и свободный темно-синий легкий спортивный свитер, длинные худощавые ноги были обуты в старенькие поношенные кросовки. И весь он был просто великолепен, великолепен, великолепен, и у нее не было решительно ни одного шанса отвоевать его у Джолин. Он взглянул на нее и рассмеялся: