Мой выбор - Белла Герман

словно из дробовика мне выстрелили прямо в грудь. Дыра, огромная дыра, и пустота.

Сегодня новая встреча с психологом номер четыре, хорошо, что не пять. Ненавижу цифру пять.

— Здравствуйте. — на меня через скайп смотрел мужчина лет пятидесяти, в очках и синей футболке поло. Седина ему шла, она оттеняла его голубые глаза. Приятное впечатление создавалось от его расслабленного и даже небрежного образа и интерьера. Рядом с ним, на столе лежала стопка бумаг, открытая книга, рядом со статуэткой большой черепахи стояла кружка, на которой были изображена картина Врубеля Сирень. Я поймала себя на мысли, что чувствую себя так же, как выглядит эта девушка. Нечто нечеткое, а в глазах боль и пустота, как у Земфиры, пустая пустота.

— Здравствуйте, Елизавета, можете звать меня Марк Валерьянович, можете просто Марк. Расскажите мне о своем самочувствии, а я возьму с вас деньги.

Чувство юмора — это хорошо, мне нравится.

— И не будете учить меня жить? — Я постаралась улыбнуться, но поднялся лишь один уголок рта.

— А кто я такой, чтобы учить вас жизни? — Марк Валерьянович был расслаблен, попивал чаёк и его спокойствие невольно просачивалось в мою комнату через экран.

Забавный дядечка.

— Говорите, что захотите, но у вас есть только полтора часа, потом у меня ужин, а его я никогда не пропускаю. — Это видно, зло подумала я глядя на слегка выпирающий живот психолога.

— Так, ну что сказать, не знаю, плохо мне. Классная у вас кружка, кстати. — Я поёрзала в кресле.

— Спасибо, в музее купил, если станете постоянной клиенткой, скажу в каком.

— Вы умеете сделать нужное предложение.

— Очень часто людям сложно описать чувства, многие приводят в пример песни или фильмы, картины, выражения, которые сейчас близки им по настроению. Можем от этого оттолкнуться.

Я молчала. Хотя песни, что приходили мне на ум были ужасны. Не стоит с первой встречи его шокировать. Суицидных мыслей у меня не было, но если бы кто-то услышал подборку песен, что мелькнула сейчас в моей голове, подумали бы о том, что я на грани и вот-вот выйду в окно.

— Знаете, не помню, кто из классиков говорил, что все в этом мире из-за любви или из-за денег. У вас, как я понимаю первое.

— Не совсем, все сложнее.

— Сложнее любви, не может быть!

— Я люблю его, пусть он будет мистер икс.

— Хорошо.

— Но мы сейчас взяли паузу. — Я потянула колени к груди и обняла их. Положила голову на ноги. Понимая, что я сейчас в супер закрытой позе, что доктор жто считывает. Мне было плевать.

— Из-за чего?

— Я так решила. Я не уверена в нем, а еще… Я не знаю, смогу ли я иметь детей в будущем. — Неприятно кольнуло внутри. Вспоминать о прошедшей операции было тяжело.

— Почему не уверена, и при чем тут дети, он хотел детей? — такой вопрос поставил меня в тупик. Я с ним после операции и не разговаривала, не то что о детях, ни о чем.

— Не знаю, мы не обсуждали.

— А когда вы узнаете сможете или нет иметь детей? Как я понял это вопрос времени?

— Не знаю. Наверное, через неделю. — Странно. Неделя отделяет меня от полного краха надежд.

— А почему вы решили взять паузу с ним? — Вопросы стали раздражать и я была готова попрощаться.

— Я не хочу… Я не могу его видеть, да и если я не смогу иметь детей, у нас нет будущего! — Разве не очевидно, что пауза нужна МНЕ в первую очередь, чтобы понять как жить дальше. Вот что следовало сказать.

— Многие пары абсолютно здоровы, но у них нет детей, и они счастливы. Они не считают, что дети — это залог счастливой семьи.

— Я не хочу ему такой судьбы. Он скоро меня забудет, он молод и хорош собой, мне быстро найдется замена. — Тут же мерзкий карусель пролетели в моей памяти: похотливая певичка Кисс, которую он так яростно хватало за ягодицы и стриптезерщи из недавнего ролика.

Я была расстроена, но в тоже время поражалась как за пять минут это Марк Валерьянович смог разговорить меня, я сама не ожидала своей откровенности.

— А он какой судьбы хочет?

— Не знаю. — Меня накрывали сомнения, и чувство что я совершила ошибку. Эта мысль так резко вспыхнула в моей голове, что я молчала достаточно долго, не понимая, что говорит психолог. Он же продолжал.

— Всегда считал, что такие вещи стоит обсуждать, но кто меня спрашивает.

Я продолжала гнуть свою линию, но то зерно сомнения, что он заложил в меня проростало с бешеной силой.

— Я однажды видела его с ребенком на руках, с чужим, он так был счастлив. — Слезы подступили, сжалось горло. — Я слишком его люблю, чтобы лишать его счастья иметь собственных детей.

— А ты точно бесплодна?

— На данный момент, да. — Постаралась безэмоционально констатировать факт. Плохо получается.

— А ситуация может измениться? — совершенно спокойно продолжал мой допрос Марк Валерьянович.

— Да, но вероятность всего пятнадцать процентов.

— Значит есть. — Марк Валерьянович что-то записал на листе перед собой и подчеркнул.

— Есть.

— Давай я скажу, что я услышал: ты любишь парня, но ты не уверена в нем, у вас могут быть дети, но ты боишься, что их не будет. А еще ты не знаешь хочет ли он детей. Правильно? — Мне хотелось зажать уши, чтобы не слушать его больше. Но следовало достойно пройти этот сеанс. Дядька был приятный, не смотря, что делал мне больно.

— Правильно. — Совсем глупо звучит, в моей голове все иначе. Может мы просто не созданы друг для друга. Может мой удел быть одинокой.

— Твое решение делает тебя счастливой?

— Нет. Но я не могу иначе.

— Можешь представить ситуацию, где вы живете пять лет в браке, но у вас нет детей? — Я в браке? С ним. Я представила загородный дом, газон залит солнцем, а мы играем с собакой, золотистый ретривер скачет за палкой, которую ловко прячет Сережа