Дом Монтеану. Том 1 (СИ) - Мур Лина

— Ты долго будешь здесь стоять и бубнить себе под нос, Флорина?

Вскрикиваю от неожиданности, услышав спокойный голос Томáса, и прижимаю ладонь к груди.

— Боже, ты меня до смерти напугал! Совсем рехнулся? Я же могла коньки здесь отбросить. Иисусе, Томáс, — возмущаюсь я.

— Ты опоздала и бубнила у меня под дверью. Чего ты ожидала?

— Хм, к примеру, то что ты забыл об этом, сбежал, решил поспать, очень занят чем-то крайне важным, переписываешь Библию или чистишь трусы, или…

— Флорина, это был риторический вопрос. На него отвечать не нужно. Проходи, — Томáс возвращается в кабинет, а я так и стою в дверях.

Опасливо заглядываю внутрь, проверяя наличие… ну не знаю, миллиона крестов или же кольев, или же просто чего-нибудь такого, что может меня убить.

— Ты серьёзно? — недовольно спрашивает Томáс.

— А что? Я бдительна. В моём положении, знаешь ли, бдительность не помешает, — отвечая, вхожу в кабинет и закрываю за собой дверь.

— Что, по-твоему, здесь могло быть? — удивляется он.

Только открываю рот, чтобы перечислить, но он поднимает руку, затыкая меня.

— Ещё один риторический вопрос. Закрыли тему. Присаживайся, — Томáс указывает на стул напротив стола. А сам располагается за своим столом, отчего нас теперь разделяет целый метр. Стараюсь не смотреть на него, потому что моя кровь уже узнала Томáса и теперь хочет его, а я не хочу этого. Точнее, я не готова к этому и ко всему другому. Я просто хочу снова спать. Сон — это прекрасно.

— Я ни за что не каюсь, — быстро произношу. — Так что всё это бесполезно. Если ты рассчитывал, что я буду умолять тебя простить меня или о другой чуши, то прости, разочарую. Мои эмоции и чувства атрофированы, я не могу испытывать раскаяние за что-либо.

— Я это понял. Сав мне объяснил всё ещё более досконально. Но я хотел обсудить создавшуюся ситуацию, твоё покаяние мне не нужно. Кто я такой, чтобы требовать исповедь у королевы вампиров, — ехидство в его голосе немного задевает меня, и я перевожу злой взгляд на его лицо.

— Думаешь, это смешно потерять все свои силы?

— Думаю, что ты, в принципе, их не ценила, так что твоё возмущение мне непонятно. Ты готова к диалогу?

— Нет. Не готова. Вообще, я думала предложить тебе просто забыть всё и вернуться к нашим лёгким играм, флирту и остальной чуши. Это возможно?

— Нет, Флорина, это невозможно.

— Жаль. Что ж, диалога не вышло, поэтому я пойду. — Я с радостью поднимаюсь со стула, как внезапно Томáс исчезает и появляется прямо рядом со мной, усаживая меня обратно.

— Ох, значит, вот так мы выглядим, когда злимся. Ладно. Ты-то почему зол? Это я силы потеряла, — произношу и спокойно смотрю в его кипящие гневом глаза.

— Не издевайся надо мной, Флорина. Ты врала мне. Ты врала мне о своей болезни.

— Ты, правда, хочешь обсудить кто кому и сколько врал, вампир, работающий пастором церкви? Правда, собираешься мериться сиськами? Хорошо, я выиграю, у меня сиськи больше. Доволен?

— Чёрт, Флорина, — Томáс дёргает моё кресло вместе со мной. — Хватит играть. Будь серьёзной.

— Это сложно, потому что у меня все чувства атрофированы. Я не могу быть серьёзной. Я не ощущаю угрозы или опасности.

— Ты ведёшь себя, как дура.

— Не отрицаю, мне самой порой противно, но это то, кто я есть теперь. Я тупой кусок мяса, причём гниющий кусок мяса, — закатываю глаза, показывая ему своё пренебрежение к себе же. Я не могу иначе. Не могу снова врать о том, как мне жаль, что всё так дерьмово. Мне не жаль. Я ничего не чувствую, кроме возбуждения, от приятного аромата крови Томáса. А это не даёт мне сконцентрироваться на ином.

— Боже, — Томáс отпускает моё кресло и делает один глубокий вдох. — В общем, Сав сказал мне, что есть один способ, чтобы ты вернула свои силы. Он не уверен в верности своей догадки, но предложил попробовать мне… хм…

— Трахнуть меня, — помогаю Томáсу. Он кивает мне. — К слову, раз мы начали говорить о сексе. Когда ты занимался им в последний раз?

— Флорина, будь серьёзнее.

— А это довольно серьёзный вопрос. Мой секс был двести лет назад, и я даже не особо его уже помню. А твой? Насколько я знаю, то нормально функционирующие вампиры довольно похотливы. Стан так обожает секс, он…

— Я не Стан! — Томáс яростно ударяет по столу, и тот дрожит.

— Я это вижу. Так когда?

— Это не имеет никакого отношения к делу, мы…

— Нет-нет, подожди. — Усаживаюсь удобнее и закидываю ногу на ногу. — Это важно. Так ты трахнул Джули, да? Ты всё же трахнул её.

— Я не делал этого, Флорина. Мы можем уже перейти к делу? Я…

— Но кого-то ты трахал? Я не верю, что ты живёшь без секса. Ты вампир, а я знала ох как много мужчин-вампиров. Да у меня были братья и отец. Когда родители трахались, то их не было видно порой по несколько дней. Я уж не говорю о других вампирах. Они…

— Хватит! Слушай меня! — Томáс поворачивает кресло вместе со мной в другую сторону. — Смотри на меня и слушай меня. Сконцентрируйся.

— Я слушаю тебя. Я веду диалог, а вот ты рычишь на меня. Я не понимаю, что ещё ты хочешь? Ты уже знаешь обо мне всё, а я ничего не знаю о тебе. Так что насчёт…

— Ты хорошо провела этот день?

— Ну, нормально. Поела вкусно, Сав привёз еду. Потом посмотрела сериал, написала немного в своём блокноте, валялась в постели. Нормально, — пожимаю плечами.

— А знаешь, что я делал?

— Хм, онанировал?

— Флорина, сконцентрируйся, чёрт возьми!

— Да это сложно, мне нравится твоя злость, она меня возбуждает, и чем ты злее, тем я тупее, ясно? Я не могу это контролировать. Сейчас меня волнует только твоя личная жизнь, а не какие-то там дела. Я не виновата в том, что моя кровь бурлит и требует твоей крови. Как ты с этим справляешься? У тебя нет этой тяги ко мне?

— Наконец-то, ты задала хотя бы один вопрос обо мне, Флорина. Спасибо.

— Обращайся, — усмехаюсь я. — Так что?

— У меня есть эта тяга. Я голоден и сильно. Мне очень хочется вкусить твоей крови, но я осознаю последствия. Об этом я и хотел поговорить.

— То есть ты собираешься ломаться, Томáс? Боже, сколько тебе лет?

— Я не собираюсь ломаться. Просто хочу обсудить всё ещё до того, как неизбежное произойдёт. И я хотел бы сказать тебе что-то очень важное.

— Ладно, давай.

— Во-первых, если это случится между нами…

— То есть секс?

— Да, то есть он самый, но это будет не потому, что это необходимо, а потому что мы оба этого хотим, и всё случится естественно, понятно? Я ещё привыкаю к мысли о том, что внутри тебя сидит чудовище и убийца.

— Как и внутри тебя. Не ври, что ты никогда и никого не убивал.

Томáс злится ещё сильнее, а я улыбаюсь. Не могу остановиться, это так сладко. Аж во рту всё сводит от сладости из-за его ярости.

— Во-вторых, я не собираюсь быть частью клана, Флорина. Никогда. И запрещаю тебе говорить им обо мне. Я для них человек, таким и должен быть.

— Это твоё решение, я точно тебя не выдам.

— Хорошо. В-третьих, серьёзно, Флорина, ты совершила ритуал связи с чёртовым Станом? Ты была в своём уме?

— Нет. Я была в панике. Я не соображала и очень боялась его потерять.

— Мне хочется убить его за это.

— Только рискни, я тебе глотку вырву.

— Ну, спасибо. Кажется, я твой возлюбленный, а не он.

— Он моя семья, Томáс. За семью я убью. Уже убивала и довольно жестоко. Я не прощаю тех, кто убивает членов моей семьи или хочет убить кого-то из них. Ты закончил? Я могу идти? Мне ещё Стана нужно найти, он потерялся.

— Ты издеваешься надо мной? Мы говорим о нас с тобой, о твоём варианте выживания, а ты думаешь об этом мудаке?

— Ох, пастор, не упоминайте…

— К чёрту! Закрой рот, — Томáс рычит и скалится, прыгая ко мне.

— Твои глаза… ну… они немного вампирские. Хотя ладно, ты сейчас занят, чтобы думать о такой ерунде.

— Я уже не в силах себя контролировать. А ты мне не помогаешь, Флорина.

— Чем я могу помочь тебе, Томáс? Что я могу ещё сказать или сделать, чтобы ты расслабился?