Предназначение - Ирен Блейк

- Дженсен, -сухо сказала Виктория, глядя на меня.- Я помогу тебе только, на моих условиях. И прежде чем ты выразишь всё своё возмущение, она резко встала.- Я дам тебе то, что способно убить тварь.

- Что за условия. Зачем, тебе помогать мне?- спросила я , и как ни в чём ни бывало поставив чашку на кофейный стол.

- Ты всё узнаешь, когда настанет время. Но, оружие тебе нужно сейчас и никто кроме меня тебе ничего подобного не предложит. Есть ли у тебя выбор Айрис?

Вопрос попал в точку.

- Я согласна на любые твои условия Ханнис, -особо не думая, ответила я.

- А, если я захочу поцелуя?

- Чего?- скривилась я, настолько убийственно и неожиданно прозвучал вопрос. Как гром с ясного неба. Даже Кэт была шокирована.

- Успокойтесь девочки, я просто пошутила,- ответила она. Но, всё равно в предыдущем вопросе я явственно ощутила предвкушение. Мне не понравилась её улыбка.

- И не надо так смотреть на меня как на врага народа. Я тоже человек. И моя жизнь тоже отнюдь не малина.

'Кто бы говорил', хотела сказать я. Ведь не за тобой охотится тварь, сука блондинистая.'

Ханнис улыбалась, будто знала о чём я думаю. Но, она не телепат, это точно. Иначе, бы всё было по-другому.

- Приноси оружие, чем скорее тем лучше, и если ещё чем-то хочешь помочь, то самое время, потому что, улыбнулась я кривенько. -Ты Виктория отнимаешь моё драгоценное время...- прозвучало как я и хотела многозначительно.

- Вечером получишь посылку Дженсен. Оружие бесценно. Я получила его от отца в подарок.- И пошла в строну двери.

-Надеюсь, ещё увидимся Айрис, и ты Катрина. С тобой я бы тоже хотела подружиться. Твоя необычная сила меня притягивает...

Кэт после её слов взбесилась, я видела, как её узкая ладонь сжалась в кулак.

- И Айрис,- после секундной паузы,- всё же про поцелуй я не шутила, поэтому думаю, ты должна будешь знать, что будет первым пунктом в моём списке нашего с тобой соглашения.

-Проваливай,- буркнула я. Всё- таки Виктория могла вывести из себя любого. А, я не каменная. Как же мне хотелось заехать кулаком по её смазливой роже. Ух, как хотелось.

Дверь закрылась. Я повернулась и посмотрела на бледную Кэт, ставящую на поднос чашки и заварник.

-Айрис,- задала она вопрос. Ханнис, похоже, не ровно к тебе дышит?

А, я громко рассмеялась и схватилась за живот. Кто-нибудь остановите планету. Только нимфоманки- лесбиянки напичканной сверхъестественным дерьмом мне не хватало.

Оружием оказался серебристый клинок, доставленный мне мальчишкой посыльным наподобие тех, что приносят пиццу, только униформа другая.

Большую и длинную коробку в подарочной искрящей розовой упаковке с бантом , не иначе как сама Ханнис старательно упаковала. Розовый, и так этот цвет не люблю, а тут на те.

Повертев клинок в руках, я приценилась- оружие было занятным. Не слишком длинная рукоять, сребристая острая гладь и странные символы на эфесе.

Кэт сказала мне, что это печать силы, а больше ничего она перевести не смогла с древнеарамейского.

На мои вопросы, откуда знает язык, сказала мать: немного обучала в детстве. Ах, да погибшая мать, а девочка, судя по всему и в пять лет была очень способной.

- Что делать будешь? -Спросила Кэт.

- Пойду , за тварью, как только все мои лягут спать,- спокойно сказала я и даже бровью не повела, наблюдая как от удивления отвисает челюсть у Кэт, а глаза становятся большими и круглыми.

- Спятила. Ночью идти в логово! У тебя тогда вообще шансов не останется.

-А ты чего волнуешься, тебя же никто не зовёт. А, ещё одну жертву на моей совести я не переживу и лучше я пойду к ней тогда, когда тварь ожидает меньше всего.

Она хмыкнула и уперев руки в бока сказала:

- Глупая, думаешь после всего того, что произошло, я тебя одну отпущу? Я с тобой пойду.

- Нет,- сказала я. - Нет Кэт. Только не ты. Ни за что. Ты слишком правильная чтобы умереть. Продолжай жить, а главное не меняйся. Знаешь, я счастлива, что повстречала тебя. Ты доказала мне, что надежда на настоящую дружбу в этой жизни всё же существует.

- Айрис, не надо так. Хватит, ты меня идеализируешь. Я обычная и совсем не такая как ты говоришь!

- Уходи Кэт. Ты помогла мне, а теперь уходи.

- И это всё? Нет, Айрис ты так просто от меня не отделаешься!- орала Кэт, когда я буквально выпихнула её из своего дома и захлопнула дверь.

Она ещё полчаса стояла , за дверью, а я сидела на диване, дожидалась прихода братьев и гладила рукоятку клинка. Холодную и странно меня успокаивающую.

Да, я неблагодарная свинья. Ну и что. Всё это мелочи жизни. Всё это можно пережить. Жизнь самое драгоценное, что есть у человека. А я не могла добровольно подписаться на её смерть. Пусть умру я. Пусть так и будет. Главное, чтобы всё это, наконец, закончилось.

Я не плакала, нет, я просто лежала на кровати и мечтала, думала обо всём, обо всех и ни о чём, пока не заснула.

Игра со смертью в кошки мышки. Кто должен жить тот выживет.

Кофе горячий и сладкий, я пью уже пятую чашку и ем сладости не чувствую вкуса, просто, для того чтобы успокоиться, просто чтобы чем-то занять мысли и отвлечься от самого главного: сегодня последний день моей жизни. Сегодня я умру, и завтра больше никогда не наступит. Как песенка в моей голове. Как песенка уставшей, скрипящей пластинки всё вертится в мыслях, а я всё жду, когда же, наконец, мои предки заснут, когда же мои братья угомоняться. Лежу в едва освещённой комнате, в спальни, наблюдаю, как мягко скрадывает тени прикроватные бра. Жёлтый свет напоминает янтарный. Янтарь люблю этот камень. Всё думаю и не могу заставить себя попрощаться. Не могу заставить себя написать хотя бы записку и сказать, что любила, тоже не могу. Нет слов и сил нет. Жду, когда стрелка часов перевалит за полночь. Жду, лежу на спине на кровати, в тишине, а на полу возле кровати открытый рюкзак с клинком завернутым в бархат и святой водой, в стеклянном флаконе приготовленный заранее. И мне становится жарко, потому что под тёплым халатом скрывается чёрный свитер и чёрные джинсы. Чёрный цвет, мой самый любимый. В чёрном я всегда выгляжу красивой. Чёрный под стать моей странной душе, и если я сегодня умру, то пусть похоронят меня именно в чёрном.

Так и не смогла написать ни единой строки и так и не смогла попрощаться. И всё же, когда-то давно может в детстве я любила своих родных, но любовь хрупкое чувство, как цветок который, если забывать поливать- увядает.

На задний двор, выходит деревянная дверь на кухне. Я с рюкзаком на спине выбираюсь из собственного дома, стою на лужайке и мысленным взглядом прощаюсь, прощаюсь может быть навсегда. Полночь- на моих наручных часах. Колдовской час, но я ещё не решаюсь включить фонарик. Слышу я хорошо, зрение тоже острее, чем у многих людей, но сегодня небо такое чёрное , окутанное густыми тучами, что даже я порой видевшая во мраке как кошка, едва различаю контуры предметов. Благо, что за забором шоссе и высокие идущие в ряд фонари.