Двойная переадресация (СИ) - Шилов Игорь Александрович

— А хрен его знает, — с ходу ответил мне один из них, тот, что тасовал в руках замасленную колоду карт. — Тёрлась тут мамаша, с двумя малолетками, а занято или нет, мы не знаем.

— Занимай, фраерок — бросил мне его товарищ. — Тётка потеснится, они и так, тут пол пляжа оккупировали.

Я кивнул головой. Соседи не против, а каких либо отметин на стеллаже о том, что его уже забронировали, никто не оставлял. Буду здесь обживаться. Пока я стелил полотенце, снимал шорты и скидывал кеды, меня не беспокоили, но как только засобирался пойти попробовать водичку, ко мне, словно по заказу, подошли:

— Молодой человек, а это наше место — сказала одна из двух девушек, похожих друг на друга, словно две капли воды.

— Да? Но я не заметил, чтобы оно кем то было занято, когда занимал его — попытался я отбиться, от беспочвенных притязаний.

— Соня, Варя. Не спорте, нам и двух хватит — окликнула их стройная женщина, мало похожая на тётку и мать этих близнецов. — Вы всё равно целый день из моря не вылазите.

— Хм — хмыкнула одна из девушек. — Вот так и оставляй вещи без присмотра.

— Эй. Хорош пацана гнобить — раздалась неожиданная поддержка сзади. — Вашего тут ничего не лежало, когда он пришёл. Я отвечаю.

Девушки переглянулись, сделали нам всеобщее «фи» и присели на топчан, стоящий рядом с отвоёванным. Я удовлетворённо повернулся к мужикам, кивнул им головой в знак благодарности, за поддержку и попросив приглядеть за вещами пошёл к воде. Плавал недолго, но быстро и далеко, заставив тело выложиться по полной.

— Ну, как там водичка? — спросил меня один из мужчин, зорко охраняющих мои пожитки.

— Нормально. Но, как по мне так сильно тёплая — ответил я и плюхнулся на топчан.

— Тёплая? — удивившись моему заявлению, спросил другой. — Это ж откуда ты сюда пожаловал, что тебе прохладная вода, тёплая?

— Антон. Москва — представился я и по очереди пожал две крепкие ладони.

— Витя — назвал своё имя один из мужчин.

— Борис. Оба из Воркуты — сказал другой и предложил: — В картишки не желаешь перекинуться? А то нам надоело друг друга обыгрывать.

— Можно — согласился я. — А во что?

— Можем в покер дёрнуть, а можем в «очко» — с надеждой в глазах, ответил Боря.

Его прищур мне не понравился и я незатейливо покопался в его мозгах. Да, вроде бы нет в них ничего криминального. Парням скучно, вот они и резвятся, как могут.

— Я в покер не умею — сознался я. — А в двадцать одно, можно попробовать.

Жора, в нашу бытность с ним на скалистом берегу, между сеансами игры в преферанс, преподал мне пару уроков в эту простенькую карточную игру, основанную на чистом везении или умении обмануть соперника, с помощью умелых рук или, как я, невидимых лучей, выходящих из головы.

— Так то не беда, что в покер не умеешь. Это даже лучше — встрял в разговор, Борисов друг. — Научим. А новичкам, как известно, всегда везёт. Правда Боря?

Согласился. Учиться я никогда не отказываюсь, тем более, если на это не надо тратить материальных средств. Покер игра не плохая. Проще, конечно, чем та в которую играют инженеры, сотрудники КГБ и работники торговли, но тоже имеющая свой шарм и мораль. Обучили меня быстро. Память снова не подвела. Для начала я работал на одном энтузиазме и, естественно, все раздачи проиграл. Затем, попробовал режим проникновения в чужие мысли и, как то усреднил наши победы. Ну, а когда поступило предложение, сыграть на пару копеек, я сосредоточился и начал всё загребать под себя, доводя до белого коления шахтёров из Воркуты, не привыкших так просто сдаваться перед стихией.

— Витя. Это ты во всём виноват — с усмешкой высказался его друг, Боря.

— А при чём здесь я? Пацану везёт, как чёрту, а Витя снова виноват?

— А не хрен было ему удачу кликать! Какая сволочь сказала, что новичкам везёт? Тебя, кто за язык твой поганый дёргал? — с возмущением спросил второй шахтёр.

— Мужики — встрял я в разговор, рабочих забоя. — Если вопрос стоит ребром, то я могу всё вам отдать.

— Антоша, не в тебе дело — заткнул мне рот Борис. — Ты своё взял в честном поединке, к тебе претензий нет. Мы сейчас обсуждаем поведение этого скалолаза. У него постоянно так.

— А почему скалолаза? — засовывая выигранные деньги в карман шорт, спросил я.

— Да потому, что лезет, куда не надо. Вчера вон снова учудил. Я, говорит, на Высокий берег в любом месте залезу. Ну и полез на спор.

— И чего, упал? — пытаясь разглядеть ссадины и переломы на теле Виктора, спросил я.

— Если бы? Отказался. Орал благим матом: — «Скиньте мне сверху верёвку! Сейчас упаду!». Клоун. Собрал толпу народа вокруг себя и ещё меня заставил ему подыгрывать. За верёвкой же мне пришлось летать. Мудак, одним словом.

— Э! Полегче на поворотах! — дёрнулся к Борису, Виктор. — За такое и ответить можно.

— Да, пошёл ты — толкнул его в плечо друг. — Тоже мне, урка с мыльного завода. Ты вон его, можешь своими дешёвыми подколами пугать. А на меня твоё фуфло давно не действует.

— Парни — попытался я снизить градус противостояния, пока дело не дошло до рукопашной. — Может сходим окунуться. А потом ещё сыграем. Может на этот раз вам повезёт?

— Не, Антоха. Мы в город пойдём — отозвался Борис. — Завтра приходи, отыграемся. А сейчас надо нервы успокоить. Тут у них пивная хорошая есть. Пиво там наливают, я тебе скажу. Надо напиться, пока в отпуске. У нас с ним вообще никак. Хочешь вместе пойдём?

— Спасибо. Я вчера перебрал. Сегодня у меня выходной — отказался я, безотказной отмазкой.

— Ну, как знаешь. Бывай — пожав мою руку, сказал Боря и бодро зашагал в парк.

Виктор просто махнул мне, на прощание и тоже поспешил с глаз долой. Хорошие ребята, зря я так с ними. А с другой стороны они тоже не овцы, я же видел, чего у них было в головах.

Домой не торопился. Обедать ещё рано, да и не хочется есть, тоска всё под себя гребёт. Может я однолюб? Бывают же такие исключения в жизни или это просто людская молва разносит душещипательные байки по свету? Но, тогда почему мне даже смотреть не хочется на чужих баб? А среди них попадаются очень и очень не плохие, экземпляры. И желания, в отношении меня, тоже не самые невинные. Они же не знают, на что я способен, вот и выдумывают себе, чего попало. Взять хотя бы вон эту, соседку мою, занявшую место парней из Воркуты. Муж вокруг неё и так, и эдак, а она ему в ответ: — «Не надо», «Не хочу». Вроде и мужик симпатичный, и вес ещё не окончательно набрал. По всем признакам парень не из последних, а девица эта: Тамара из Омска, двадцати шести лет, продавщица в отделе «Бакалея», глазками своими на меня так и пялится. Про мысли её я лучше совсем промолчу. Самое безобидное в них: прогуляться со мной по берегу моря, при луне и в неглиже. Каково, а? Я же, между прочим, тоже не железный. Мне, может быть и нравиться только одна девушка, но плоть то не обманешь. Ей жёсткий секс подавай, а любовь этой части тела ни к чему. Нет, надо срочно в море идти. Такое только работой лечится.

— Извините — обратился я к Томе. — Вы за вещами моими не посмотрите, пока я плавать буду?

— Посмотрю — ответила она так, будто я у неё сто рублей попросил, причём насовсем.

Эх Тома, Тома. Ну зачем же ты так? А могли бы остаться друзьями. Надо тебе, что то менять в характере, неровен час твой Глеб, психанёт и уйдёт к другой. С кем тогда на старости лет ругаться будешь?

По дороге с пляжа зашёл в Герману. Он, как обычно при деле, весь собран и напряжён. Готов броситься, словно лев, к любому покупателю, лишь поинтересовавшемуся его примечательным товаром. Да — это талант, данный от бога. Такому не научишься и не приобретёшь.

— Привет — кивнул я ему, утром нам не довелось пообщаться.

— Привет — отдавая кому то сдачу, сказал товарищ. — По делу?

— Нет. Зашёл должок отдать — протягивая четыре помятых двадцати пятирублёвки, обрадовал его я. — Спасибо ещё раз. Выручил.

— Да не за что. Заходите ещё, если будет потребность — засмеялся продавец.