Фрейлина Специального Назначения - Диана Соул

— А мы купаться будем? — спросил кто-то из девчачьей толпы.

— Отличная идея! — поддержал Глеб. — Берите купальники!

И последней фразой он вызвал очередной взрыв девчачьего восторга.

Уже оказавшись в тринадцатой комнате, я вопросительно смерила взглядом таких же ошарашенных Фису и Крис и спросила:

— Вы что-нибудь понимаете вообще?

Те отрицательно покачали головой.

— Вот и я не понимаю, — опустившись на кровать, грустно пробормотала я.

Уже сменив одежду, мы столкнулись с другой проблемой — отсутствием купальников. Ну не предусмотрены они были в Академии в качестве стартового комплекта для занятий. Поэтому, приняв волевое решение, что купаться не будем, мы печально выползли в общий коридор.

Через пять минут оказалось, что таких несчастных, как и мы, полный блок. На что Глеб, с улыбкой дьявола-искусителя, показательно и утрировано выгнув дугой бровь, выдал:

— Дамы, я вам поражаюсь. Когда еще выдастся возможность искупаться? Отвечаю... Пока вас на прогулки водят Троя и Эридан — никогда! Поэтому забейте на приличия и купайтесь хоть в майках! Я обещаю не смотреть и никому не рассказывать!

«Это такая оговорка по Фрейду? А иначе, как ты можешь рассказать о том, на что не собираешься смотреть?!»

Но суть поведения преподавателя я поняла: Глеб, реально, неадекватен.

Местные на предложение препода отреагировали скептически, а вот наше иномирное воспитание подумало и решило, что купаться оно хочет и будет. А раз так, то я, Крис и Анфиса просто взяли с собой по запасному комплекту нижнего белья. Какая разница, в чем плавать!

В конце-то концов, что за бред: если на пляже в купальнике и плавках — то одетая и приличная, а если дома и в нижнем белье — то «О БОЖЕ! Не смотрите на меня, я голая!».

От вида нашей экипировки у Танисы первой рухнули моральные шаблоны, следом подключилась Зарина, а уж когда сдались почти отмывшиеся за месяц от голубой краски Ванесса и Кларентина, все без раздумий кинулись за вторыми комплектами нижнего белья.

Я почувствовала себя Мефистофелем! Еще полчаса назад бывшие монашками, теперь девчонки красовались в лучших платьях, декольте — одно глубже второго, каблуки — упадешь, сломаешь ноги, и все готовы плавать в кружевных лифах и трусиках. В общем, шик с отлетом!

В какой-то момент мне показалось, что я на своих свиданиях раньше выглядела хуже, чем сейчас на обычную прогулку собралась.

Хотя кому я вру! Во мне проснулось истинно женское желание быть самой лучшей и красивой, и я догадывалась, откуда оно взялось.

Собрав нас в кучу вместо упорядоченного строя, Глеб заставил всех взяться за руки и, мурлыкая себе под нос песенку «Встаньте, дети, встаньте в круг», активировал телепортацию.

К этим мгновенным переносам я, признаться, начала привыкать, даже волосы перестали вести себя, как воронье гнездо, и электризоваться.

Вообще, в Академии все преподаватели в качестве средства передвижения предпочитали телепортацию, хотя в реальном мире обычные люди чаще пользовались повозками и колесницами. Все дело было в уровне магических сил — если ты силен и старателен, значит, сможешь научиться со временем пользоваться даром в полном объеме. А если природа обделила тебя талантом, то ищи другую профессию. На одном из уроков Троя пообещала, что на третьем курсе лично ректор Милонский будет вести у нас «теорию телепортации». Предмет очень сложный, но жизненно необходимый в нашей будущей профессии. И если честно, то я жаждала поскорее освоить этот магический транспорт.

Мелкие бытовые заклинания давались нам, иномирянкам, вполне легко. Потому что, выпросив у местного библиотекаря «1000 заклинаний для домохозяйки», по ночам мы с девчонками занимались не положенным сном, а разжиганием магических огоньков или кипячением воды в сотворенных из воздуха сферах. Самообучались, одним словом.

И вот сейчас магистр зельеварения и ядоведения телепортировал пятнадцать пищащих от восторга девиц в местный аналог Лас-Вегаса.

Впервые за месяц я почувствовала не скуку, а интерес к окружающему миру. Огромный город, расположенный на побережье уходящего вдаль моря, пестрил витринами, переливался огнями, яркие солнечные блики плясали по крышам домов, навевая атмосферу вечного праздника. Здесь в наших красивых ярких одеждах мы не привлекали абсолютно никакого внимания местных, просто потому, что они сами выглядели не хуже.

Расписные колесницы скользили по улочкам города, унося на себе заливающихся смехом молодых людей. Уличные кафе зазывали отдохнуть и насладиться прохладным мороженым или лимонадом.

В отличие от тех серых и мрачных городов, которые мы видели раньше — Лас-Портус жил и пел.

Никто не обращал внимания, как мы яркой стайкой радостных девушек перебегали от одной витрины к другой. То и дело с разных сторон улицы слышалось:

— Какие туфли! Чулочки! Сумочка!

Глеб на все это смотрел с видом папаши, которого заставили приглядывать за гуляющей дочерью. Только дочерей было пятнадцать, и носились они как метеоры между магазинчиками шмоток. Огорчало одно — денег ни у кого с собой не было, во-первых, обещанную стипендию выдавали только на второй месяц учебы, а во-вторых — наша вылазка носила явно не очень законный характер, было бы странным, если после прогулки мы притянем в Академию баулы покупок.