Искупление - Джейн Рейб

– Риг! – Фиона бросилась к Дамону, держа алебарду на плече и широко улыбаясь. – Мне приснился ужасный сон, Риг. Мне приснилось, что ты погиб в Шрентаке.

Она передала Грозному Волку оружие, обняла его и прижалась щекой к его груди. Бывший рыцарь поморщился – ему стало неловко.

За соламнийкой подошел Мэлдред. Он удивленно поднял густые брови и вопросительно прошептал:

– Риг?

Дамон не понял, почему он так поступил, – возможно, чтобы досадить людоеду, или потому, что часть безумия Фионы передалась ему во время нападения Воплощения Хаоса: он обнял девушку в ответ и поцеловал ее в лоб. Они держались за руки, пока Рагх не начал ходить вокруг них кругами. Только тогда Грозный Волк осторожно отпустил соламнийку.

– Это был кошмарный сон, – задыхаясь, повторила Фиона. – Я не хочу потерять тебя. Риг. Нам нельзя возвращаться в этот ужасный город.

– Мы не пойдем в Шрентак. Я обещаю. Мэлдред прокашлялся:

– Подумай о другом. Взгляни на себя, на свою чешую. Я знаю тайный путь в город, не из приятных, конечно, но у нас нет другого выхода. Нам нужно постараться убить черную, если ты хочешь излечиться от недута. Мглистый дракон…

– …готовится получить неприятный сюрприз, – закончил Дамон. – Теперь у тебя есть возможность доказать мне свою дружбу, доставив меня к нему.

«А у меня есть отличное оружие, – подумал он, укладывая алебарду на плечо. – Превосходное магическое оружие».

– Дамон, прислушайся к доводам разума, – настаивал Мэлдред. – Нам необходимо…

Дамон накинулся на людоеда, отбросив оружие в сторону и широко расставив пальцы. Его ногти впились в тело Мэлдреда, словно когти хищника. Не успел маг опомниться, как Грозный Волк ударил его локтем в грудь, вышибая дух, и тут же погрузил кулак в живот предателя, опрокидывая того на землю.

Он наносил удар за ударом, затем схватил поверженного людоеда за глотку. Мэлдред выпучил от ужаса глаза.

Сплюнув, бывший рыцарь прорычал:

– Ты сейчас же отведешь нас к мглистому! Прямо сейчас!

– Дамон, – прохрипел людоед. – Я должен думать о Блотене.

– Ты ни о чем не сможешь думать, людоед, если не поможешь сейчас! Потому что будешь мертв!

В глазах Грозного Волка маг прочитал приговор и понял, что тот выполнит свою угрозу, несмотря на их былую дружбу, несмотря на то, что он когда-то относился к Мэлдреду как к брату, несмотря на то, что силач не раз спасал ему жизнь.

– Ты не сможешь ничем помочь своей мерзкой засушливой родине, если твой труп сгниет в этом болоте.

Фиона подхватила оброненное Дамоном оружие и нетерпеливо подбежала к Мзлдреду, занося алебарду, словно дровосек – топор.

– Синекожий монстр, либо ты сделаешь то, что хочет Риг, либо я помогу ему убить тебя.

Мэддред лихорадочно переводил взгляд с Фионы на Дамона и наконец кивнул; на его лице застыла гримаса боли. Грозный Волк помог ему подняться, отобрал двуручный меч и передал клинок Рагху.

– Хватит того, что у тебя есть магия, – сказал он, – Так что обойдешься без оружия. Рагх, если увидишь, что он что-то бормочет или шевелит пальцами, не бойся и просто используй против людоеда его же собственный меч. – Дамон принял у Фионы алебарду. – Пойдемте. Мэлдред очень спешит отвести нас к мглистому.

Соламнийка с надеждой улыбнулась:

– Теперь тебя вылечат, Риг.

– Конечно, вылечат.

«Теперь у меня появилась уверенность, что мой ребенок будет в безопасности».

Грозный Волк взял ее за руку, едва Мэлдред двинулся вперед. Драконид пошел за ним следом, держась в шаге от людоеда, с мечом наперевес.

Так они шли до заката, практически молча. Только Фиона иногда обращалась к Дамону, все время называя его Ригом. «Безумие охватывает ее все сильнее», – думал Грозный Волк. Вечером путники остановились на берегу уютного ручья. Здесь, под угрожающим взглядом Рагха, Мэлдред снова попытался уговорить Дамона повернуть назад.

– Мглистый дракон очень силен, друг мой.

– Да, – согласился Дамон, наблюдая, как Фиона опустилась на колени возле ручья и плещет водой в лицо. – Как все драконы. И я – не твой друг.

– Я думаю, что он выполнил бы обещание вылечить тебя и…

– А я думаю, что все драконы двуличные. И еще – что мне с самого начала не стоило браться за его глупое поручение. Столько бесценного времени потрачено зря. Я должен был той же ночью напасть на него и заставить, чтобы он вылечил меня и оставил в покое Рики и ребенка.

– Дамон…

– Ты, людоед, сам должен найти способ убить Сабл. Однако менять одного владыку на другого – глупо и безрассудно. Конечно, мглистый остановит разрастание болота, но придумает чего-нибудь похуже.

– Находиться под властью дракона – всегда плохо, – вмешался в разговор Рагх. Мэлдред опустил голову:

– Дамон, мой народ в отчаянии. Я должен был рискнуть, чтобы спасти их, а теперь ты отнимаешь у меня последнюю надежду.

– Это очень плохо. – Грозный Волк взглянул на Фиону. Девушка держала в руках меч и что-то шептала ему. – Давным-давно, людоед, ты учил меня надеяться только на себя. Ты был очень хорошим наставником. – Он сделал паузу, оглядывая мага с ног до головы. – Я считал тебя другом. Очень глупо с моей стороны. – Бывший рыцарь с отвращением посмотрел на предателя. – Сколько осталось до логова, людоед?

– Не больше часа.

– Тогда пойдем. Я не хочу пробираться через болото в темноте.

Дамон обернулся к ручью и увидел, что Фионы там нет.

Соламнийку искали, пока совсем не стемнело. Дамон заставил Мэлдреда создать магическое освещение, чтобы видно было дальше.

Они были уверены, что ее не утащило в болото какое-нибудь хищное животное, – у ручья не было признаков борьбы. Следы Фионы вели в заросли, но через несколько ярдов обрывались, словно она растворилась в воздухе. Ничто не указывало на то, что девушка забралась на дерево или вернулась тем же путем, не было и никаких других следов вокруг.

Путники позволили себе короткий ночной отдых, но и после восхода солнца ситуация не прояснилась.

Они звали соламнийку, но ответа не было. Дамон прислушивался к своим обостренным чувствам, надеясь, что они помогут найти Фиону или обнаружить что-нибудь необычное, пытался обнаружить ее запах; вглядывался, чтобы увидеть девушку сквозь кусты.

Каждую минуту он ругал себя за то, что не присматривал за Фионой, не смог обеспечить ее безопасность, и за то, что не уберег Рига в Шрентаке.

Было за полдень, когда Рагх, кутаясь в тунику, произнес:

– Что толку ее искать, Дамон. Или Фиона не хочет, чтобы ее нашли, или ею кто-нибудь закусил. В этом месте, я думаю, наиболее вероятно последнее.

– Нет, друг мой, мы найдем ее. – Дамон остановился. Он никогда прежде не называл Рагха другом, но драконид не предал его, как Мэлдред, и сейчас был самым близким для него. – Мы должны ее найти, Рагх.