Двойная метка. Право на невинность - Анна Сафина

оттого громко прозвучал скрип зубов альфы Ждана, который встретил сопротивление. На его лице отразилось всё то недовольство, которое он не пытался скрыть. Но он не был бы главой города Войцегорск, если бы не умел вовремя отступать. Сверкнула холодная улыбка, сталь ледяного взгляда.

– Что ж, учту, – сказал напоследок и встал, собираясь уходить из чужого дома.

Кинул на меня взгляд, полный обещания. И я поняла. Он не из тех мужчин, которые способны признать поражение. Сглотнула ком страха и сжала пальцы Самира, чувствуя в ответ тепло его тела и поддержку. Но чувствовала, что это еще не конец.

Глава 35. Документы из столицы

С того дня альфа не появлялся в доме беты, но идиллия была уже нарушена. Я ощущала себя словно на пороховой бочке, фитиль которого вот-вот подожгут.

– Ты напряжена, лапочка, – поцеловал меня в плечо Самир во время очередной утренней трапезы.

На этот раз я снова сидела на его коленях, по очереди кочевала от Раниля к нему и обратно.

– Не могу расслабиться, – призналась и выдохнула, а после потянулась за стаканом сока.

В последнее время меня сильно тянуло на цитрусовые, хотя раньше такого за собой не замечала.

– Беспокоишься об альфе? Считаешь, он способен что-либо отнять у меня? – вздернул бровь и поинтересовался у меня бета.

Я замерла с надкусанной долькой мандарина в губах, покачала головой, слыша в его голосе недовольство. Я не боялась, нет, просто не желала задеть его самолюбие недоверием, но с тревогой ничего поделать не могла.

– Он не похож на того, кто отступит под давлением силы, – высказалась, чувствуя, что моего пояснения ждут двое мужчин.

– Ждан – хитрый волк, – кивнул в подтверждение моих слов Раниль, с интересом наблюдая за сменой эмоций на моем лице. – Но и мы не малые дети, чтобы поддаваться на различные провокации.

Ухмылка на его лице раззадоривала, заставляя губы растягиваться в улыбке.

– Вы отклонили уже три приглашения, разве это не оскорбление его власти? – наклонила голову набок.

Альфа после того дня активизировался, всячески стараясь вывести моих мужей в общество. Более чем уверена, хотел кинуть их под цепкие хватки местных волчиц, которые давно сделали стойку на двух столь влиятельных мужчин.

– К счастью, посещение раутов – сугубо добровольное решение, а уж как себя чувствует Ждан после отказов – не наша забота, – оскалился Самир, похрустывая шейными позвонками.

Действия альфы были понятны и мне, и мужьям, но больше всего беспокойства причиняли мне. Казалось, что каждый прожитый день – последний, и вот-вот настанет час расплаты за незаслуженно урванное счастье.

– Ты снова думаешь о глупостях, сладкая, – прорычал со своего места Раниль, наклонился над столом, прожигая меня внимательным и изучающим взглядом. – Ты достойна любви больше любой другой самочки. Все они и мизинца твоего не стоят, не достойны даже дышать одним воздухом с нашей прелестной женой.

Комплименты, которыми они меня осыпали, бальзамом ложились на мое сердце, но никак не желали унимать мой страх.

– Я боюсь, – прохрипела, сжимая ладонью горло, и опустила глаза, опасаясь, что он прочитает в них мой подспудный и глубинный страх.

– Чего? – коснулся губами моего уха Самир, прижимая к себе как можно ближе.

Мои волки любили тактильный контакт, никогда не упуская возможности потискать меня или зажать в укромном уголке. Особенно, когда второго мужа нет поблизости, словно время наедине со мной дарило их зверям успокоение и ощущение единоличной власти, к которой стремились все самцы.

– Потерять вас, – после значительной паузы всё же ответила, ощущая, как они ждут моих слов.

Вопреки моим страхам, никто из них не рассмеялся, они, наоборот, даже стали более серьезными.

– Не бойся альфу Ждана, – прошептал мне на ухо Самир, прикусил мочку, посылая разряды тока по чувствительному телу. – Он всегда был порывист и падок на женский пол. Скоро он найдет себе новую игрушку и забудет о тебе. А ты так и останешься женой Самира Волкодава, который не даст в обиду ту, что родит ему наследника.

– Или наследницу, – пробормотала машинально, а после прикусила нижнюю губу, не решаясь поднять на мужчину взгляд.

– Или наследницу, – рассмеялся глухо бета, а затем зарылся носом в мои волосы на затылке.

В этот момент, не выдержав моего близкого контакта с соперником, к нам подошел Раниль, взял меня пальцами за подбородок и приподнял, заставляя посмотреть себе в глаза. В его отражались звезды и потаенные желания, которые он тщательно сдерживал ради моего спокойствия.

– Запомни, сладкая, ты еще и жена Раниля Волкова, родича кнезио. Сила и власть альфы Войцегорска велики, но не сравнятся с мощью племянника главного вожака, – обвел большим пальцем мою губу, приоткрыл и коснулся резцов.

Его взгляд потемнел, мускулы на его шее напряглись, а сам он излучал первобытное желание, основанное на моей слабости и собственной силе.

– Вы меня успокоили, – выдохнула, признаваясь.

Облизнула язычком губы и впервые за последние дни ощутила себя в безопасности. В этот момент Раниль наклонился, словно желая меня поцеловать, время замерло, сердце мое учащенно забилось. Вот только всё это было безжалостно прервано одним лишь стуком в дверь гостиной.

Я дернулась, откидываясь спиной на грудь Самира, испуганно перевела взгляд в сторону источника шума. В ушах запульсировало, ладошки вспотели. Вот оно. То, что должно произойти. То, о чем вопила моя интуиция.

– Чего тебе опять, Дерин?! – прорычал недовольно Самир.

Казалось, что ему передалась моя нервозность, выливаясь в гнев и агрессию. Раниль в это время злобно оскалился, ведь так и не смог дорваться до сладкого, о котором мечтал весь завтрак.

– Пришло письмо из столицы, – глухой голос подчиненного.

Я замерла, чувствуя важность происходящего.

– Это не может подождать? – вздернул бровь бета, но при этом тревожно переглянулся с Ранилем, словно у них происходил молчаливый разговор, в который они не желали посвящать меня.

– Оно пришло спецпочтой, с черной пометкой, – пояснил Дерин, но сказанное ни о чем мне не говорило..

– Входи! – рыкнул вынужденно Самир и сразу же поправил мое задравшееся до самых бедер платье, прикрывая и колени, и икры, чтобы постороннему мужчине не был доступен даже кусочек моей оголенной кожи.

Подчиненный беты и не думал смотреть в мою сторону, вошел весь сосредоточенный, в руках – запечатанный конверт, всё внимание было обращено в сторону своего господина.

– Прошу, – положил посылку на стол, а затем, дождавшись кивка, двинулся к выходу.

Когда дверь за ним бесшумно закрылась, Самир протянул руки и безжалостно, рваными движениями вскрыл кремовый конверт, в котором лежало письмо. По мере чтения настроение его ухудшалось, скулы стискивались сильнее.

– Читай, –