Двойная метка. Право на невинность - Анна Сафина

к миру. Нам не по двадцать лет, чтобы делить дарованную обоим самочку. Грех упускать такую возможность, – произнес с рычащими нотками в голосе Раниль, обдавая теплым воздухом волосы около моего уха.

– Вы даже не знаете ведь, дарована ли я вам, ильдина ли я, ведь… Может, это просто похоть, всем известно, что… – сглотнула вязкую слюну, чтобы продолжить, но внезапно к моим губам прислонился мужской палец беты, который покачал головой, намекая мне помолчать.

– Ошибаешься, волчонок, как я уже сказал, мы не юнцы, чтобы поддаваться даже на притягательный эструс молоденькой самочки. Думаешь, ты первая, кто вызвал в нас похоть течкой? – заданный риторически вопрос вопреки цели вызвал во мне печаль.

Уголки моих губ опустились, глаза я перевела вниз, не в силах смотреть на мужчин. В груди запекло и заболело, словно между ребер мне воткнули нож. А затем пальцы коснулись моего подбородка и приподняли его, вынуждая снова взглянуть на собеседника.

– Не куксись, волчонок, я не хотел расстроить тебя, – слегка печально сказал Самир, погладил меня по щеке. – Я имел в виду, что наше желание обладать тобой – полностью осознанное и не обусловлено животными инстинктами, хотя я не прочь сейчас, конечно, предаться постельным игрищам и наплевать на разговоры. Ты и сама чувствуешь, насколько сильно я тебя хочу.

Его слова вторили движению чресел, которые я чувствовала под своими ягодицами. У меня перехватило дыхание от внушительного бугра и сказанных слов. Шея и лицо горели, но краснеть им было уже некуда.

– Гон? Как у самок течка? – выцепила самое главное, сразу же задав вопрос, пока наши обжимания в очередной раз не привели к горизонтальному положению.

– Почти, – кивнул и произнес сзади Раниль, я почувствовала это интуитивно и по движению обдувающего кожу ветерка. – Самцы в этот период также хотят безудержного секса, но особо сильным является желание оставить после себя потомство. Мы можем оплодотворить самочку только во время гона, как и определить по запаху ильдину, в это время все ароматы усиливаются, наш нюх становится особенно острым.

– И как часто у вас бывает гон? – спросила и задержала дыхание, понимая, что от этого зависит моя судьба.

– Раз в полгода, – прошептал вместо Раниля Самир, масляными глазами глядя мне при этом между ног.

Резцы верхних зубов выдвинулись, прокусывая его нижнюю губу, а мое платье было задрано уже до самой талии, так что мужским взорам было открыто средоточие моих бедер в самой красе.

– Р-раз в полгода, – нашла в себе силы произнести, еле сдерживая охи и вздохи от пальцев Самира, которые поглаживали мой клитор, распаляя и без того сильное желание соития.

В воздухе разлилась похоть, висело напряжение мужчин и моя слабость.

– Т-то есть, у вас много детей? – сделала я такой вывод и тут же сказала свои мысли вслух, ощущая, как внутри всё от этой мысли неприятно сжимается и свербит.

Вот только вместо ответных кивков раздался их гортанный смех.

– Сладкая, если бы самцы поддавались животным инстинктам всегда во время гона, оборотней было бы раз в десять больше, чем сейчас. Мы взрослые самцы и умеем контролировать эти архаичные желания, так что нет, волчат у нас нет. Но мы надеемся исправить этот момент в самое ближайшее время, – прикусил мой загривок Раниль, заставляя выгнуться от охватившего всё тело удовольствия.

– Вы же не знаете, ильдина ли я, – просипела сквозь зубы, держась на грани от того, чтобы отдастся во власть чувств.

Их слова и объяснения успокоили меня, но ненадолго, я всё равно чувствовала напряжение, ведь в любой момент моя судьба могла быть решена.

– Скоро и узнаем, – прошептал Раниль мне в ухо, отчего я ощутила щекотку. – Мой гон будет через месяц, так что…

Я застыла, а затем глянула на Самира, который вдруг тоже поднял на меня свой взгляд, полный похотливой поволоки.

– Полтора месяца осталось, лапочка моя, так что потерпи, – облизнулся при виде моих пухлых губ и наклонился, забирая их в плен своего нежного поцелуя.

– А пока мы с удовольствием предадимся похоти, не отказывая себе в удовольствии обладать нашей законной самочкой, – прорычал сразу же рыжеволосый, а затем меня ссадили с мужских колен, посадив ягодицами на стол.

Первым между моих ног встал Самир, устраиваясь поудобнее и упираясь мне членом в промежность.

– Теперь лапочка довольна и не грустит больше? – последовал вопрос, но я не расслышала с первого раза, находясь словно в угаре и ощущая, как к лону давит мужской член.

Захныкала, ноготками проходясь по торсу волка, глянула на него с агонией во взгляде. Внутри ныла пустота, которую срочно нужно было заполнить.

– Отвечай, лапочка, – прорычал снова Самир, наклоняясь ниже и надавливая грибообразной головкой на вход, отчего у меня на ногах поджались пальчики.

Боковым зрением увидела, как Раниль отошел, доставая из кармана сигарету, прикурил и присел на стул, с удовольствием наблюдая за моим соблазнением.

– Ч-что отвечать? – спросила невпопад и выгнулась дугой, пытаясь насадиться на желанный твердый, словно молоток, ствол.

– Хочешь метку? – вдруг задал он другой вопрос и наклонился, прикусывая кожу на шее.

– Д-да, – произнесла, запинаясь, хотя не знала, чего хочу больше: метки или его члена внутри своего лона.

Его горячее учащенное дыхание опаляло кожу, ладони мяли чувствительные бедра, но желанного толчка всё не следовало.

– Ну же, – не выдержала и двинулась слегка вперед, вот только его реакция была незамедлительной и стремительной в такт моей, он отклонился с таким же темпом назад, не позволяя мне взять верх и контролировать всё.

– Не торопись, лапочка, дай понаслаждаться твоим желанием, – прошептал Самир, а затем короткими поцелуями двинулся вниз по груди, обвел розовые полукружия, всосал по очереди болезненно ноющие соски.

– Ну пожалуйста, – захныкала, цепляясь пальчиками за волосы беты, когда его дыхание коснулось моего живота, а язык обводил кожу вокруг пупка.

Он не внял моей просьбе, спустился еще ниже и дунул на клитор, отчего я почувствовала холодок. И только спустя несколько долгих секунд он выпрямился, глянул мне в лицо, а после его губы скривились в довольной усмешке, словно он увидел в моих глазах то, чего желал.

– Ммм, – простонала, когда он единым слитным движением вошел в меня, заполняя ноющее от желания лона.

– Какая сладкая девочка нам досталась, – прорычал мне в ухо, неспешно двигаясь размашистыми толчками.

Я потеряла счет времени, полностью отдаваясь сладостным ощущениям, которые расползались по телу, словно волна цунами. Не заметила, как он стал работать отбойным молотком, только охала и ахала, цепляясь пальчиками в мужские плечи. В какой-то момент крупные руки обхватили меня за бедра и подняли, прислоняя к