Нападение - Роман Романович

привалы, когда долететь не успевали и Калии требовалось восполнить силы. На первом же таком привале меня взяли в кольцо.

Выглядело это смешно. Брали, старательно делая вид, что это случайно выходит. Приземлились мы в заброшенной деревне. Дома здесь раньше стояли каменные. От них мало что осталось, конечно. Но где разместить свои задницы, нашлось. Я сидел на обломках, жевал травинку, которую подхватил неподалеку. Шупа рядом плюхнулся. Тоже травинку взял.

Так ненавязчиво, что жутко палевно. Гатс как бы в стороне остался, очень упорно смотря в другую сторону. Но сам факт того, что он ко мне встал ближе, чем к Калии, которая с Джихой на других обломках, метрах в восьми от меня уселись, говорил о многом. Гон также поближе пододвинулся, а не нависал над сестрой, как того следовало ожидать.

Тич на фоне этого выделялся тем, что особого интереса не показывал. Ну да он личный ученик Люция. Уверен, все секреты знает куда лучше меня.

Роза, поймав мой взгляд, усмехнулась. Тамара же... Ну, она побежала носиться по руинам деревни. То, что с ней что-то случится, я не опасался. Демонов в округе не чувствую, а все остальные угрозы... Откровенно говоря, стоит переживать за них, а не за эту отбитую ситкартку.

— Так что, — спросил Шупа. — Как там ярость-то открыть?

— Пфф, — усмехнулся я. — Парни, да вы просто мастера ненавязчивости.

— Интересно же, — не смутился Шупа. — Нам, знаешь ли, тоже эта сила не помешает.

— Так без проблем, осваивайте, — махнул я рукой.

— Как?

— Легко. Нужно лупить скалу в течение года. Я талантливый, поэтому справился быстрее.

— А если серьезно? — как ни странно, первым не выдержал Гатс, обернувшись и посмотрев на меня.

— Да не знаю я.

— В смысле? — нахмурился Шупа. — То есть ты дал по морде Люцию, а при этом не знаешь, как именно?

— Я не знаю, как вам объяснить, чтобы было понятно, — уточнил я. — Мой опыт — это мой опыт. Он завязан... Да много на что. Часть обучения — это каждый день получать оплеухи от Люций. Этой самой яростью.

— Звучит не очень, — заметил Гон. — А ещё советы будут?

— Тич, — позвал я парня. — Может, ты что скажешь? Уверен, Люций тебе объяснял.

— Он взял с меня слово, что знания, полученные от него, останутся при мне, — ответил парень.

— Мы у него уже спрашивали, — заметил Шупа.

— Отстой, — вздохнул я. — Ладно, попробую объяснить. Но предупреждаю, как бы хуже не стало. Возможно, вас ещё больше запутаю.

— Вариантов получше у нас всё равно нет, — дипломатично заметил Гон.

— Тогда слушайте, — сдался я. — Ярость — это что-то типа особого психоэмоционального состояния, основанного на решимости и волеизъявлении. Я бил каждый день скалу, несмотря на то, что это глупо и, на первый взгляд, не имеет смысла. Также мне было больно, уж поверьте. Да и просто тяжело. Также я тренировал решимость. Это, помимо всех тех ситуаций, через которые я прошёл, чтобы решимость закалить. Дальше, с помощью Люция хорошо прочувствовав эту силу, я нашёл внутри себя что-то похожее. Оставалось только тренироваться. Как-то Вологда мне сказал, что магия, то есть все наши способности, делится на две части. Техническую, когда вложил энергию и получил стабильный результат, — я пустил по ладони молнии, демонстрируя сказанное. — И на мистическую. Когда энергия приобретает какие-то необъяснимые свойства. Вот это, как мне кажется, и помогло. Точнее сказать не могу.

— Н-да, — протянул Шупа.

— Должна быть готовность убить, — добавил неожиданно Тич. — Но я вам этого не говорил.

— Хм... — задумался я. — Наверное.

— У тебя была готовность убить Люция? — спросил Гатс несколько удивленно.

Ответил я далеко не сразу, задумавшись над вопросом.

Когда тренировался, я буквально пылал желанием стереть высокомерие с лица Люция. От одной мысли, что получится его обломать, поставить на место... Да и побить, я закипал и был готов тренироваться с десятикратным рвением.

Что удивительным образом напоминало желание сына что-то доказать отцу. Отчего сложно отвертеться, ведь мы и есть отец и сын.

Может, оно и так. Плевать. Не скажу, что ненавидел Люция. Но около того. И за высокомерие, и за Алисию, да и за Марию тоже на самом деле.

— Пожалуй, — ответил Гатсу, — Конкретно в тот момент я хотел его размазать. Что в поединке с таким противником означает и готовность убить.

Только сейчас понял, что это у меня интуитивно получалось. В каждом движении стремление уничтожить — поэтому я и бил столь сильно. Да, Тич дельное замечание сделал. Есть над чем подумать.

Парни тоже задумалась. Уж не знаю о чем. А там и Тамара прибежала, вопросами про наш мир сыпать стала. Как-то не до обсуждения техник в её присутствие стало. Когда Калия восстановилась, продолжили путь.

***

До Колодца добрались за три дня. Как и сказал, летели без спешки, Калию досуха не выжимали. Прибыли к обеду и заселились в гостиницу. На нырок уйдем завтра утром, а сегодня — полноценный отдых.

Уверен, до того, как мы снова сможем отдохнуть в комфортном месте, нам предстоит испытать много чего неприятного. Поэтому решение о ночевке принял без сомнений.

Что повлекло за собой довольно забавное событие. Заселились, Тич, Джиха и Гон отправились к Хадсонам. Я запретил ходить поодиночке, на всякий случай. Калия и Гатс отправились навестить отца девушки. Тамара же потребовала прогуляться, Роза тоже не отказалась, поэтому мы с Шупой пошли с ними.

Но не об этом речь. Вечером мы снова собрались и отправились на ужин. Уже еду заказали, когда на «горизонте», в смысле, в общем зале появился какой-то молодой мужик. Я сел у стены, так, чтобы весь зал видеть. Поэтому, когда он огляделся, заметил нас, заулыбался и направился к нашему столику, хорошо это разглядел. А там и Роза с Калией дружно повернулись в его сторону.

— Сергей! — воскликнула Роза.

— Привет, — махнул он рукой. — А я уже и не надеялся с вами встретиться.

Хоть и поприветствовала его Роза, но её он удостоил короткого взгляда, остальное своё внимание сосредоточив на... Калии.

Из-за чего та, вот же чудеса, покраснела!

С чего, кажется, удивился весь наш мужской состав. Разве что Тич спокойно отреагировал. Но он в целом в последний