Танцы мертвых волков - Георгий Ланской

— Ну да, Дуров. Только его сегодня нет. Но я тебе кое-что интересное скажу и без него. Он все равно отчет еще не писал, а говорить мы с ним говорили.

Я насторожился. Жора усмехнулся.

— О, как глазки у нас загорелись. В общем, я тебя ненужными детальками грузить не буду. Скажу только то, что дактокарты с мест происшествия разные.

— Не понял.

— Чего ты не понял? — рассердился Жора.

— Как это — разные?

— Так, разные. Я сравнил с убийством Земельцевой, а также предыдущих жертв. Во всех случаях убийца был один, а вот Ерохина грохнул кто-то другой. На трупе и в доме другие следы остались.

— Ты уверен?

— Киря, я ни в чем не был так уверен. У меня ваш маньяк уже в печенках сидит. По описанию вроде все совпадает, но микрочастицы принадлежат другому человеку, следы ног иные, хотя он носит обувь того же размера. Но Земельцеву и прочих убивал некто без дефектов, а вот Ерохина — человек слегка косолапый. Он сильно стаптывает внутреннюю сторону обуви. Скорее всего, у него плоскостопие. Ходит он иначе, понимаешь? А это как почерк, у каждого свой.

— Это что же, — медленно произнес я. — У нас имитатор?

— Во-о-от! — веско сказал Жора. — Ты вдовушку уже допрашивал?

— Нет. Она же пьяная была в зюзю. А потом сразу отбыла в больницу. Нас к ней даже не пустили. Клиника крутейшая, охрана, как в Букингемском дворце. Жор, а сама она не могла его грохнуть? Чисто теоретически?

— Ну, если теоретически, то ей нужно было очень постараться. На момент вызова покойничек уже пару часов в воде пролежал, об этом его состояние говорит. Так что сама она вряд ли бы успела. И потом, она хоть дама не маленькая, но вряд ли смогла бы так раскроить ему черепушку. Ищите мужика. Следы мужчина оставил, а не баба.

— Возможно, любовник, — задумчиво произнес я, думая о своем. Сразу вспомнились слова Игоря Муроенко, что брат живет на даче у своей ненаглядной. А не Милана ли это Ренатовна?..

— О чем задумался? — с участием осведомился Жора. — Чайку хочешь?

— Нет, спасибо, — отказался я, нервно оглядываясь на выпотрошенный труп. — Я вот понять не могу, Жора. Предположим, что у вдовы хахаль есть, и он же муженька прихлопнул. Но тогда, если верить тебе и экспертизе, маньяк и хахаль — разные люди?

— Что значит — "если верить"? — обиделся Милованов. — Я тебе говорю, всех убивал один человек, а Ерохина — другой.

— А карта? Она из другой колоды?

— Это к Сереге, я не знаю. Может из другой, может, нет. Это не моей компетенции вопрос. Точно чаю не будешь?

— Не буду. Тогда что у нас получается? Мухи отдельно, а котлеты отдельно? Есть маньяк, есть кто-то еще?

— А был ли мальчик? — философски заметил Жора. — Потряси вдову, Киря, не спешите сваливать все на маньяка. Это, конечно, дело ваше, но, судя по домику, Ерохин был совсем не беден. Дамочка вполне могла от муженька избавиться, тем более, с таким криминальным хвостом. За что он сидел то?

— Воровал по крупному еще при социализме, — рассеянно ответил я. — Две ходки было. Восемь лет отсидел, попал под амнистию.

— Здорово. А что крал?

— Золото-бриллианты, — ответил я и встал. — Ладно, Жора, пойду я. Спасибо. Ты мне сильно помог.

— Нема за що, — отмахнулся Жора и шаркнул ножкой. — Обращайтесь.

* * *

Двухэтажное здание дорогой клиники, размещенной в старинном особняке, давило своим пафосом. Все здесь было чрезмерно преувеличено. Хотя я этому и не удивился. По моим сведениям, клиника на шестьдесят процентов принадлежала семье Ерохиных. Именно в ней Милана Ренатовна решила подлечить расшатанную нервную систему. С момента смерти Анатолия Ерохина прошло уже три дня, но безутешная вдова не спешила забирать тело мужа из морга. Зато адвокат семьи, пронырливый мужчинка скользкой наружности, уже подал жалобу в прокуратуру на неправомерность действий сотрудников МВД. По его заявлению, подписанному, почему то советом директоров холдинга "Ренессанс" выходило, что в милиции намерено затягивают дело и не отдают тело безвременно почившего бизнесмена. Милана Ренатовна в сваре не участвовала, от звонков уклонялась, вызовы на допрос игнорировала.

— Прошу вас, будьте с ней повежливее, — трагически попросил главный врач клиники, когда я явился с нижайшей просьбой побеседовать с Ерохиной. — Милана Ренатовна пережила сильный стресс, и до сих пор вынуждена принимать сильные успокоительные. Я буду наблюдать за вами. По первому сигналу вы уйдете, ну, вы понимаете…

Я придал лицу соответствующее скорбное выражение и торопливо закивал. Довольный врач препроводил меня не в отдельную палату, как я предполагал вначале, а на застекленную террасу внутреннего дворика, где под пальмой в большой кадке, сидела Милана Земельцева и курила. На пластиковом столике перед ней стояла недопитая чашка кофе, уж очень не вязавшаяся с успокоительными. На меня Милана посмотрела косо и скривилась, что очень не шло ее вытянутому лошадиному лицу.

— Добрый день, — вежливо поздоровался я. — Как вы себя чувствуете?

— Чего уж в нем доброго, — мрачно ответила Милана. — Вы из милиции?

— Да, моя фамилия Миронов, зовут Кирилл Андреевич. Разрешите присесть?

Милана сдернула с второго стула пуховую шаль и накинула ее на плечи, зябко поежившись при этом. День был душным, но я все же решил дать вдове шанс. А вдруг она и правда переживает, нервничает, оттого и колотит ее дрожь… От подобных мыслей мне самому стало так смешно, что я едва не фыркнул и спешно опустился в предложенный стул.

— Я вас где-то видела, — тусклым, равнодушным голосом произнесла Милана.

— Возможно, у вас дома, — миролюбиво сказал я. — Я выезжал на место происшествия. Скажите, вы в состоянии ответить на мои вопросы?

— Спрашивайте, — равнодушно ответила она. — Все равно рано или поздно придется отвечать, почему не сейчас. Он ведь… не мучился, правда?

— Нет, — солгал я. — Ваш муж умер быстро. Скажите, у него были враги?

Милана искоса посмотрела на меня и быстро отхлебнула кофе.

— Враги? Были. Но какое это имеет отношение к делу? Ведь его убил этот… как его… Джокер.

— Мы вынуждены отрабатывать все версии, — мягко сказал я, краем глаза заметив маячившего за стеклянной дверью доктора. — Так, кто мог желать ему зла?

— Да кто угодно, — пожала плечами Милана. — Муж был непререкаем в делах. Часто спорил с партнерами. Недавно у него вышел крупный скандал с Петром Гловой, заместителем мэра. Чего-то они там не поделили. Муж приехал взвинченный, злой… на меня наорал. Да и в бизнесе у него не ладились в последнее время дела. Мы собирались строить еще одну клинику, деньги вложили, и тут такая оказия произошла — наш партнер неожиданно скончался, ну и денежки то тю-тю вместе с ним. Слышали, наверное, Володя Мержинский…

— Да-да, — рассеяно сказал я. Дело о смерти Владимира Мержинского наделало в городе много шума, а у меня в анналах осталось нераскрытым висяком. Тогда бандюки трясли вдову, актрису нашего театра Алису Мержинскую, пару раз нападали на нее и даже убили по ошибке ее подругу. А потом Алиса исчезла без следа. Скорее всего, красотка уже лежала в сырой земле…

— Ну вот. Глова очень был зол, как будто мы виноваты в этом. Мержинский ведь в этой самой клинике лечился. Но спасти его так и не смогли. За три дня до смерти Толя ругался с ним по телефону. Кажется, Глова ему угрожал…

Я сделал соответствующую пометку, хотя сильно сомневался, что мне придется беседовать с Гловой. Хотя чем черт не шутит. Начальство церемониться не станет, а заместитель мэра тоже подозреваемый, и еще какой. А уж учитывая, что в колоде Джокера остался еще и туз, так, глядишь, и мэра, не дай бог, прихлопнут…

— Милана Ренатовна…

— Да просто Милана, — отмахнулась она

— Хорошо… Милана, а в каких отношениях с мужем были вы? — улыбаясь, спросил я. Врач за дверью дернулся и даже хотел выскочить к нам. Милана злобно ухмыльнулась.

— Думаете, это я его?

— Милана Ренатовна, мы всего лишь проверяем все версии. Вы — люди обеспеченные, а среди богатых случаи, когда муж избавляется от жены и наоборот — совсем не редкость. Мы знаем, что на балу прессы вы с супругом поссорились…

— Ну, еще бы, — фыркнула Милана и даже очень неприятно, истерически рассмеялась. — Эта сучка Быстрова вам уже настучала?

— При чем тут Быстрова? У нас там сотрудник был, между прочим…

— Знаю я ваших сотрудников, — проворчала Милана. — Да, мы поссорились с мужем. Я, признаться, слегка выпила, ну и хотела потанцевать… да, чего греха таить, выпендриться хотела. В кои то веки хотелось уесть Быстрову… Это женское, вы не поймете…

— Ну, отчего же, — поддел я. — Юлия Владимировна — девушка видная, понятно, что на нее обращают внимание…

— Вот именно, — зло сказала Милана. — И муж обратил. А это мне совсем не понравилось. Я устроила сцену, дурацкую, ненужную… Он разозлился и потребовал, чтобы мы поехали домой, а я отказалась. Сказала — веселиться хочу. Он и уехал…