Укрепрайон «Рублевка» - Александр Смоленский

Парапсихолог нервно кивнула в знак правоты сказанных слов.

– У нашего правления будут добровольные помощники по направлениям деятельности. – Демидов вернул себе микрофон. – Все желающие будут кооптированы в наши ряды в рабочем порядке. Что называется, методом консультаций и опросов.

Зал притих. Возражать уже никто не стал. Очевидно, термин «кооптировать» произвел на аудиторию столь сильное впечатление, что публика была согласна на все, лишь бы ее не «кооптировали».

Открытое голосование прошло быстро и успешно: аудитория дружно подняла руки, включая саблезубого Ермакова, пышнотелую парикмахершу и неудачника-антикварщика.

– Да, совсем забыл! – выскочив неожиданно резво на сцену, прокричал член правления Ордынский. – От имени и по поручению сердечно поздравляю вас, товарищи, с началом новой жизни!

Врата великих возможностей

Дождавшись, пока публика разойдется, народные избранники и им сочувствующие расселись вокруг зелено-суконного стола, за которым во время собрания так никто и не посидел. Отсутствовал только дед Иосиф, который куда-то испарился вместе с внезапно объявившимся старым знакомым, которого называл Князем.

Инициативу взял на себя Духон:

– Итак, господа, нам надо определить первоочередные задачи...

– Советской власти, хе-хе, – вставил Ордынский.

– Попрошу серьезнее, генерал, – с упреком произнес Духон. – Шутки кончились. Здесь все-таки не казарменная каптерка.

Старик Ордынский, пожалуй, впервые обидевшись на симпатичного ему бывшего олигарха, надул губы, но промолчал.

– Первое. Надо определить форму правления. Как мы назовем наш... ну понятно, в общем.

– Вече! Как во времена новгородской республики, – незамедлительно предложил Демидов, будто уже давно готовился к этому моменту. – Исконно русская форма демократического правления!

– А что, неплохо! Вече! – поддержал предложение уральца Чигорин. – Вот только вече тогда состояло из бояр, а у нас, так сказать, несколько другой состав.

– Послушайте, а почему ход нашего заседания никто не стенографирует и не протоколирует? – спросил Агулов. – Я у себя в правлении каждое слово протоколирую. И нам надо.

– Вот вам ручка, вот вам бумага, – ответил Духон. – Если хотите, ведите протокольные записи.

– А может, назначим секретарем эту... бывшую секретаршу Гулькина? Хоть будет на кого посмотреть...

– Только не это! – мгновенно возразил Демидов и тут же подумал, что Лидочка и так уже все записывает на пленку.

– А почему так категорично? Я, признаться, не понимаю, – удивился Стрельцов.

– Мы не можем допускать в наши ряды непроверенных лиц, – решительно объяснил Демидов.

– А я думал, что той ночью вы, Даниил Никитич, все хорошо проверили, – подколол уральца Чигорин.

– Какой такой ночью? – встрепенулся генерал и с укором посмотрел на Демидова.

– Господа, господа! Давайте будем серьезнее, – призвал соратников к порядку Духон. – Так мы до второго пришествия ничего не решим. Думаю, что вече – это неплохо! Во всяком случае, не орган и не Дума!

– Кстати, на грузинском языке эта ваша Дума означает курдюк барана, – ни с того ни с сего сообщил Агулов.

– Вече, конечно, неплохо, но слишком уж архаично, – неожиданно заметила Марина Танкер. – Может, назовемся земской управой? Как-то ближе, да и понятнее. Такая форма самоуправления тоже имела место в России.

Мужчины с нескрываемым удивлением и уважением уставились на парапсихолога. Такой прыти от нее никто не ожидал.

– Тоже правильно. Надо утвердить избранную общим собранием граждан земскую управу, – подсказал Ордынский.

– Я писать не буду, – резко ответил Агулов. – Я своим секретарям по три тысячи баксов плачу. Давайте позовем профессионала. Секретаршу Гулькина. Пока она не ушла.

– Ладно, зовите, – согласился Духон.

Лидочку быстро привели.

– Простите, не знаю вашего имени, – обратился к ней Духон. – Вы остаетесь на работе. Простите, не знаю вашей фамилии.

– Смирнова, – корректно сообщила она и украдкой взглянула на Демидова.

– Впишите, пожалуйста, поименный состав управы. Сделали? Далее, на заседании земской управы открытым голосованием избирается председатель...

– Но это, простите, Сашенька, все-таки не колхоз, а земская управа! – возразил Ордынский. – Лучше назовем это первое лицо предводителем.

– Или старостой, земским старостой, – подал идею Демидов. – И еще предлагаю старосту периодически переизбирать.

– Хватит спорить, господа. Действительно, мы слишком зациклились на формальностях, а дело стоит, – устало произнес Стрельцов. Происходящее все более и более ему надоедало. – Давайте примем предложение Демидова и сразу изберем старосту. Александр Павлович, первым, думаю, в эту воду входить вам! Кто «за»? Прошу поднять руки.

Члены земской управы единогласно подняли руки.

В этот момент из-за кулис появилась внушительная фигура телохранителя Коли. Тот абсолютно не ведал, что стал свидетелем исторического акта рождения управы Успенского земства.

Духон вопросительно посмотрел на парня.

– Ну, как там Гулькин? Жив еще курилка?

– Доктор поставил ему капельницу. Отрезвляем, – растерянно ответил Коля.

– Ну и слава богу! Нам только трагедии не хватало! – произнес Демидов, который после их последней встречи сочувствовал Спиридону Петровичу.

– Так о чем же я хотел сказать? – продолжил Духон. – Ах, да! К сожалению, не вижу пока пути решения нашего «квартирного вопроса». Конечно, можно расположиться в одном из особняков, хотя бы в моем, однако...

– Нет проблем, Александр Павлович, – прервал старосту Чигорин. – Предлагаю временно разместить орган, простите – земскую управу в моей новой гостинице «Бессонные ночи». Там есть все условия: оборудованный конференц-зал, кабинет директора, оргтехника всякая. Там же бар и прочие удобства... Словом, вся необходимая инфраструктура. А в случае чего и заночевать можно. Не так ли, господин Демидов?

– То, что ночи в вашем отеле у нас будут бессонными, это определенно, в смысле работы, конечно, – с ехидцей, но в то же время авторитетно парировал Даниил.

– Предложение очень дельное. Поэтому попросим к завтрашнему дню подготовить необходимые помещения, чтобы мы как можно скорее могли приступить к работе. А дел у нас будет, как я полагаю, по горло... – как бы подвел черту Духон.

– Да мы хоть сейчас можем отправиться туда. Там все готово, все на мази, чистенько, все прибрано, – радостно предложил Чигорин. – Сразу и отметим. В смысле, пообедаем заодно.

– Слышу речь не мальчика, но мужа! – с восторгом откликнулся Ордынский.

– Коль так, чего мы ждем? Поехали! – решительно произнес Духон.

– Хочу предупредить вас, господа, что комендант Гулькин, его церберы да еще одна особа проживают именно в этом отеле. – Демидов счел необходимым предупредить об этом товарищей.

– Что касается Гулькина и его церберов, то их мы берем на себя, – ответил староста. – А вот «особу», уважаемый Даниил Никитич, вы обязаны взять под свою опеку. Я имею в виду развернуть ее головку и прекрасное тело так, чтобы она не только доставляла удовольствие вам, но и приносила пользу нашему делу.

– Вот речь достойная старосты! – в новом приступе восторга произнес Ордынский.

Весь состав управы Успенского поселения дружно отправился в отель «Бессонные ночи».

Всю ночь во всех окнах отеля горел свет. После сытной трапезы в гостиничном баре, которую Чигорин превратил в церемонию инаугурации земского старосты Успенского поселения, Духон созвал у себя в новом кабинете весь состав земской управы. Отпросилась лишь Марина Танкер, которую, как она сообщила с некоторой долей кокетства и вызова, заждались клиенты.

– Итак, господа, нам необходимо прежде всего распределить обязанности, – произнес он, удобно устроившись в темно-зеленом кожаном кресле. – Предлагаю роль заместителя старосты отдать господину Демидову. Он самый молодой, энергичный...

– Да, молодой, энергичный! Но он же плохо знает нашу Рублевку, – неожиданно возразил Чигорин.

– Ничего, скоро узнает, хотя лучше этого и не делать, – двусмысленно откликнулся Ордынский.

– Дайте договорить, – недовольно буркнул Духон. – Что у нас за власть?! Как только начинается дележ портфелей, все сразу ссорятся. В том, что Демидов на Рублевке новый человек, чужак, можно сказать, есть свои преимущества. У него и глаз не так замылен, как у остальных, и он будет более объективен в принятии решений. Лично я не сомневаюсь в его работоспособности и мобильности, на что многие из нас, увы, уже не тянут. – Духон конечно же подразумевал, что Демидов будет не только замещать старосту, но и к тому же работать.

– Мы согласны, Сашенька. Только не надо превращать заседание управы в заседание политбюро, – попросил Ордынский.

– Вы абсолютно правы, Петр Никодимыч. Уж коль вы меня избрали старостой, то извольте принимать мои решения без излишних словопрений.