Салфур: Тайны Запретного Леса - Анастасия Бегерус

и грели его своим приятным теплом. Светало. Лес возрождался вновь из темной паутины жестокой ночи, вместе с ее мраком отступали и дурные сновидения.

Все подростки окончательно проснулись. Нужно было решать, куда именно им держать свой путь. Вопрос этот был довольно непростым, потому, усевшись на холодную землю, все стали вырывать пожухлую траву и разгребать золотистые осенние листья, дабы добраться до голой почвы. Затем Арин принесла тонкую сухую ветвь, одиноко валявшуюся чуть поодаль от ребят, и передала Девину.

— Что ж, приступим, — тяжело выдохнул юноша. — Вот примерно отсюда нас забрала эта странная женщина, — он нарисовал небольшое дерево, напоминающее гриб.

— Ее звали Ава, — невольно бросил Бран, отчего товарищи с удивлением взглянули на него. — Но это неважно, — хмыкнул он, дабы избежать непрошенных вопросов.

— Так вот, затем она отвела нас в свою хижину. Это примерно вот тут, — Девин нарисовал кривую линию от дерева-гриба, доходящую до странно изображенного домика. — После мы заблудились в лесу где-то между хижиной этой Авы и… — он стал изображать болото и остановился, чтобы убедиться, что Ниса в состоянии держать себя в руках.

— И Топью, — тихо добавила белокурая девочка.

— Да, — тяжело выдохнул Девин, а затем продолжил: — Но неизвестно, в какой именно стороне нас нашли. Возможно, для того чтобы вернуться, нам следует обойти кругом ведьмину избушку?

— Слишком опасно, — сказал Бран, взяв ветку из руки друга. — Думаю, нам стоит… — в этот момент он вспомнил, к чему привело его решение отправиться в Топь, и вернул ветку Девину. — Наверное, мне пока лучше не браться за это. Не хочу снова чувствовать… удушье.

— Это удушье называется виной, — шепнула Ниса, а затем добавила чуть громче: — Но ты ни в чем не виноват, Бран, это его вина.

— Чья? — с удивлением в голосе переспросила Арин, прижав пухлую ладонь к губам.

— Леса… он его забрал, — абсолютно серьезно ответила девочка. Казалось, она о чем-то догадывалась, но не произносила этого вслух. Будто ее внутреннее чувство подсказывало ей что-то, что сложно понять холодным рассудком.

— Давайте не отвлекаться, — шикнул Девин.

Дети тотчас замолкли.

— Тогда, если не в обход, то нам придется делать большой круг, потому что пройти между хижиной и Топью было бы безумной идеей. Там нас могут поджидать стражи или сама ведьма, или мы снова станем скитаться и заблудимся в этом проклятом лесу. Предлагаю идти на восток отсюда. Возможно, там отыщем какую-нибудь помощь или в конце концов доберемся до Ардстро сами.

— А если там снова окажется что-то страшное? — спросила Арин, округлив свои большие карие глаза.

— Все же это лучше, чем умереть от голода и жажды, сидя здесь, — парировала Ниса, пребывающая в расстроенных чувствах — подобно ежу, она пряталась в своих иголках, чтобы больше никто не смог разбить ее чуткого сердца.

— Ниса высказалась довольно грубо, но в целом она совершенно права, — сказал Девин, тепло взглянув на испуганную рыжеволосую девочку.

Арин, соглашаясь со словами друга, легонько кивнула.

— Тогда в путь, — немного погодя, торжественно заключил Девин, вставая с земли.

— Нет, еще нет, — мотнула головой Ниса. — У нас есть еще одно незавершенное дело.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Девин, удивленно приподняв темно-каштановые брови.

— Мы должны почтить его память, — сухо ответила она, — соорудить что-то наподобие памятника.

Девин и Арин склонили головы. Слова Нисы пробрали их до самых мурашек и ребята не могли выговорить и слова. Бран молча направился на окраины залитой теплым солнечным светом поляны и, сломав несколько пышных еловых ветвей, сказал:

— Думаю, нам понадобится большой камень и кое-какие растения.

Дети провозились около часа, а затем, удовлетворенные проделанной работой, сели рядом с мемориальным камнем, разложили ветви, цветы и осенние листья вокруг него. Ниса, взяв в руки маленькую остроугольную гальку, начертила на валуне имя «Фицджеральд». Не сдержав своих чувств, девочка вновь заплакала навзрыд, но теперь ее боль стала чуточку тише, ведь она оставила след дорогого брата в вечности.

Затем, поднявшись с места и попрощавшись с Фицем, дети тронулись в путь. Никто из них не догадывался, к чему приведет это путешествие и сколько еще горестей им придется пережить.

Добравшись к ночи до еще одной прогалины, ребята решили, что здесь им и придется заночевать. Они стали укладываться спать, но уснуть совсем не получалось, потому все четверо сели в круг и стали вспоминать беззаботные дни в Ардстро, чтобы поднять дух и улететь мыслями подальше от места, где они находились, подальше от неприветливой действительности.

— Я так скучаю по маме, — вздохнула Арин, садясь близ ребят и скрестив ноги. — Знаете, она ведь не была сумасшедшей. Я всегда верила в то, что она говорила, сейчас это оказалось реальностью.

— Мне очень стыдно, что вся моя семья считала ее больной. Прости, Арин, — склонив голову, сказала Ниса. — Знаешь, они ведь даже на совете обсуждали… то, что ее необходимо изолировать от нормальных людей. Это ужасно.

— И мои тоже, — поддержал девочку Девин. — Но кто знал, что все так обернется?

Бран молча посмотрел на рыжеволосую девочку, а после, собрав всю волю в кулак, решил, что ему просто необходимо высказаться. В действительности, он скрывал слишком многое от своих друзей и, как оказалось, это привело к ужасным последствиям.

— Послушай, Арин, у меня есть для тебя кое-какая новость. Только обещай, что не станешь плакать, — аккуратно начал он, продолжая с сочувствием взирать на удивленную подругу.

— Новость? — переспросил Девин так, будто слова Брана были адресованы ему.

— Ну что-то вроде того, — кивнул Бран, стараясь не выложить все раньше времени. Возможно, Арин вовсе и не хотела бы знать того, что он планировал ей рассказать.

— Хорошо, не буду, — ответила рыжеволосая девочка и внимательно наблюдала за тем, как Бран старался подбирать верные слова, дабы не ранить ее нежные чувства.

— Морлей рассказал мне кое-что важное, — начал юноша издалека. — Пять лет назад, когда твой отец пропал в запретном лесу, он… он был сказителем для Конунга и некоторое время провел в Топи. Не могу сказать, сколько именно, но он очень хотел вернуться домой, поэтому… — Бран вздохнул и сделал паузу, — поэтому он попытался бежать и, как и Фиц… В общем, он утонул в болоте.

Арин округлила большие карие глаза. Казалось, девочка вот-вот заплачет, но исполнив данное Брану обещание, она лишь сглотнула накопившуюся в горле слюну и тихонько сказала:

— Спасибо, что сказал мне об этом. Если мы вернемся домой, то обязательно расскажу об этом маме. Моего отца перестанут считать ужасным человеком. Надеюсь, для