Весь Хайнлайн. Фрайди (сборник) - Роберт Хайнлайн

— Ну да, усиленные реакции, понятно. Я этим не владею.

— Джордж, милый, прости! Я вовсе не хотела тебя обидеть! Давай так: как только я доберусь до места, я тебе позвоню. Сюда или тебе домой, как скажешь. Если ты сможешь безопасно пересечь границу, к этому времени я буду знать это и сообщу тебе.

(Джордж нанимается к Боссу на службу? Невозможно! Или возможно? А ведь Боссу мог бы понадобиться опытный инженер-генетик. По сути дела, я не знала, каковы масштабы деятельности Босса за пределами того маленького участка работы, который выполняла сама.)

— Так ты действительно хотел повидаться с моим боссом насчет работы? Ну, и что мне ему сказать?

На лице Джорджа возникла обычная мягкая полуулыбка, появлявшаяся всегда, когда ему нужно было скрыть настоящее выражение лица — ну, примерно так я «делаю лицо» для фотографии в паспорте.

— Откуда я знаю? Все, что мне известно о твоем начальнике, это то, что ты о нем говоришь крайне неохотно и что он может позволить себе роскошь иметь такого курьера. Фрайди, поверь, я знаю точно, сколько денег вложено в твою разработку и производство, обучение, подготовку… следовательно, мне ясно, сколько денег твой босс отвалил, чтобы приобрести тебя.

— Он меня не приобретал. Я — свободная гражданка.

— Значит, ты стоила ему еще больше. Возникают кое-какие предположения… Но не огорчайся, дорогая, гадать я не буду. Я серьезно. Просто… человеку свойственно хотеть узнать то, чего он не знает. Знаешь что… я дам тебе свою анкету и автобиографию, и если твоего начальника заинтересует что-то из того, что я умею делать, не сомневаюсь — он даст мне работу. Теперь насчет денег. Можешь не волноваться — Жанет ты не оберешь. Для нее деньги ровным счетом ничего не значат. Но я и сам мог бы снабдить тебя любой суммой наличных. У меня тоже есть кредитные карточки, и, как я выяснил, они тут работают, несмотря на все политические неурядицы. За наш полуночный завтрак я расплатился с помощью «Квебек кредит», а за ленч — «Кленовым листом». Плату за номер приняли, списав сумму с «Америкэн экспресс». Значит, у меня целых три работающих карточки, и все соответствуют идентификационной.

Он улыбнулся и добавил:

— Так что грабь меня без зазрения совести, детка!

— Вообще-то я никого не хочу грабить — ни тебя, ни Жанет. Послушай, ну почему бы нам не попытать счастья с моей карточкой в Сан-Хосе? Если не получится, я с радостью возьму у тебя взаймы и верну при первой возможности.

(А может, Джордж согласится попробовать использовать карточку покойного лейтенанта Дики вместо меня? Женщине трудновато добыть наличные по мужской карточке. Заплатить за что бы то ни было через компьютер — дело другое, а вот тащиться в банк за наличными с чужой карточкой, да еще выписанной на имя мужчины — посложнее будет.)

— Что значит «взаймы»? Кто у кого в долгу, я не понял?

Я сделала вид, что не догадываюсь, о чем он говорит.

— Ты действительно считаешь, что задолжал мне? За эту ночь?

— Да. Ты была адекватна.

— Что?! — возмутилась я.

Он перестал улыбаться.

— А что, ты предпочла бы, чтобы я сказал «неадекватна»?

— Джордж… А ну-ка, раздевайся немедленно! Я затащу тебя в кровать, а потом… буду медленно и долго убивать тебя. Да я тебе шею переломаю, паршивец! «Адекватна, неадекватна»… Ну и термины!

Он усмехнулся и начал расстегивать брюки.

Я крикнула:

— Прекрати сейчас же и быстро поцелуй меня! А потом — сразу в Сан-Хосе!

«Неадекватна»? Нет все-таки?

От Беллингхема до Сан-Хосе добираться примерно столько же, сколько от Виннипега до Ванкувера, но на этот раз мы добирались в отдельной капсуле. Выскочили из-под земли мы в пятнадцать минут третьего. Я во все глаза рассматривала город: в столице Конфедерации я была впервые.

Первое, что бросалось в глаза, — огромное количество личных транспортных средств на улицах и в небе. Они кружились над городом, как стаи мух, — в основном такси. Не знаю ни одного города, который позволял бы таким образом засорять свое воздушное пространство. На улицах было довольно много автомобилей, и хотя вдоль дорог были проложены движущиеся тротуары, машин было много, как велосипедов в Швейцарии.

Второе — это сама атмосфера Сан-Хосе. Он был совсем не похож на город. Только теперь я поняла, что означает его юмористическое определение: «Тысяча деревень, изо всех сил пытающихся выглядеть городом».

Похоже, в Сан-Хосе не интересовались ничем, кроме политики. Причем Калифорния сумела добиться от своей политики того, чего не удалось никакой другой стране — полной, бесповоротной демократии. Не то чтобы другие страны так уж страдали от ее отсутствия — Новая Зеландия, к примеру. Но только в Калифорнии вам предложат на блюдечке с голубой каемочкой демократию без примесей, неразведенную, высшего качества. Гражданин Калифорнии имеет право участвовать в выборах, как только сумеет дотянуться до щели избирательной урны и бросить туда бюллетень без помощи няни. А организаторы выборов только тем и заняты, что рассылкой все новых и новых бюллетеней.

Последнее мне было известно только по слухам, но я имела прекрасную возможность убедиться в этом: я своими глазами видела объявление в местной газете о том, что ряд почивших в бозе из местного колумбария организовали три избирательных участка и собирались участвовать в предстоящих выборах через ранее назначенных доверенных лиц. (Надо же, и в могиле не успокоились!)

Я старалась не формировать собственного мнения по этому поводу, пока демократия не коснется меня лично — пусть в самой легкой, незлокачественной форме. Как я поняла, демократия означает право на все в неограниченном количестве. В Британской Канаде, судя по всему, люди пьют этот напиток разбавленным и чувствуют себя неплохо. Но только в Калифорнии глушат демократию неразведенной с утра до вечера. Не бывает дня, чтобы в Конфедерации хоть где-нибудь не проходили хоть какие-нибудь выборы. По крайней мере, на каждом избирательном участке выборы бывают раз в месяц.

А почему бы и нет, собственно говоря? У них мягкий, прекрасный климат на всей территории страны — от границы с Британской Канадой до рубежей Мексиканского Королевства — и самые плодородные сельскохозяйственные угодья на Земле. Второе их любимое занятие — секс — в чистом виде почти бесплатен. Как марихуану, его можно найти на любом углу. Это значительно облегчает жизнь и сберегает время для самого любимого спорта калифорнийцев — сборищ и разговоров о политике.

Избирают тут всех кого ни попадя — от тех бездельников, которые впоследствии просиживают штаны на избирательных участках, до президента Конфедерации. Но с такой же скоростью их и переизбирают. Ну к примеру: президент должен избираться на шестилетний срок, но лишь двоим из девяти последних президентов удалось продержаться на этом посту весь срок — остальные были переизбраны, за исключением одного, которого, увы, линчевали. В большинстве случаев официальный деятель еще не успевает подать прошение об отставке, а его перевыборы уже идут полным ходом.