Навсегда в моём сердце - Егор Селявин

была завершена. Владимир Генрихович с довольным видом окинул взглядом освободившуюся территорию, потер руки.

— Ну что, Егор, так, по-моему, лучше будет?

Он перегнал свой джип за угол дома и вернулся оттуда с упаковкой баночного пива.

— Не возражаешь?

— Почему бы и нет?

Из оставшегося на лужайке обрезка доски и нескольких кирпичей мужчина соорудил у забора импровизированную скамейку.

— Извини, в дом не приглашаю по причине отсутствия ключей.

Мы сели. Молча откупорили жестяные банки, издавшие легкое, короткое шипение. Первые три глотка сделали в тишине.

Затем во двор на скорости заехала темная легковушка и припарковалась у самых дверей дома, где совсем недавно стоял джип Дашиного отца. Из машины, небрежно хлопнув дверью, вышла Татьяна Генриховна и направилась к дому, перебирая связку ключей. С пассажирского сиденья встала Даша.

Мы поднялись, поставив банки на землю.

— Даша, Таня! — окликнул Владимир.

Даша обернулась первой.

— Папка! — вскрикнула она и с разбегу кинулась ему на шею.

Татьяна Генриховна, улыбаясь обошла машину и двинулась к ним. Не дойдя нескольких метров, она увидела меня.

— Уже здесь?! Быстро ты… — с удивлением, судя по взметнувшимся вверх бровям, и с нескрываемым раздражением сказала она.

Я был несколько озадачен таким приемом. Почему? Откуда этот негатив? Хозяйка не хотела признаться брату, что я являюсь здесь частым гостем? Реакция Даши была не менее любопытна: взглянув на меня, она отпустила отца и несмело шагнула в мою сторону. Испуг и интерес за мгновение промелькнули на ее лице. Девушка подошла ближе. Даша рассматривала меня, как будто перед ней стоял не я, а инопланетянин или, скажем, всем известная личность! Она сделала робкий жест в мою сторону, пытаясь дотронуться, но остановилась, продолжая рассматривать.

— Таня, что-то случилось? — озабоченно спросил Владимир Генрихович.

— Нет, Володя, все хорошо, — Татьяна вскользь чмокнула брата в щеку. — Как добрался? Как там у Дорофеевых?

Татьяна полностью меня игнорировала, в отличие от брата, который с подозрением косился в мою сторону. Даша, наоборот, сделав шаг, обняла меня, как мне показалось, чуть крепче, чем обычно.

— Володя, Даша пойдемте в дом! — Татьяна Генриховна, демонстративно не называя моего имени, пошла к дому.

Первым моим желанием было уйти. Но, в конце концов, я пришел не к ним, а к Даше, которая с незнакомым мне уважением и восторгом в глазах, схватив за руку, затащила меня в дом.

— Таня, так что же произошло? — спросил полушутя-полусерьезно Владимир Генрихович, усевшись в кресло.

Мы с Дашей сели на диван. Девушка была несколько напряжена и изредка бросала на меня тот же загадочный взгляд, с которым она рассматривала меня в день нашего знакомства. Татьяна, поставив чашки и чайник на журнальный столик, села во второе кресло.

— Егор, я понимаю, что ты не обязан нам докладывать о своей личной жизни, но элементарные правила приличия должен соблюдать! — выговаривала Татьяна, не глядя на меня, заливая кипятком гранулы кофе в чашках:

— Видишь ли, Володя, когда мы с Дашей возвращались домой, на автобусной остановке, на «Седанке», если ты помнишь названия остановок, я увидела Егора с какой-то девушкой. Я, как нормальный человек, хотела предложить, так сказать, свои услуги: может, думаю, подвезу, куда им надо. Я и посигналила им, и из машины вышла. Может, не узнал, думаю! Но как можно не узнать человека с пяти метров? Я же не в противогазе была! Ну ладно я, а Даша? Тоже не узнал? Ребенок обрадовался, из машины вышел… А он стоит, улыбается, смотрит, как будто первый раз видит! Хоть бы рукой махнул! Некрасиво это!

Владимир Генрихович, не совсем понимая, о чем идет речь, слегка нахмурившись, перебрасывал взгляд с сестры на меня. Я тоже не мог взять в толк, о чем говорит Татьяна: о какой остановке, о какой девушке? Даша откинулась на спинку дивана и, запрокинув голову и загадочно улыбаясь, смотрела в потолок.

— Таня, — перебил сестру Владимир Генрихович, — я не могу понять, про что ты рассказываешь? Это когда было?

— Полчаса назад, может, меньше, когда мы сюда ехали!

Владимир улыбнулся. Расслабился, сделал глоток кофе и поставил чашку на стол:

— Ты ничего не путаешь?

— Нет, Володя, не путаю! Обидно стало. Хоть бы кивнул…

— Я тебя, наверно, разочарую, но мы с Егором целый час, а то и больше, во дворе сидели, вас ждали. Вон, порядок навели! — Владимир кивнул в сторону окна, выходящего во двор.

Татьяна Генриховна замерла с поднесенной ко рту чашкой, внимательно посмотрев на брата.

— Ну да, я же слепая. Не веришь мне — у Даши спроси!

Девушка, о чем-то задумавшись, молчала.

— Татьяна Генриховна, я тоже не могу понять, о чем вы говорите! Я действительно нахожусь здесь давно и вообще сегодня никуда не ездил: из дома — прямо сюда.

— Это был не Егор! — не поднимая головы со спинки дивана, подала голос Даша.

— Да вы что, сговорились?

Женщина раздраженно поставила чашку на стол:

— Ладно, я понимаю Дашу — у нее свои интересы. Егор — пусть это останется на его совести. Но ты, Володя? Ты почему его защищаешь?

— Таня, я не знаю, кого ты там видела, но мы действительно находились здесь вдвоем! В одиночку я бы даже не стал браться за переноску бруса.

Татьяна Генриховна решительно поднялась с кресла и подошла к окну. Она с минуту осматривала двор. Отвернувшись от окна, присела на подоконник, растерянно потирая лоб ладонью:

— Ничего не понимаю. Егор, кого же я тогда видела? Ведь я ни на секунду не сомневалась, что это был ты!

— Вы знаете, недавно был случай, которому я не придал значения… Это было в первый день нашей с вами встречи, там, на станции, когда я сел к вам в машину. Моя соседка, которая знает меня с детства и видит практически каждый день, тоже с кем-то перепутала! И была крайне удивлена, увидев меня стоящим на остановке, хотя была уверена, что я только что сел в автобус! Мне теперь самому не терпится увидеть своего двойника!

Даша в это время с любопытством смотрела на меня.

— Интересно, кого из вас считать настоящим? — прищурившись, еле слышно то ли прошептала, то ли подумала она.

***

Мы опять стояли на пирсе. Это негласно была обязательная остановка, которая знаменовала собой середину прогулочного маршрута. Возможно, даже не осознавая этого, как бы мы ни прокладывали маршрут — по часовой стрелке или против, мы оба стремились попасть именно сюда, на место нашей первой встречи.

Во время прогулки мы практически не разговаривали, нам хватало нескольких ничего не значащих фраз. Если мы шли по дороге, Даша была рядом,