Наследие Дерини - Кэтрин Куртц

Димитрий смерил обоих взглядом, преисполненным презрения, затем отвернулся и подергал веревки, связывающие его запястья.

— Бесполезно, Дерини, — резко бросил Лиор. — Ты убил одного из своих хозяев и едва не довел до смерти второго. И прежде чем мы отплатим тебе той же монетой, нам необходимо получить информацию о других твоих господах. — Он безрадостно усмехнулся. — Разумеется, ты не пожелаешь ничего нам сказать об этом. И, разумеется, мы вынуждены будем настаивать.

Димитрий ненадолго прикрыл глаза, и чувственный рот его исказился в гримасе, он с трудом сглотнул. И, хотя, судя по всему, он твердо намерен был сопротивляться, Райс-Майкл понял, что ему было все труднее держаться, учитывая количество мераши в крови. Гладкое тело покрылось испариной, мускулы в растянутых руках и ногах напряглись по мере того, как он пробовал на прочность свои путы.

— Глупейшая игра, не так ли? — промолвил Лиор. — Твои хозяева требуют, чтобы ты противился нам до самой смерти, а мои требуют давить на тебя изо всех сил, убивать твой разум различными снадобьями, а тело подвергать самым изощренным пыткам, подводя тебя к самому порогу смерти, но не давая его переступить… Пока ты не скажешь мне все, что я желаю знать.

Однако слова эти не произвели, как будто, никакого впечатления на пленника, и лицо монаха ожесточилось.

— Что ж, отлично. Я знаю, что мы еще даже не подошли к этой точке. И хотя мастер Стеванус ввел тебе достаточно мераши, чтобы закрыть доступ к источнику магии, ты по-прежнему владеешь рассудком и волей, чтобы нам сопротивляться. К несчастью, лорд Ран ударил тебя и, лишившись чувств, ты ускользнул от этого уникального, насколько я понимаю, ощущения, когда наркотик начинает разрушать твой самоконтроль и размывать колдовские силы. Но будь уверен, что больше тебе таких поблажек никто не даст. Я сделаю так, чтобы ты испытал все дальнейшее в полном сознании.

С этими словами Лиор передал деринийскую колючку отцу Магану, который отвинтил колпачок и осторожно извлек спрятанную внутри двойную иглу. Капля золотистой жидкости блеснула в свете, факелов. Маган, подняв бровь, невозмутимо склонился над пленником.

Райс-Майкл, который уже видел, как используют этот отвратительный инструмент, невольно напрягся в ожидании укола, однако и он от изумления едва не вскочил на ноги, когда Маган вместо этого легонько коснулся иглами пупка Димитрия. В тот же миг, осознав, что происходит, Дерини застонал и попытался вырваться из своих пут, откатиться в сторону, раскачивая деревянные кровати, к которым был привязан, и едва не сумел вырваться на волю.

— Держите его, — велел Лиор, и Манфред с Галлардом тут же бросились на пленника, чтобы лишить его возможности пошевельнуться, тогда как Ран прижал его плечи к полу.

Райс-Майкл заставил себя вновь опуститься на стул, хотя сердце у него, должно быть, колотилось так же бешено, как у Димитрия. Он видел, что у того спазматически задергались мышцы живота, он еще раз сделал попытку вырваться, но судя по всему, столь странный способ введения наркотика оказал свое действие. Задыхаясь, Димитрий обмяк. Все тело его было в поту, глаза затуманились, а зрачки расширились. Ран грубо развернул его голову к свету.

— Это какой-то новый способ введения мераши, Лиор? — спросил он, выпуская пленника и отступая на шаг.

— Зелье поглощается через кожу медленнее, но более постепенно, — произнес Лиор с глубоким вздохом. — Пупок является естественным природным сосудом, и к тому же кожа там очень тонкая. Конечно, метод этот возможно использовать далеко не всегда, но он весьма полезен. Это открытие отца Магана, и, разумеется, наш Димитрий с подобным еще не сталкивался.

Он покосился на пленника, который слегка подергивался в судорогах с закрытыми глазами.

— Я знаю, Дерини, что ты по-прежнему в сознании, — произнес Лиор чуть громче. — Так что нечего надеяться, что пытки окончатся до срока, если мы неверно рассчитаем дозу. Мы прекрасно знаем, сколько мераши ты способен стерпеть, прежде чем доза станет смертельной. И даже прежде чем сон даст тебе временную передышку. Но сперва придет боль. Точно так же, как отец Маган искушен в различных снадобьях, с помощью которых мы сломаем твою волю, точно так же сэр Галлард искушен в различных способах причинения страданий. И не думай, что истинные твои хозяева сумеют прийти к тебе на помощь.

В этот самый миг истинные хозяева Димитрия обсуждали различные возможности, почему их соглядатай до сих пор не вышел на связь. Принц Миклос Торентский в своей комнате, под крышей донжона Кулликерна, сидел на краешке узкой походной койки, стискивая виски руками. Напротив, в кресле, нетерпеливо ежился Марек Фестил.

— Но мы же знаем, что они совсем близко! — бросил Марек. — Мы получали сообщения от наших разведчиков с того самого дня, как они выехали из Ремута. Если не считать смерти Удаута, все шло как будто бы спокойно… И уж, по крайней мере, не было ни намека, что кто-то распознал двойную игру Димитрия. Поверь, если бы деринийского шпиона обнаружили в самом сердце Custodes Fidei, мы бы об этом узнали.

— Но он давно должен был связаться с нами, — возразил Миклос, поднимая голову. — Мне все это не нравится. За шесть с лишним лет службы он ни разу не опаздывал больше, чем на пару часов, если контакт был оговорен заранее. Учитывая, что походные условия могут быть довольно сложными, я готов стерпеть отсрочку на день или два. В дороге трудно надолго остаться в одиночестве. Но наши дозорные говорят, что они прибудут в Лохаллин уже завтра. Это означает, что здесь они будут послезавтра. А у нас нет даже самого туманного представления о ситуации. Мы не знаем, каких ключевых людей ему удалось устранить или привлечь на нашу сторону, что он разузнал насчет Халдейна…

— Тогда давай сделаем первый шаг и сами установим контакт, — воскликнул Марек. — Раз уж он где-то неподалеку, то это отнимет у нас не слишком много сил. Время сейчас позднее, он, скорее всего, спит. Мы будем действовать с тобой в паре, а в качестве поддержки и источника энергии используем кого-то из твоих людей. Если все в порядке, то в его воспоминаниях мы прочтем все необходимое. Если он в плену или переметнулся на сторону врага, мы его убьем. Ну и, разумеется, если он мертв, мы тоже об этом узнаем.

Принц Миклос потер лицо руками, затем с усталым вздохом кивнул.

— Хорошо. — Он поднялся на ноги. — Я пойду и приведу кого-то нам в помощь. Не хочу использовать того же человека, что обычно, поскольку напряжение вполне может его убить, если мы станем забирать слишком много энергии.